«Почему мы переделываем систему, которой родители довольны?»

В 2017 году в Министерстве просвещения решили, что через три года все школы перейдут из муниципального управления в региональное. Считается, что это позволит эффективнее тратить деньги и создать единое образовательное пространство по всей стране. На совместной дискуссии «Мел» и РАНХиГС родители, директора школ и чиновники обсудили, как изменится жизнь российских школ после этой реформы и с чем им придётся столкнуться.

Передовые школы должны помогать отстающим

Михаил Мокринский, директор школы «Летово»

Система, на которую собираются перевести школы, подразумевает две вещи: будет меньше лиц, которые принимают решение, и меньше радикальной невозможности согласовать расходы, деньги на которые лежат в разных карманах. Наша задача — сделать так, чтобы образовательные учреждения, которые развиваются медленнее, тоже выигрывали от того, что другие школы развиваются быстрее и ведут образование вперёд.

Другой вопрос, что для этого необходим внутренний ресурс. Этот вопрос в последнее время стоит ребром. Как бы ни поддерживали образовательное учреждение внешне, без качественного внутреннего ресурса они не дадут результата. С другой стороны, этот вопрос не решается быстро. Нет такой страны, которая бы одновременно развивала все направления и не имела бы того, что нужно исправить и что приходится откладывать на следующий год.

Родители и директора плохо понимают, как устроена школьная экономика

Татьяна Клячко, директор Центра экономики непрерывного образования Института прикладных экономических исследований РАНХиГС

С 2003 года мы ведем мониторинг эффективности школ. 86% родителей говорят, что со школой все хорошо: она выполняет все свои функции, учит детей. От 8 до 12% родителей бывают недовольны, как правило, проблемами бытового характера. Больше никаких вопросов в рамках этого мониторинга они не называют. Тогда почему мы переделываем систему, которой родители довольны? Какие возможности новая система может им предложить? Возможно, дело в том, что родители просто не видят этих проблем и работать, в первую очередь, нужно с ними.

Недавно я прочитала такую фразу: ленивые люди очень полезны, потому что они всё делают быстро и качественно, чтобы не переделывать. В этом плане Россия — страна неленивых людей. Мы можем делать всё быстро, а потом переделывать. Мне кажется, нужно сперва ответить на вопрос, насколько хорошо муниципалитет взаимодействует со школой. Если он может влиять на её деятельность вместе с родителями, то тогда, наверное, не нужно быть настолько неленивым, чтобы менять этот порядок вещей. Начиная эти преобразования, мы должны ответить на вопрос, чего мы хотим от школы и какой она должна стать в результате? Что она может сделать, чтобы и дети не уезжали в центральные города, а оставались в регионах, а российский социум развивался и учился решать свои проблемы?

В начале 2000-х я встречалась со своим знакомым в Сан-Франциско, после нашей встречи он собирался на школьное собрание. Родители собирались, чтобы решить, сколько платить учителям. Дело в том, что в Калифорнии учителя получали немного, поэтому школы переманивали друг у друга хороших педагогов. Мой знакомый шёл на собрание, чтобы решить, сколько нужно заплатить учителю, чтобы он остался в их школе.

К сожалению, российские родители и школьное руководство пока ещё плохо понимают, что такое экономика. У нас система устроена иначе. Но когда директор будет лично отвечать, на что потрачены деньги, у него поменяется подход к работе. Он даже начинает думать, какие бы ресурсы хотел получить от своего начальника, чтобы работать ещё эффективнее.

Школа сможет сама решать, как поощрять педагогов

Илья Новокрещенов, директор школы «Покровский квартал»

После передачи управления школ на государственный уровень изменилась сама суть профессии директора. Так считают многие мои коллеги. Если раньше всё финансирование проходило через окружные управления образования, где мы подтверждали штатное расписание и сметы на расходы, то теперь мы начали получать его напрямую в школу. Оказалось, что директор может сам распоряжаться этими деньгами в интересах школы. Теперь мы сами составляем штатное расписание и планы финансово-хозяйственной деятельности.

Ключевая фигура в современной школе — классный руководитель. От него зависит всё: он ориентирует ребёнка, какие образовательные возможности у него есть, одновременно наставляет его и помогает раскрыть потенциал. Теперь у меня есть возможность самому решить, как финансово поощрить классного руководителя так, чтобы это поощрение было адекватно педагогическим задачам, которые он решает. К слову, чем меньше начальников, тем больше бюджетных средств освобождается. Их можно направить на повышение заработной платы педагогов, которые непосредственно работают с детьми.

Когда я был директором маленькой школы, где училось всего 450 детей, у меня было пять заместителей, и я думал, что этого мало. Теперь у меня три с половиной тысячи детей, которые учатся в 23 зданиях — и всего три заместителя, и то я считаю, что хватило бы двух. Опыт показывает, что в некоторых случаях эффективность больше, если вложений меньше. А прорыв в школьном образовании зависит от того, насколько эффективно мы используем собственные ресурсы.

Родители захотят перемен, если школы реально смогут реализовать их идеи

Елена Метелькова, мама

Если бы, когда мои дети учились в школе, меня как родителя спросили, довольна ли я школьным образованием и не хочу ли чего-то большего, то я бы спросила в ответ: а что я могу хотеть, что школа в силах изменить сама?

Моё главное желание — чтобы моего ребенка учили, а учительница была к нему добра и не обижала. Если мне скажут, какие возможности есть у школы, я расскажу, какие изменения хотела бы увидеть. Но обсуждать развитие школы можно только с тем человеком, у которого для этого есть полномочия и ресурсы.

Когда директор школы контролирует все школьные финансовые ресурсы и сам принимает решение, на что их тратить, я понимаю, он может решить мой вопрос. Но когда директор школы — руководитель среднего звена, который подчиняется муниципалитету, то на мой вопросы он наверняка ответит, что ничего не может сделать сам и сошлётся на всевозможные стандарты и программы. С таким человеком разговаривать бессмысленно.

Местные власти лишатся влияния на население, которое имели благодаря школе

Александр Аникеев, министр образования и науки Калужской области

Есть действительно серьёзный риск, что в процессе регионализации школа может быть вырвана из местного контекста, и местная власть и местное сообщество в лице школы может лишиться очень важного ресурса. Когда мы обсуждали с главами муниципальных образований передачу полномочий по управлению общеобразовательных учреждений на региональный уровень, все они категорически высказались против этого. Они очень опасаются, что, утратив школу, они утратят важный ресурс влияния на местное сообщество.

Мы должны ответить на вопрос, с какой целью мы начинает процесс регионализации школ? Мне кажется, что все дело вовсе не в деньгах, которые могут не доходить до школ или что чиновников станет меньше. Проблема в том, чтобы сделать систему образования более управляемой, потому что это позволит достичь желаемого результата — повысить качество образования.