«Вообще-то я учусь в физмате». Кто и как берёт призы на Международной олимпиаде по лингвистике

Международные олимпиады школьников понемногу возвращаются в привычный офлайн-формат, и участники из России показывают прекрасные результаты. Вот и на проходившей в конце июля олимпиаде по лингвистике (IOL 2022) четверо российских школьников получили медали, включая золото. Мы поговорили с Артёмом Бойко (у него серебро) и Эльвирой Агеевой (бронза) о том, почему для участия в соревнованиях такого уровня вовсе не обязательно знать иностранные языки.

Олимпиада проходила в городе Каслтаун на острове Мэн. Как вам там жилось?

Артём: Мы часто выбирались в центр города, видели группу артистов, которые исполняли, как я понял, «мэнские танцы». У Мэна довольно давняя история, так что поездка получилась в том числе экскурсионной. И, конечно, мы много времени проводили в школе, в которой писали олимпиаду. Почти каждый вечер все команды собирались там и общались, играли, рассказывали друг другу что-то.

Эльвира: Надо рассказать, почему мы вечера проводили тоже в школе. Просто на острове Мэн, насколько мне известно, нет гостиниц, в которую можно было бы поселить сразу всех участников олимпиады. Так что мы базировались прямо в здании местной школы-интерната.

Мы жили с командами Латвии, Казахстана, Эстонии, Индии и Швеции, много общались с латвийской командой — это было просто, потому что трое из четверых участников говорили по-русски с рождения. В одну из ночей мы все вместе ходили смотреть на звёзды: в тех местах очень красивое небо. Вечером в коридоре всегда можно было кого-нибудь встретить и во что-нибудь поиграть. Мы, например, научили всех нашей традиционной «Шляпе» — игре, где надо объяснять слова.

Раньше на олимпиаде были командные конкурсы. А в этом году?

Эльвира: В этом году, как и всегда, тоже был командный тур, только наша команда выступала как бы вне зачёта, мы удостоились только индивидуальных наград. А так всё было как обычно, то есть очень интересно.

Командная задача была на древнеманьчжурский язык — нужно было разобраться в лексике, грамматике и на основе полученных данных выполнить задания разных типов. Это очень сложно, но увлекательно. Такие задачи особенно приятно решать командой: чувствуете себя единым механизмом, где каждый отвечает за свой элемент задания, но только вместе вы можете упаковать это в стоящее решение.

Артём: На тренировках мы уже учились разделять зоны ответственности. Этим же занимались и на самой олимпиаде. Например, под конец олимпиады я знал грамматику и лексику маньчжурского языка совсем чуть-чуть, зато полностью понял всю письменность. Командные задачи сделаны так, что один человек, конечно, может их выполнить, но на это ему понадобится очень много времени. Поэтому людям нужно работать вместе, разделять задачи и знания.

Как проходили ваши тренировки?

Эльвира: Сначала прошли сборы в зуме, а потом тренировались все вместе в течение 10 дней на базе летней лингвистической школы в подмосковном Ратмино.

Артём: Часто говорят, что лингвистические олимпиады отличаются от остальных, потому что на них делается упор не на знания, а на умение находить закономерности и подбирать решения. Нам именно это и преподавали.

Что даёт участие в международной олимпиаде?

Эльвира: Участие или даже призовое место в международной олимпиаде не даёт льгот для поступления. Но это всё равно очень престижно. В мире школьной лингвистики это самая главная возможность проявить себя, пик олимпиадной карьеры. Естественно, что и задачи там совершенно другого уровня. Так что это важный вызов для меня как лингвиста, который очень интересуется этой наукой и любит решать лингвистические задачки.

Артём: Я вообще не ожидал, что попаду на олимпиаду по лингвистике. Я учусь в физико-математическом лицее, изучаю математику, езжу на разные олимпиады и турниры. К лингвистике у меня тоже некоторое время был интерес, и в какой-то момент я узнал о Московской традиционной олимпиаде по лингвистике, которая проходит только в России. Меня этот формат очень заинтересовал — я начал готовиться, поучаствовал и получил высокий балл. Тогда меня неожиданно и пригласили на международную олимпиаду. Для меня это стало шансом проявить себя.

Каких компетенций, умений и талантов требует от человека олимпиада по лингвистике?

Артём: Лингвистика требует хорошо развитого логического мышления. Благодаря ему можно заметить, что все языки — некие структуры, а не просто набор правил и слов. Их можно описывать практически математическим языком. Но, естественно, лингвистика и к гуманитарным наукам имеет некоторое отношение. Меня это радует, потому что я могу продолжать заниматься лингвистикой, но с уклоном в математику и информатику. Словом, совмещать все свои интересы.

Эльвира: Прелесть любой олимпиады по лингвистике в том, что она не требует никаких знаний. Нужно только проанализировать материал. Даже по сравнению с олимпиадами по математике, где тебе необходимо знать как минимум что-то из геометрии, какие-то формулы и хитрости, лингвистическую задачу может решать любой. Наш с Артёмом пример — пример людей, которые выиграли медали спустя год после того, как пришли в лингвистику — это доказывает.

Но я больше гуманитарий, поэтому в решении задач часто опираюсь на лингвистический кругозор. Когда сталкиваешься с каким-то необычным языковым явлением, которого не встретить в русском и других хорошо знакомых языках, в него бывает сложно поверить. Если у тебя есть представление о разных грамматических явлениях в разных языках мира, заметить какой-то паттерн в задаче проще.

Артём: Кстати, о кругозоре! На этой олимпиаде я столкнулся с тем, что буквально не поверил в один факт — хотя по итогу он оказался правильным. Там суть была в том, что родители называют детей в зависимости не от их, а от своего пола. То есть сына мать и отец будут называть по-разному. А я подумал, что так быть не может, и в итоге решил всю задачу неверно.

Артём, вы писали об успехах нашей сборной в чате межславянского языка в телеграме — почему вам важно рассказывать о своих достижениях?

Артём: Я вообще в интернете не особо скрываюсь. Ведь есть люди, которые вообще не особо в интернете показывают свое лицо, свое имя. Как-то так получилось, что я не из тех людей. Когда прошла летняя лингвистическая школа, я был настолько счастлив, что решил: зачем хранить это где-то в блокнотике, если можно рассказать во «ВКонтакте»? Вдруг кто-то тоже захочет отправиться туда в следующем году.

Международная олимпиада тоже стала для меня большим событием, о котором я, возможно, тоже напишу у себя во «ВКонтакте». А в чат межславянского языка я написал скорее потому, что такими сконструированными языками часто интересуются люди, которым интересна лингвистика. Или наоборот: лингвистика часто интересна людям, которые интересуются сконструированными языками. Я подумал, что людям в этом чате было бы интересно почитать про такое событие. Я написал своё сообщение не чтобы похвастаться, что эту медальку получил я. Всё-таки хочется немножко показать себе, что я умный человек.

А теперь интерактив от «Мела»: «Задачи, которые могли бы попасть на олимпиаду, но не попали». Как думаете, почему красные береты называют «краповыми»?

Артём: В Международной олимпиаде по лингвистике задачи обычно связаны с языками, которые никто из участников не знает. Так что будем считать, что это задача из Традиционной олимпиады. Хотя, честно говоря, я не знаю, почему «краповые береты» так называются. Мне кажется, что «крап» звучит как название какого-то цвета, связанного с красным. Хотя у меня есть подозрение, что это не так и нужно подумать лучше.

Эльвира: Я не то чтобы знакома с этим словосочетанием, но согласна с Артёмом: это что-то либо про красный цвет, либо про материал.

Вы правы, в немецком языке Krapp — это название растения марены и заодно красителя тёмно-красного цвета. Ещё вопрос: как говорить корректнее: «взял с собой три пары трусов» или «трое трусов»?

Эльвира: И то и другое вполне в логике языка, потому что, по моим наблюдениям, выражения вроде «пара брюк» очень распространенные. Либо используется собирательное числительное «трое трусов», но на мой лингвистический вкус это звучит «кривее». Поэтому я бы выбрала «пару трусов», классно звучит.

Артём: Вообще, среди лингвистов распространено мнение, что прескриптивизм — попытка загнать язык в рамки — ничего хорошего не даёт. Говорить, что правильно, что нет, на самом деле не совсем верно: язык постоянно меняется. Им правят его носители, и если они в большом количестве говорят «три пары трусов», это можно считать корректным вариантом. Если много людей говорят «трое трусов», это тоже можно считать правильным. Я не думаю, что какое-то из этих выражений используется реже. Если подходить к вопросу лингвистически, нужно изучать корпусы текстов. Возможно, что-то из этого используется только в некоторых регионах и это регионализмы.

Правильный ответ всё-таки «трое трусов». Иначе происходит удвоение предметов (трусы-то, в отличие от пары сапог, одни). Вам когда-нибудь попадались каверзные задачи на определение рода слова?

Артём: Сам я с такими задачами не сталкивался, но видел одну интересную про исторический род слова. Было дано несколько слов женского рода, и нужно было понять, какое из них когда-то было существительным мужского рода. Там были слова вроде «тень», «дверь», «кровать» и подобные. Решение заключалось в том, что обычно уменьшительно-ласкательные формы слова сохраняют род: у слова «тень» уменьшительно-ласкательным будет «тенёк», и это объясняется тем, что когда-то существительное «тень» было мужского рода.

Что посоветуете читателям в конце?

Артём: Пробуйте изучать лингвистику! Я даже не думал, что это так мне понравится и что у меня будет так хорошо получаться. Я долгое время был уверен, что математика и лингвистика вещи абсолютно не связанные. Думаю, многие, например, считают, что лингвисты из них никакие, потому что они не знают множества языков — это и необязательно!

Эльвира: Хочется пригласить читателей поучаствовать и в устной олимпиаде по лингвистике, и в традиционной, и пройти бесплатные курсы «Сириуса». Это всё очень здорово.

В подготовке материала принимала участие стажёрка «Мела» Дарья Юдкина. Фотографии предоставлены Артемом Бойко.