«Учителя тоже читают блоги и смотрят РЕН-ТВ». Проблемы школьного курса эволюции человека
Научный журналист, автор книги «Мифы об эволюции человека» Александр Соколов разобрал для «Газеты.ru» ключевые проблемы с преподаванием антропогенеза в российских школах.
«Обычное село. Сельский батюшка, выпускник истфака, с интересом прочитал мою книгу и рекомендовал ее библиотеке Духовной академии. Образованный священник, представьте себе, принимает эволюцию, уважает Дарвина, считает, что Вселенная возникла в результате Большого взрыва. Учительница физики в школе этого же села начиталась креационистских брошюрок. Она рассказывает детям, что эволюции не было, Земля возникла 6 тыс. лет назад, первыми людьми были Адам и Ева. Сельский батюшка, узнав об этом, приходит в ужас и пытается образумить креационистку. Но тщетно — ведь привезенные из Москвы брошюрки не врут!», — задает тон рассказу Соколов. Он выделяет шесть основных вызовов преподаванию эволюции человека в школе.
Устаревшая информация в учебниках. Автор сравнивает «Историю древнего мира» 1962 и 2010 годов и обнаруживает, что единственное дополнение к полувековой давности представлениям о древнем человеке в новом издании — это открытие человека умелого в 1964 году. Все мифы и заблуждения, опровергнутые за 50 лет, все уже устраненные сомнения кочуют из издания в издание. В свою очередь, книга 1962 года местами почти дословно цитирует из учебника 1913 года. С пособиями по биологии все лучше, но не намного: там используется устаревшая 40 лет назад стадиальная концепция.
Однако за полвека научные представления об антропогенезе радикально изменились. «Список самых важных открытий, сделанных антропологами и археологами за это время, займет несколько страниц. Сколько видов описано! Человек умелый, человек рудольфский, человек работающий, человек грузинский; австралопитеки афарский, анамский, гарри, бахрэльгазальский, седиба; парантропы бойса и эфиопский. На рубеже веков антропологами найдены останки древнейших гоминид — сахелантропа, оррорина, ардипитека, благодаря чему непрерывная эволюционная цепочка наших предков удревнилась вдвое — до 7 млн лет. Невероятные хоббиты с острова Флорес открыты в 2004 году. Генетиками окончательно обоснована африканская прародина человечества (1988 год)», — сетует Соколов.
Ошибки в учебниках. Эта проблема идет бок о бок с первой: раз за разом авторы тиражируют поп-культурный образ древнего человека с дубиной (последнюю ни один археолог никогда не видел); повсюду неверные датировки фотографий, и прочее.
Удержание внимания. Здесь автор переходит от качества учебников к работе преподавателей. Современные пособия ничем не могут привлечь поколение компьютерной графики, YouTube и мемов. «Что же предлагает ему учебник? Блеклые репродукции Буриана. Скука!», — досадует Соколов.
Тут бы учителю вмешаться с дополнительными материалами — но какими? «Просмотр фильмов? Но я не слышал о научно-популярных фильмах по антропогенезу, ориентированных на детей. Публикации из интернета? Их качество вам известно. Хороший вариант — организовать для детей экскурсию в музей. Только в каком музее за пределами Москвы школьники смогут увидеть экспозицию по антропогенезу?», — объясняет автор.
Профессионализм учителей. «Учитель сообщает детям (почти цитата): „Ученые когда-то утверждали, что человек произошел от обезьяны. Мы с вами понимаем, что это чушь, но по программе я обязан вам это рассказать“. Еще одна учительница, движимая благородными побуждениями, предлагает учащимся обсудить, какая теория происхождения человека кажется им более убедительной — „религиозная, биологическая или инопланетная“. Свое мнение по сложнейшей научной теме 11-летние мальчишки и девчонки должны составить в течение 10 минут», — возмущен Соколов.
Зато появляются факультативы вроде «Проблемных вопросов истории», где детям рассказывают о «новой хронологии» Фоменко и Велесовой книге.
Самоуправство учителей. По мнению автора, как бы плохи ни были учебники, лучше, если учитель им следует. В противном случае часто доходит до мракобесия.
«Никто не гарантирует, что ваш ребенок не будет в 10-м классе учить биологию по учебнику Вертьянова „на православной основе“, не наслушается рассказов про всемирный потоп и грехопадение или про происхождение человека от атлантов-лемурийцев, как учит спятивший офтальмолог Мулдашев. А почему бы и нет? Учителя и директора школ — живые люди, они тоже читают блоги и смотрят РЕН-ТВ», — пишет Соколов.
Методическая проблема. Математику преподают от простого к сложному. История же по-своему сложна на каждом этапе. Но целевая аудитория истории древнего мира в школах — пятиклассники. Соколов цитирует методичку 1988 года: «Прочтите, сколько (примерно) лет назад жили на Земле древнейшие люди, — говорит учитель и пишет на доске: „2 000 000 лет назад“. Задание привлекает внимание к огромному возрасту человечества и одновременно побуждает учащихся самостоятельно назвать дату. Получив ответ, полезно проверить, понятно ли пятиклассникам выражение „столько-то лет назад“. Обращаясь к отдельным ученикам, учитель спрашивает: „Сколько лет назад ты родился? пошел в школу?“».
«Учитель должен убедиться, понимают ли дети фразу „2 млн лет назад“. Вот на такой уровень слушателей рассчитана программа. Будет ли кто-то, находясь в здравом уме, грузить пятиклассников латинскими названиями древних гоминид, археологическими терминами, особенностями радиоуглеродного анализа?», — растерян автор.
Соколов не видит готового решения этих проблем: ориентированных на детей качественных книг и фильмов по антропогенезу практически нет. Можно попробовать смотреть с ребенком более взрослые «Прогулки с пещерным человеком» «Би-би-си» или добыть изданную в Украине на русском языке энциклопедию «От обезьяны к человеку» под редакцией Задорожного. В Москве проблему отчасти решают Дарвинский, Палеонтологический и Биологический музеи.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения




