Главные книги, которые изучают студенты всего мира
Все самое читаемое — от Аристотеля и Платона до Шекспира и Чехова

В сети появился сервис The Open Syllabus Explorer — рейтинг из почти миллиона книг, которые изучают в англоязычных вузах. «Мел» проанализировал список популярных вузовских текстов и попытался разобраться, почему Набокова любят больше, чем Толстого, а Платона читают чаще, чем Шекспира.
Агрегатор вузовских текстов The Open Syllabus Explorer дает неплохое представление о том, что изучают студенты пяти стран: США, Британии, Канады, Австралии и Новой Зеландии. Почти миллион книг в The Open Syllabus отсортированы по популярности. Чтобы пользователь не потерялся в этом миллионе, сервис оснастили удобной системой фильтров. Чем выше книга в списке, тем чаще она встречается в учебных программах. Слева от названия книги можно увидеть, сколько университетов включили ее в программу.

Даже мельком взглянув на список, можно обнаружить, что центральное место в образовательных программах ведущих университетов занимает философия — от античного периода до XIX века. Тем не менее лидирующую позицию занимают «Элементы стиля» — универсальный справочник по стилистике английского языка, впервые вышедший в 1918 году и уже почти век убеждающий студентов в том, что краткость — сестра таланта. Художественных текстов в первую десятку вошло только два — это «Франкенштейн» Мэри Шелли и «Гамлет» Шекспира.

Список самых популярных книг в американских вузах во многом дублирует общемировой — здесь и упомянутые «Элементы стиля», и Платон с Аристотелем, и «Манифест коммунистической партии» Карла Маркса — это несмотря на то, что в США крайне левую идеологию на практике не воплощали.
Более любопытным выглядит британский топ-5: здесь лидируют справочники по эффективным методикам подготовки исследовательских проектов по социальным наукам. Третью строчку занимает классический учебник Лорри Маллинза по менеджменту — в нем наиболее полно представляется управленческий подход к организационному поведению. Также для британцев крайне важно критическое мышление — книга Стеллы Коттрелл помогает развивать аналитические способности и учит студентов отстаивать свое мнение.

Уильям Шекспир — основоположник литературного английского языка и один из самых популярных англоязычных писателей. Его изучают повсеместно, и рейтинг самых востребованных университетских текстов это отражает. Шекспир — единственный автор, вошедший в мировой топ-100 аж с шестью книгами. В том, что самой читаемой книгой Шекспира окажется «Гамлет», сомнений не возникало. Но не менее известные русскому читателю «Отелло, венецианский мавр» и «Король Лир» занимают лишь 77-ю и 100-ю строчку соответственно. Их опередили «Буря», «Генрих V» и «Макбет».

Самая интересная часть списка — это книги российских авторов. Таких в топ-1000 произведений, которые изучают в англоязычных вузах, набралось десять. Самый популярный русский писатель — это не Достоевский или Толстой, а Набоков. Роман «Лолита» занимает 334-ю строчку в общем рейтинге. Такую востребованность можно объяснить главным образом тем, что Набоков считается не только русским, но и американским писателем. К тому же львиную долю своих книг он написал на английском языке. Далее следует балет Стравинского «Весна священная», который фигурирует в англоязычных источниках под тремя названиями.
Англоязычному читателю известны пьеса «Вишневый сад» Чехова и роман «Отцы и дети» Тургенева. Также в список известных русскоязычных произведений вошли два романа Льва Толстого — очевидно, что это «Анна Каренина» и «Война и мир». В топ-1000 вошел сценарий легендарного фильма Сергея Эйзенштейна «Броненосец „Потемкин“», который изучают студенты-кинематографисты. Книги Достоевского и Булгакова также изучаются в англоязычных университетах, но в первую тысячу вузовских текстов они не входят. Зато их опередили русские левые мыслители — в списке два ключевых текста Ленина и сборник текстов Льва Троцкого о вожде мирового пролетариата.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







