«Настоящие психические расстройства — это не эстетичные цитаты в статусе»: психиатр о романтизации депрессии

По данным ВОЗ, каждый седьмой подросток в мире имеет те или иные психические расстройства, однако всё не так просто. Психиатр и детский психотерапевт Александр Коваленко рассказывает, почему подростки романтизируют депрессию и с удовольствием присваивают себе диагнозы.
Почему это цепляет?
Подростки ищут себя. Им нужно как-то объяснить свою боль, тревогу, одиночество или просто непонятное состояние «я не такой, как все». А вокруг — куча контента, который предлагает готовые ответы:
- «Ты не просто грустишь — у тебя депрессия!»
- «Ты не тревожишься — у тебя панические атаки!»
- «Ты не чувствуешь себя странно — у тебя диссоциация!»
Это как ярлыки, которые вдруг делают хаос внутри упорядоченным.
Но проблема в том, что настоящие психические расстройства — это не эстетичные цитаты в статусе. А это:
- Бессонные ночи, когда не можешь уснуть, потому что мозг не выключается.
- Провалы в памяти, потому что психика пытается защититься от травмы.
- Панические атаки, после которых ты не можешь дышать и думаешь, что умираешь.
- Апатия, когда ты хочешь что-то делать, но не можешь — просто не можешь.
Вот только подростки этого не видят. Они видят романтизированную версию, где депрессия = грустить под дождем у окна, а тревожность = «я такая чувствительная и глубокая». И всё это:
- Дает идентичность («Я не просто странный — я особенный»).
- Объясняет внутреннюю боль и помогает найти единомышленников «по болезни» («Значит, я не одинок»).
- Превращает страдания в «искусство» (дневники с цитатами о суициде, мрачные арты).
А что за этим может скрываться?
- Нехватка словаря для своих эмоций. Подростки просто не знают, как всё это назвать, и пользуются готовыми вариантами.
- Попытка контролировать хаос внутри. «Если дать имя своей боли — она станет понятнее».
- Крик о помощи. Родители замечают только «странное» поведение.
Что могут сделать родители?
Чего точно делать не стоит:
- Запрещать («Удаляй этот пост!») — сделает тему еще запретнее и привлекательнее.
- Высмеивать («Ты просто королева драмы») — ребенок замкнется.
- Игнорировать («Перерастет») — может усугубиться (а вдруг правда расстройство?).
А вот что делать желательно:
- Спросить без осуждения: «Почему тебе нравится этот контент? Что тебя в нем цепляет?»
- Дать реальную информацию: показать документальные фильмы или блоги реальных людей с расстройствами (без романтики).
- Предложить альтернативу: если ребенку нравится мрачная эстетика, предложить готическую литературу. Если ищет идентичность — помочь найти хобби (театр, цифровой арт).
- Проверить, нет ли реальных проблем: если подросток слишком увлечен темой расстройств + есть симптомы — мягко предложить психолога.
«Да это просто возрастное… само пройдет»
Да, 80% подростков перерастают эту фазу. Но важно не пропустить моменты, когда за романтизацией скрывается:
- Настоящая депрессия (потеря веса, суицидальные мысли).
- Социальная изоляция (никаких друзей, только «группы по расстройствам» в ВК).
- Самоповреждающее поведение (шрамы на руках «для красоты»).
Подростковая романтизация психических расстройств — это не бунт и не глупость. Это искаженный способ сказать: «Мне непонятно, я запутался, и я не знаю, как попросить о помощи и рассказать о своих чувствах».
Ваша задача — не запрещать, а научить говорить о боли прямо. Дайте ребенку понять, что вы принимаете его таким, какой он есть. Даже с черными волосами и томиком экзистенциальной философии в руках.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: © Maria_Petrishina / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







