Ребёнок начал бояться вещей, которые раньше его не пугали: что случилось и как ему помочь
Вы спрашиваете — «Мел» отвечает

Все дети чего-нибудь боятся: темноты, или собак, или выдуманных монстров. Но бывает и так, что ребенка вдруг начинают пугать привычные вещи, которые раньше не были источником страха. Из-за чего так происходит? Поговорили об этом с кандидатом психологических наук, семейным психологом Мариной Гогуевой.
Вопрос. Раньше ребенок (сейчас ему шесть) был очень бесстрашный, ничего не боялся. Теперь же все изменилось — боится пылесоса, фена, темноты, незнакомых. Что делать?
Ответ. Страх — это одна из базовых эмоций, и в норме он присутствует и у детей, и у взрослых. Если бы у нас не было страха, то и заботы о собственной безопасности тоже не было бы — и мы бы спокойно переходили дорогу на красный свет. Главная функция страха — защищать нас от поведения, которое потенциально может быть опасно для здоровья и жизни.
Страхи можно разделить на две категории: нормативные возрастные и ненормативные.
Нормативные возрастные страхи проявляются до окончания подросткового периода, и, как следует из названия, у разных возрастов они разные. У ребенка 4–6 лет активно задействовано воображение, четких границ между реальностью и фантазией еще нет, поэтому сказочный мир для него остается очень убедительным. Именно в этом возрасте чаще всего появляются страхи чудовищ, которые могут вылезти из-под кровати, и различных отрицательных персонажей из сказок и мультфильмов. Также в этот период у детей начинают появляться ночные кошмары.
Чаще всего такие страхи не мешают обычной жизнедеятельности ребенка. Если же вы заметили, что страх чего-либо стал перерастать в истерики либо (как в случае нашей читательницы) ребенок стал бояться вещей, которые раньше его не беспокоили, к ситуации стоит отнестись внимательнее.
Такое поведение, скорее всего, говорит о том, что ребенок не справляется с навалившимся стрессом
Поговорите с ребенком. Если страх поддается легкой коррекции, ребенок быстро успокаивается и переубедить его в несерьезности появившегося страха не составляет труда, — значит, все в пределах нормы.
Если же страх влияет на поведение ребенка так, что родители не в состоянии успокоить его привычными способами, — это явный признак того, что нервно-психические ресурсы ребенка ослаблены и у него просто не хватает собственных сил, чтобы чувствовать себя безопасно рядом с родителями.
Когда вы поняли, что ситуация вышла за пределы нормы, важно разобраться, что послужило причиной, ведь страхи никогда не берутся «из пустоты». Например, это может быть:
- сильный семейный стресс. Так как ребенок эмоционально включен в семейный «коллектив», то и стресс внутри семьи распространяется на эмоциональном уровне на всех ее членов;
- рождение еще одного ребенка. И, как следствие, стресс из-за недостатка внимания, с которым ребенок не в состоянии справиться. Реакция в виде новых страхов становится естественным высвобождением накопившегося эмоционального напряжения;
- ослабленный иммунитет. А также затяжная болезнь, слабый организм в период выздоровления — тоже возможные причины;
- переезд, смена детского сада (или появление нового воспитателя), болезнь одного из членов семьи — тоже возможные причины стресса и, как следствие, развития детских страхов.
Все это ненормативные страхи, они не привязаны к возрасту и проявляются из-за психотравмирующих ситуаций. Например, если семья попала в ДТП (даже несерьезное), но ребенок все равно успел испугаться, итогом сложившейся ситуации будет страх.
Важно вовремя замечать отклонения от нормы и проговаривать, прорабатывать с ребенком возникающие страхи. Если не делать этого вовремя, то постепенно ребенок может стать робким, застенчивым, тревожным. А большая часть клиентов психологов — это как раз люди с повышенной внутренней тревожностью.
Впоследствии такие дети становятся контролирующими личностями, которым крайне сложно расслабиться и отпустить ситуацию, потому что ощущение, что все рухнет, если перестать следить за происходящим, доминирует над остальными чувствами. Такие люди часто выбирают стратегию катастрофизации: если случилось что-то незначительное, то они обязательно будут ждать серьезных последствий.
Самая большая ошибка — считать, что побороть страх можно с помощью прямого столкновения с ним
«Посмотри своему страху в глаза» — громкая фраза, которая на самом деле не является хорошим способом преодоления сложившихся фобий. Такие практики действительно существуют, и они действенны в некоторых случаях. Тем не менее делать то, что доставляет человеку дискомфорт — тем более ребенку, — я бы не рекомендовала.
Если родители понимают, что справиться с возникшими страхами ребенка самостоятельно они не могут, лучшим решением этого вопроса станет обращение к психологу. Если возможности водить малыша на психокоррекцию нет, можно попросить психолога выдать задания, которые родители могли бы делать с ребенком самостоятельно. В таком случае посещать психолога все равно необходимо, просто не так часто: достаточно будет одного приема в месяц-полтора.
У вас есть вопрос, на который вы хотите получить ответ специалиста, а не случайную выдачу поисковика? Задайте его в форме ниже, а мы найдем эксперта, который вам ответит. Это анонимно — не стесняйтесь спрашивать о чем угодно.
Материал подготовила стажерка «Мела» Дарья Юдкина.
Фото: Marina-A / shutterstock / fotodom
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям







