«Катись колбасой», «любовница» и «при чём». История Сергея Ожегова, составителя словарей

«Движитель», «русский барин», «бабскъ ходокъ», Талейран, «пушка на колесах», «жидовин Ожеговер» — за всеми этими прозвищами скрывается один человек, чье имя мы знаем по обложке самого известного словаря русского языка. 22 сентября исполнится 122 года со дня рождения Сергея Ожегова.

Футболист, эсер и красноармеец

Если ехать от Твери в сторону Селигера и Осташкова через Торжок, по пути вы минуете маленький город Кувшиново. В нем, тогда поселке Каменном, в 1900 году родился Сергей Ожегов, старший сын инженера бумажной фабрики Ивана Ожегова. Отец происходил из уральских рабочих, а вот мать была родственницей священника и филолога, профессора Петербургского университета Герасима Павского, автора учебника еврейского языка для семинарий. Сам Сергей Иванович вспоминал, что его фамилия — из демидовских крепостных. В семье деда, который более пятидесяти лет проработал на Екатеринбургском плавильном заводе, было четырнадцать детей, и у всех было высшее образование.

Когда Ожегову было 13, семья переехала в Петроград, где он окончил гимназию. Юность Ожегова прошла насыщенно: он играл в футбол, моднейший спорт того времени, состоял в спортивном клубе. В 17 лет вступил в партию эсеров.

Вместе со своими однокашниками в гимназии Ожегов любил шутить над учителем-французом, не знавшим русского: время от времени он поднимал руку и спрашивал: «Можно в сортир?» (по-французски sortir — «выходить») — на что француз отвечал: «Конечно, можно».

В 1918-м Сергей поступил в Петроградский университет, но его сразу призвали на фронт, шла Гражданская война. Ожегову довелось воевать под Нарвой, Псковом и Ригой, на Карельском перешейке, затем на врангелевском фронте. В 1922 году ему предложили путевку в военную академию, но он отказался и вернулся в филологию, на факультет языкознания и материальной культуры. Еще во время учебы в институте он начал преподавать русский язык.

Это была, несмотря на голодное время, эпоха, когда филологические науки быстро развивались

В то время в Петрограде преподавали Виктор Виноградов, Лев Щерба и Борис Ляпунов — выдающиеся филологи. Ожегов участвует в семинаре Николая Марра и слушает лекции Сергея Обнорского.

В 1926-м Сергей Ожегов по рекомендации своих профессоров поступил в аспирантуру Института истории литератур и языков Запада и Востока при Ленинградском государственном университете.

Его занимает история русского литературного языка, исторической грамматики, лексикологии, орфоэпии (нормы произношения) языка русских писателей, орфографии и фразеологии. Главное же, к чему приковано его внимание, — разговорная речь.

«Катись колбасой»

Как говорят на улицах, как меняются языковые нормы — все это интересует молодого ученого. В архивах Российской академии наук хранятся наброски его работы над «Революционным словарем». В аспирантуре Сергей попадает в команду, работающую над «Толковым словарем русского языка», редактором которого был Дмитрий Ушаков. Ожегов становится одним из самых активных участников работы, «движителем», как называл его учитель.

Читайте также

Русский не был для него родным: история Дитмара Розенталя, автора 150 учебников правописания

Первый том словаря Ушакова вышел в 1935 году; последний, 4-й том, — в 1940-м. Это было настоящим событием в научной жизни.

Но так считают не все. Словарь Ушакова в то время и жестко критикуют. «Литературная газета» возмущается включением в него слов и выражений «брезгун», «втрескаться», «катись колбасой». Словарь (и ученых-составителей) клеймят за «буржуазное и мелкобуржуазное мышление».

Словарная дискуссия 1935 года была одним из скандалов тех лет в науке, чередой сотрясавших советскую действительность, культуру, искусство и общественную жизнь

Все понимали, что достаточно лишь одного кивка сверху, чтобы перевести дискуссию в политическую плоскость. Ожегов же стал известен среди «ушаковских мальчиков» как человек, разрешающий конфликты между Ушаковым и критиками словаря. Мягкий, добрый, воспитанный и интеллигентный, он умел перевести дискуссию в спокойное русло. Так он получил прозвище Талейран, в честь известного французского дипломата XIX века.

Сам Ожегов, несмотря на свою вежливость, в личной переписке называл критику словаря «мерзкой» и «гнусной». В письме Ушакову он пишет: «Несмотря на всю гнусность… все эти мнения отражают хоть боком известные настроения, с которыми надо считаться, тем более что они вполне реальны».

«Не мог опомниться»

В 1936 году ученый и лексикограф Сергей Ожегов переезжает в Москву. Он преподает в Московском институте философии, литературы и искусства (ИФЛИ), где Ушаков заведовал кафедрой русского языка. Сергей Иванович начинает заниматься стилистикой и риторикой русского языка.

В 1941 году Ожегов, несмотря на массовую эвакуацию ученых, остается в Москве и преподает курс палеографии студентам пединститута. Он — исполняющий обязанности директора Института языка и письменности, пока начальство в эвакуации. В это время многих его коллег эвакуируют в разные уголки СССР: Виноградова — в Сибирь, Ушакова — в Узбекистан. В Москве во время войны с оставшимися коллегами Сергей Иванович организует языковедческое научное общество, изучает язык военного времени.

В этот период Ожегов пережил много потерь: еще до войны от туберкулеза умер его брат Евгений, а позже и маленькая дочь Евгения; во время блокады Ленинграда от голода умерли его мама и брат Борис, а вслед за ними — сын и жена Бориса. Ожегов пишет: «Никого теперь у меня не осталось. Не мог опомниться». И тем не менее он находит силы, чтобы разыскать свою племянницу в доме ребенка, а затем удочерить девочку.

17 апреля 1942 года в Ташкенте от астмы умирает еще один очень важный в жизни Ожегова человек — Дмитрий Ушаков.

Популярный словарь

Еще в довоенные годы Сергей Ожегов загорелся идеей популярного толкового однотомного словаря, идею которого ему предложил Ушаков. В 1947 году Сергей Иванович пишет письмо Сталину с просьбой не переносить Институт русского языка (созданный в 1944 году после реорганизации ИФЛИ) в Ленинград. Институт остался в Москве, и началась работа над однотомным словарем. Соавторами в работе над словарём были Г. Винокур и В. Петросян, но позже они отошли от работы, и Ожегов остался один.

В 1949 году выходит первое издание словаря. Его критикует и академический круг, и советские идеологи. Умудренный опытом Ожегов отвечает на критику конструктивно и четко. Учитель Ожегова академик Сергей Обнорский тоже выступил против. Его не устраивала орфография словаря: например, он считал, что «при чем» нужно писать раздельно, а «вящий» нужно писать через «ш».

В 50-е годы Ожегов вел активную работу в Институте русского языка. В 1952-м он основал и возглавил сектор изучения русского языка, который занимался исследованием и популяризацией родной речи. С сектором сотрудничали Корней Чуковский, Лев Успенский и Федор Гладков. Ожегов также организовал выпуск научно-популярной серии «Вопросы культуры речи», где часто публиковались статьи его коллег и последователей. По его инициативе была создана Справочная служба русского языка, консультирующая по вопросам правильности речи.

Тогда же начали выходить под его редакцией и в соавторстве знаменитые словари орфоэпических норм: «Орфографический словарь русского языка» (1956, 1963), «Русское литературное произношение и ударение» (1955), «Правильность русской речи» (1962) и другие.

Вместе с Александром Реформатским Сергей Ожегов исследовал социологию русского мата и собирал подробную картотеку — научно обработанный каталог использования обсценной лексики.

Читайте также

Как, зачем и почему стоит обсуждать нецензурные выражения со старшеклассниками

Сергей Ожегов скончался 15 декабря 1964 года. Он попросил, чтобы его похоронили по христианскому обычаю на Ваганьковском кладбище, но просьбу не исполнили. Урна с его прахом захоронена в стене некрополя Новодевичьего кладбища.

С 1949 по 1991 год Толковый словарь Ожегова выдержал 23 издания общим тиражом более 7 миллионов экземпляров. Это единственный относительно полный однотомный словарь (80 000 слов и выражений), который последовательно отражает изменения в русской разговорной лексике.