«У нас ребёнка учат никогда не ошибаться». Декан РГГУ — о новом поколении студентов и трёх образовательных революциях
О новом поколении студентов и двухуровневой системе высшего образования, обозреватель «Новой Газеты» Наталья Савицкая поговорила с деканом факультета истории, политологии и права Российского государственного гуманитарного университета Александром Логуновым.
По словам Логунова, с начала девяностых в России прошли три образовательные революции. Первая произошла, когда в университеты пришли дети «начала перестройки». До них учились студенты, которые смотрели одни и те же фильмы, учились по одним и тем же учебникам. А поколение «перестройки» читало разные книги, смотрело разные фильмы и даже училось в школе по разным программам и учебникам. Пришло поколение разномыслящих людей, объясняет декан.
Следующая образовательная революция — появление «детей эпохи выживания» — поколения 90-х, которые стали требовать практических знаний. «Перед университетом встали задачи: с одной стороны, сохранить базовые ценности, чтобы вуз совсем не превратился в техникум. С другой стороны, удовлетворить этот спрос, чтобы остался интерес к высшему образованию», — рассказывает Логунов.
По его словам, сейчас мы переживаем третью образовательную революцию. «Впервые в вузы пришло поколение компьютерных детей — тех, чье детство совпало с появлением компьютера в среднестатистической российской семье. И еще это совпало с очередным этапом реформ средней школы, когда школьное сочинение убрали и тестовыми проверками заменили выпускной школьный экзамен», — объясняет он.
Логунов преподавал в разных американских университетах. Между российскими и американскими студентами он видит два существенных отличия. «Первое идет от наших установок в воспитании молодого поколения — у нас ребенка учат никогда не ошибаться. Ты должен раз и навсегда выбрать профессию, занятие, предметы и т. д. А американцы исходят из того, что каждый имеет право на ошибку, и в этом ничего страшного нет. И второе отличие заключается в том, что боязнь ошибки приводит к тому, что наши студенты пытаются ответственность за свои ошибки переложить на других».
А европейскую и американскую двухуровневую систему высшего образования, которую в последнее время многие критикуют, в том числе, ректор МГУ Виктор Садовничий, Логунов считает у нас так и не построенной. По его словам, в России заимствовали только идею. «Например, наши студенты изучают 12 предметов в семестр, а американский студент 5–6. Но осваивают их глубже, интенсивнее», — объясняет декан. — Когда западные специалисты смотрят наши программы по юриспруденции, они недоумевают, как можно в одну и ту же голову вбить знания по 20 отраслям права. Это же невозможно. Это рождает поверхностный взгляд».
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения









