Как женщины впервые отправились в горы. История альпинизма для детей
Отрывок из книги «Горы мира»

В честь Международного женского дня публикуем отрывок из книги «Горы мира», которая выходит в издательстве «Пешком в историю». Она не только рассказывает об истории женского альпинизма, но и написана женщиной — продюсером «Мела» Ладой Бакал, которая сама не единожды поднималась в горы. Ходила по Гималаям вокруг Аннапурны и в национальном парке Лантанг, во Французские, Австрийские и Итальянские Альпы, путешествовала по румынским и украинским Карпатам, по Кавказу, Уралу, Алтаю и Пиренеям.
На середину XIX века пришлось десятилетие золотого века альпинизма. Никогда потом он не был так популярен. Газеты писали о восхождениях, в обществе обсуждали альпинистов, пики и походы. Мужчины придумывали новое оборудование — крючья, ледорубы, палатки, — новые маршруты и типы восхождений… И тут в горы решили отправиться женщины. Это стало настоящей революцией! Им пришлось сражаться с общественным мнением, родственниками и даже с одеждой, ведь тогда женщины носили корсет и многослойные длинные юбки на железных обручах — кринолине.
Первой из женщин на Монблан поднялась в 1808 (или 1809) году жительница Шамони крестьянка Мари Паради. Ей было 18 лет, и она дружила с юношами-проводниками, которые и уговорили Мари пуститься в это рискованное путешествие. Ее на руках переносили через ледник и на руках же занесли на вершину. Начало было положено.
А продолжение стало поистине героическим. В 1838 году аристократка Анриетта д’Анжевилль сама поднялась на вершину благодаря непреклонной силе воли. Графиня принадлежала к французской знатной семье. Во время революции её отец был арестован, дед казнён. Семья бежала из Парижа в Женеву — Альпы оказались рядом, и Анриетта увлеклась горами. Однажды молодой графине попался рассказ о восхождении на Монблан. Потом ещё один. Постепенно она собрала и прочла все изданные к тому времени книги об альпинизме. Монблан стал её страстью.
Родственники запретили Анриетте и думать о горах, но после получения наследства первое, что сделала 45-летняя графиня, наконец ставшая независимой, — отправилась на вершину. Она воспользовалась самым современным снаряжением и наняла 12 проводников и носильщиков.
Анриетта д’Анжевилль придумала для себя специальный костюм для восхождения: просторные суконные брюки, поверх — тяжёлая суконная юбка и пальто на меху. Такой альпинистский костюм весил в два раза больше современного. Правда, переоделась в него графиня, только отойдя подальше от деревни, иначе в обществе разразился бы скандал. Костюм состоял из 18 предметов, среди которых было даже два веера: один большой, которым должны были махать гиды, и один маленький, персональный.
В Шамони Д’Анжевилль приехала вместе с личным доктором и строго следовала его рекомендациям: перед восхождением не есть тяжёлого, не пить вина, взять с собой достаточно воды, останавливаться для отдыха каждый раз, когда дыхание будет нарушено.
Тяжёлая одежда оказалась ужасно неудобной. В первую же ночь на высоте графиню стала мучить горная болезнь
Она попросила гидов в случае смерти похоронить её на Монблане. Однако воля к победе оказалось сильнее, и 4 сентября 1838 года Анриетта д’Анжевилль поднялась на вершину, где написала палкой на снегу: кто хочет, тот может. Её охватила эйфория: были отправлены почтовые голуби с сообщением об успехе, Анриетта рисовала, писала заметки и не хотела спускаться вниз! Графиня д’Анжевилль продолжала ходить в горы до самой старости: 21 вершина покорилась ей за следующие 25 лет. В возрасте 69 лет она взошла на Олденхорн в Австрии.
Ещё одна покорительница вершин, Джейн Фрешфильд, мать будущего первооткрывателя альпинистского Кавказа Дугласа Фрешфильда, стала страстной поклонницей гор в конце 1850-х годов. За несколько лет Джейн с мужем и маленьким сыном обошла разные уголки Альп и десятки перевалов. В 1861 году Фрешфильд написала первую книгу о женском альпинизме — «Альпийские странствия леди».
Люси Уолкер была из семьи настоящих фанатов гор: альпинистами были её отец и брат — первопроходец Западного Эльбруса. Начав в 1858 году, за 21 год Люси поднялась на 96 вершин. Это был рекорд века!
Другая героиня эпохи и соперница Люси — Маргарет (Мэта) Бревурт — приехала в Шамони в 1865 году с племянником Уиллом Куллиджем. Первоначальное желание вылечить Уилла от туберкулёза обернулось страстью на всю жизнь для обоих. Вдохновлённая общей эйфорией от восхождений — группы уходили в горы чуть ли не каждый день — Мэта тоже решила попробовать. Она наняла гидов и… поднялась на Монблан! Тетя и племянник забросили все свои дела и планы: теперь только горы и только восхождения! С собой на вершины они брали даже свою собаку Чингль: вот у кого достижений было больше, чем у многих спортсменов, — более 30 серьёзных восхождений, в том числе зимних!
Честолюбивая Мэта стремилась стать первой среди женщин-альпинисток. Но в 1871 году Люси Уолкер всего на два дня опередила её в женском первовосхождении на Маттерхорн. Да и в новом жанре альпинизма — зимнем восхождении — на Монблане в 1876 году её обогнала леди Изабелла Страттон, и снова — на пару дней!
История леди Страттон не менее захватывающая. Дочь лорда приехала в горы поправить здоровье, а в результате увлеклась восхождениями и кардинально изменила свою жизнь. Сохранились слова её тётки: «Запретите ей заниматься альпинизмом! Она шокирует весь Лондон и выглядит как индеец». Но запрещать было поздно! Леди Изабелла Страттон совершила нечто ещё более шокирующее, чем занятия новомодным спортом: она сделала предложение своему гиду Жану Шарлю. Потомки Изабеллы и Жана с двойной фамилией Шарль-Страттон и сейчас живут в Шамони и ходят в горы.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе





