«Я не в ответе за своих детей»

«Ваши дети невоспитанные! Скажите им, чтобы не шумели!», — такое в свой адрес слышал почти каждый родитель. И неудивительно, дети уж так устроены, что иногда шумят. Некоторые при этом пристыженно вжимают голову в плечи, срывают злость на детях или, напротив, грубят в ответ. Но мы забываем, что ребёнок — это самостоятельное существо, за которых у нас физически не получится отвечать везде и всегда. Поэтому иногда просто необходимо «отпустить ситуацию». Как в таких случаях следует поступать и как установить правильные границы между собой и ребёнком, рассказывает Инна Прибора.

Почти все темы популярной психологии в итоге приходят к проблеме границ. Здоровая личность не попадает в неприятности, потому что тонко чувствует, где кончается её компетенция. Где она уже не может повлиять на другого. И в какой момент этот другой проснётся и станет размахивать факелом, очерчивая собственные границы.

Есть красивый образ, где близкие люди, муж и жена, например, или родитель и ребёнок рисуются в два колечка, сцепленных между собой самыми краешками. Никто не наезжает на другого, не поглощает, упаси бог, нет. Они сцеплены, потому что они вместе, но каждый из цепи — круглая, полная самость, осознающая свой контур.

Человек, знающий про границы из вдохновляющих психологических книжек, может быть незнаком с возрастной психологией. И двухлетний ребёнок, который ломится к вам в ванную комнату, пока вы скоростным методом принимаете душ, может не знать про границы.

С самого начала ребёнок в силу своей беспомощности до того плотно слеплен с матерью, что границы у них как бы становятся общими

Все эти идиотические обороты «Мы покакали, мы съехали с горки, мы растим зуб» на самом деле точно отражают ситуацию. Это не он какает, а мать, согнувшись над горшком, уговаривает Петю подумать и закончить начатое. Это она втаскивает комбинезон с ребёнком на горку и не спит ночью по причине новых зубов.

Одно кольцо постепенно вылупляется из другого, отодвигается. Но родитель привык близко к сердцу воспринимать все проблемы младшего.

В каком месте кончилась я и начался ребёнок? Если он откажется от завтрака, а потом четыре часа до обеда будет ныть, это чьи проблемы — мои или его? Кому нужно больше переживать из-за несъеденной овсянки? Кто перед прогулкой в дождь больше суетится в поисках подходящих прорезиненных штанов? Кому хуже во время детской истерики?

Однажды мы отдыхали большой компанией за городом, а моя трёхлетняя дочь внезапно устроила фантастический концерт. Ей показалось остроумным кидаться сапогами и бегать в носках по снегу. Когда я дала понять, что не приветствую такое поведение, она стала рыдать, не давала взять себя на руки, и предпочла сидеть на лестнице коттеджа. В это время 18 человек, защищая шапками барабанные перепонки, пытались слиться со стеной и как-то нас обойти.

5 советов, как не срываться на своих непослушных детей

Я, честно говоря, не знаю, кому из нас было хуже — Динцу или мне. Я тоже сидела рядом на лестнице и пыталась как-то её утешить или хотя бы убедить убавить звук. И тут ко мне подошла Маша, мама двух мальчиков. Она сказала поразительную в тот момент вещь:

— Мне кажется, ты как-то напряжена.

У меня действительно было не то выражение лица, с каким принято лежать во время расслабляющего массажа.

— Мало ли какая химия у неё сейчас происходит, — продолжала невозмутимая Маша, — надо немного отпустить ситуацию.

«Отпустить ситуацию» в тот момент для меня звучало как предложение отпустить руль у самолёта, который потерял управление и несётся к земле. Но тут до меня вдруг дошло, что руль вовсе не у меня. Я сделала всё, что могла. Рассказала, почему я не могу позволить прыжки в носках по сугробам, села рядом, предложила утешения и объятья. Всё, что оставалось — успокоиться и ждать.

Это сработало. Ещё через десять минут громкость снизилась, и дочь попросила отнести её с прохода и почитать сказку.

Наблюдения показывают: во время детских выступлений родитель ведёт себя так, как будто это он виноват

Он, конечно, немного виноват, потому что не купил пряников и вообще проглядел момент перегрева, но не настолько, чтобы устраивать истерику самому и бегать со вставшими дыбом волосами. Мне в такие моменты очень помогает думать о том, кто я для ребёнка: жалкое существо, которое комкает носовые платки и носится кругами, или оплот спокойствия в виде отдельного взрослого человека.

Забавно, что многие, пока бушует младший, думают, что это с ними приключилась истерика, а вовсе не с ребёнком. Отсюда эти неуклюжие попытки исправиться. Или злиться на себя, а вымещать на маленьком.

С каких фраз начинается насилие в семье

Пусть ты не можешь оставить ребёнка экспериментировать с одеждой и едой, просто потому что лечить его придётся папе с мамой. Нельзя предложить ему самому заниматься собственным развитием, потому что он пока не понимает, что игра «энгри бёрдс» даёт меньше в образовательном плане, чем систематические занятия математикой и английским. Ну и вообще, человек верит в зубную фею, а мы ему предлагаем принимать судьбоносные решения. Но в какой-то точке есть предел моим полномочиям.

Когда мои дети орут с балкона шестого этажа «Дядя, лови кабачок!», а всё идущие внизу люди вздрагивают, есть риск почувствовать себя плохой матерью. Но я держу себя в руках. Я стараюсь не раскисать, когда они топают ногами в музее и обзывают друг друга туалетными ругательствами. В конце концов, воспитательную беседу я провела и даже сообщила несколько более интеллектуальных проклятий. Я ещё краснею, но уже не впадаю в ступор, когда дочь спрашивает человека на эскалаторе, почему у него такая некрасивая шляпа.

Есть границы: это я, это дети. Эти они задали вопрос, а не я. А я могу тут только пожать плечами и свысока погрозить пальцем

Недавно в поезде ехала компания с детьми восьми-десяти лет. Был полдень, дети, само собой, оживлённо разговаривали, вертели головами, залезали на верхнюю полку, в общем, не превышали обычных ультразвуковых значений. Пассажирка по соседству вдруг строго обратилась к родителям детей:

— Они невоспитанные! Скажите им, чтобы не шумели!

Для многих это была бы отличная возможность ссутулиться и начать шипеть на детей. Но те ребята оказались продвинутыми:

— Скажите это им сами, пожалуйста. Они достаточно взрослые, чтобы понимать человеческую речь.

У нас мощная привычка осуждать родителей по любому поводу. Но, боюсь, самое большое осуждение родители шумных детей выносят сами себе. Ребята, спокойно! Дети действительно шумные и плачущие. Они бегают, падают в лужи и кого-то забрызгивают, задают дурацкие вопросы и показывают пальцем в метро. У них, в конце концов, не вполне развились лобные доли. И если в следующий раз вам станет совсем грустно, просто пожмите плечами: «Скажите им это сами, пожалуйста!»