«Беги, Шакирова, беги!»

«Беги, Шакирова, беги!»

Бывшая ученица — о том, как школа стала для неё институтом угнетения
14 700
18

«Беги, Шакирова, беги!»

Бывшая ученица — о том, как школа стала для неё институтом угнетения
14 700
18

«Шакирова, что за штаны? Что у тебя на голове? Шакирова, что у тебя за родители такие, никогда не приходят на родительские собрания? У тебя вообще есть родители?» Все эти вопросы сыпались на меня даже несмотря на то, что ежемесячные деньги на новые шторы наша семья сдавала безропотно и в срок.

Мы вот пишем всякие передачи: «Новый учитель новой Москве», захотелось поделиться. Со школой у меня связано множество приятных воспоминаний. Мне всегда казалось, что я себя хорошо веду — сижу на галёрке, рисую. Вообще я старалась как можно меньше всем мешать — приходить пореже. Например, в один счастливый год у меня обнаружилось 182 пропуска (исключительно по уважительной причине, конечно). Если учесть, что в году 365 дней, вычитаем из них 90 (летние каникулы), остаётся всего ничего. Но когда я всё-таки посещала заведение — за поведение мне почему-то отчаянно ставили жирные двойки, так и говорили:

«Шакирова, жирная двойка тебе» Почему именно жирная?

«Шакирова, ты ведёшь себя вызывающе» Кого вызывающе, на что вызывающе? До сих пор голову ломаю.

«Шакирова, что за штаны? Что у тебя на голове? Шакирова, что у тебя за родители такие, никогда не приходят на родительские собрания. У тебя вообще есть родители?»

И это всё при том, что ежемесячные деньги на новые шторы наша семья сдавала безропотно и в срок.

Только физрук меня истово любил, он по обыкновению кричал: «Беги, Шакирова, беги», — возлагал на меня небось свои тщетные физручьи надежды

Я и бежала, изо всех сил, как могла. А вы говорите: «Школа, школа, я скучаю». Какой там — институт угнетения. Бежать и не оглядываться.

Однажды даже пришлось посетить детскую комнату милиции. Всё из-за театра. Наш класс отправили на спектакль в местный драматический, сначала действо не начиналось часа два, детки вестимо приуныли, а потом…
Поверьте, уже в седьмом классе я могла отличить хороший спектакль от плохого. Голова моя кружилась, глаза наливались кровью, нестерпимо хотелось убить бездарного режиссера и всю труппу, но я, стараясь снять напряжение более миролюбивым способом, не доводить до греха, отвлечься от дурных мыслей, — начала кидаться бумажечками. Не в актёров, Боже упаси, в одноклассников. Одноклассники меня радостно поддержали.

Когда один спектакль закончился, начался другой. Классная руководительница не оценила нашего ноу-хау и отвела меня вместе с боевым товарищем, в качестве профилактики, видимо, в милицию.

В участке каким-то волшебным образом я ещё умудрилась ляпнуть, что «менты — козлы». Мне казалось, я произношу это про себя.

Короче, отпускать нас просто так отказались, пришлось звать маму друга нас выкупать. Всё то время, пока мы сидели, милиционерша, заполняя на нас какие-то каверзные бумажки, разговаривала со своим сыном по телефону. Его звали чудным именем — Лаврентий.

«Лавруша, где же невесту тебе будем искаааать? Все девки-то вон, испорченныееее. Лавруша, ты котлетку съел? Лавруша, а уроки, уроки сделал?»

Лавруша на свою беду учился в нашей школе, в параллельном классе. Стоит ли рассказывать, что мы с ним сделали. После инцидента та же классная руководительница ласково убеждала моих подруг, что общаться со мной всё-таки не стоит, ибо, чем черт не шутит, могу плохо на них повлиять. Черта эта сохранилась во мне до сих пор, лелею её и нежно берегу, как самое ценное.

Как можно было не любить такую школу? Никак. Нельзя. Любить.


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Чем французские учителя отличаются от российских

9 советов, как выбрать спортивную секцию и не навредить ребёнку

Библия и школьная программа по литературе: как их подружить

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям(18)
Подписаться
Комментарии(18)
Какая вы классная. Таким девчонкам, с характером, с яркой краской, всегда достается от серых мышей. Вот единственный нормальный человек — физрук))) А какую вы профессию выбрали после школы, если не секрет?
Спасибо, Антонина! Стала журналистом и режиссером)
Мне тридцать с небольшим хвостиком, у меня трое детей, а я все все еще не могу соскучиться по своей школе) очень тронул рассказ, как под копирку, меня только после 9 класса некрасиво ввели в заблуждение и отдали документы на руки) дальше была школа УПК, что то вроде ШРМ. Где адекватному подростку было не место. Потом универ, перевод на заочку.
Сейчас никто не верит, что меня считали трудным подростком в школе. Детям стараюсь прививать все же держать свою линию, свои принципы и не боятся правды, даже если другим она горчит.
А что, 182 пропуска — это нормально? или это признак исключительности? или талантливости? не очень внятная статья. Конечно, если 182 дня НЕ быть в школе и сходить на плохой спектакль — это всё, то при чём здесь вообще разговор про школу. Школа где вообще? Автор же в неё не ходил (а) почти. Так о чём разговор? О плохом спектакле? Так ещё посмотреть, какие фильмы снимает этот автор сейчас. Тоже, может, не очень.
Показать все комментарии
Больше статей