«Я — Полина»: как остановить детскую травлю в классе

О школьной травле сейчас говорят много: появляется статистика, советы психологов, даже проводятся классные часы, где учителя говорят, что буллинг — это плохо и неправильно. Правда, для детей все эти слова, как правило, пустой звук. А вот наш блогер, учитель Тарас Макух, придумал, как на практике объяснить маленьким ученикам, что травля — зло.

Погорячился, когда сказал в начале года в эйфории, что в частных школах не бывает травли. Сначала редкие звоночки в виде «Мы не хотим с ней сидеть», «Мы с ней не играем» списывал на сиюминутное неловкое самоутверждение, как это часто бывает у детей. Пытался поправлять, мягко увещевать, что нет причин для отчужденности, или говорил, что повод «не поделилась ластиком» не достаточно весомый, чтобы объявить бойкот.

Девочка, скажем, Полина, действительно, иногда ведет себя высокомерно, сама бывает колючей. Но это замкнутый круг. Когда ее все в классе игнорируют, она пытается самоутвердиться жесткими методами: отпускает колкости. При этом умная, рефлексирующая, пытается вести дневник, хотя еще пишет с трудом. В общем, росло как снежный ком. И тут я понимаю, что нужна какая-то встряска, серьезный разговор. Объявляю классный час.

Рисую на доске мелом птицу и подпись «Albus corvus». Спрашиваю: знаете ли вы, что тут написано? Похоже на заклинание из «Гарри Поттера»

Действительно, Роулинг в заклинаниях часто использовала латинские слова для загадочности, а Дамблдора звали как раз Альбус. Что такое Альбус? Этот корень есть в словах альбом и альбинос. Означает «белый». А корвус что такое? Однокоренных слов не вспомню, но английское crow, думаю, произошло из него. Это попросту ворона. Получается — белая ворона. Как такое может быть? Вот бывает. Очень редко. Наверное, один раз на тысячу, а может и на миллион. Видимо, раз это такая редкость, то белая ворона может стать королевой среди ворон. Оказывается, нет. Почему-то другие вороны не относятся к ней с уважением. Они начинают ее клевать. И могут заклевать до крови. И тогда бедная белая ворона вся израненная, в крови, уже не может летать и уползает куда-нибудь в кусты и жалеет, что вообще родилась на свет.

К сожалению, среди людей тоже такое бывает. Выглядит или ведет себя странно, не похож на других — его могут начать обижать. И не обязательно физически ранить кого-то непохожего. Можно ранить и обычными словами. Можно сделать человеку очень плохо, если перестать его вообще принимать, относиться как к чужаку. И тогда жизнь человека превратится в ад. Это называется «травля». С виду он может выглядеть нормально, может не показывать, как ему плохо, но внутри ему очень страшно. У меня самого в детстве были такие моменты, когда я чувствовал себя непохожим, чужим и не знал, как сделать, чтобы меня принимали. Меня спасали книги, рисование, просто размышления о мире.

Ну и родители, к счастью, поддерживали. Но другим, возможно, тяжелее

Вы, наверное, слышали про то, как нацисты сделали изгоями целый народ — евреев. Они заставили их пришивать на одежду желтые звезды, чтобы все люди сразу понимали, кто это и нигде их не принимали, например, выталкивали из очереди за хлебом. А вот датский король Кристиан, когда узнал об этом, то сам своими руками сделал такую желтую звезду позора и пришил на свой королевский костюм, чтобы выразить солидарность с теми, кого обижают.

Здесь я достаю бейджик, подписываю его маркером «Я — Полина» (руки чуть дрожат) и, чуть колеблясь, прицепляю его к себе на рубашку.

Все вытаращено смотрят на меня, начинают смеяться. Я говорю: вот, смотрите, сейчас мне очень неловко и даже на секунду стало страшно. Я предполагал, что будет такая реакция, но сейчас мне захотелось выразить солидарность с одной белой вороной, и для меня это было важнее.

Я всегда буду на стороне слабых, тех, кого несправедливо обижают, травят, превращают их жизнь в ад. Я всегда буду бороться с несправедливостью. И еще я хочу почувствовать боль и страх другого, хочу оказаться в его шкуре, посмотреть на мир его глазами — чтобы лучше его/ее понимать. На самом деле, каждый из вас легко может оказаться белой вороной. Каждый чем-то не похож на других, у каждого есть что-то особенное, уникальное. Как быть с этой уникальностью, решать вам

Затихли. Задумались, потупили глаза, не знают что сказать. Предлагаю другим примерить этот бейджик. Кто-то согласился, кто-то отказывается. Спрашиваю: «Что чувствуете?» Говорят: «Ну да, страшновато немного, неловко, представляю каково это — быть ею». Другая учительница, которая тут же рядом, тоже согласна примерить, и тоже говорит, что ей немного было страшновато и непривычно, но опыт важный. Ладно. Надеюсь, что-то отложится в памяти, чувствах, способности к эмпатии.