«Ей нужны только деньги». Как педагог решила помочь ученице из детского дома — и что из этого вышло

Наш блогер Майя Тараховская в прошлом посте рассказала историю о девочке из детского дома, которая училась в её классе. Тогда всё закончилось хорошо: учительница стала приглашать девочку к себе в гости, привозила ей подарки и новую одежду и даже решила сделать ремонт в комнате в детском доме. С тех пор прошло семь лет.

Два года девочка, о которой я писала в прошлом тексте, училась в классе, где я была классным руководителем. Я не стала для неё мамой, но стала хорошим другом: брала домой, на прогулки, часто ездила в детский дом на праздники. Мы помогали ей буквально всем миром: я, другие родители класса, мои знакомые и друзья. Привозили одежду, лекарства, деньги. Старались поддерживать и других детей.

Но все чаще я стала замечать, что, взрослея, она стала иначе относиться к нашей помощи. Я совсем не ждала благодарности. Я понимала: эти дети лишены всего, но, самое страшное, они лишены родительской любви. Такую любовь чужому ребёнку дать, порой, очень сложно, ведь не всегда эти дети — ангелы. Я вам больше скажу: они почти всегда не ангелы. Да и откуда крыльям-то вырасти? Чем взрослее становилась моя ученица, тем прозаичнее становились наши отношения.

Наконец я поняла: ей нужны от меня только деньги. Сначала ужаснулась: и это всё? А как же чувства?

Вскоре девочка ушла из нашей школы. Я просила её остаться, но она решила перевестись. Месяц мы не общались. Потом она позвонила и, заливаясь слезами, сказала, что в новой школе ей очень плохо. «Возвращайся, дорогая! Директор тебя примет», — предложила я ей. Но она отказалась. Сказала, что у неё украли телефон и кошелек. Через пару дней я принесла ей немного денег и три телефона — на выбор. Телефоны мне дали мои знакомые — два были не новые, но хорошие, один даже не распакованный. Моя девочка выбрала последний. Остальные телефоны я тоже оставила — подумала, может другим ребятам пригодятся. Через неделю она мне снова позвонила: «Г***о ваш телефон! Он сломался! Он был старый!» Я предложила отнести телефон в ремонт, но девочка ответила, что уже выбросила его. Потом я узнала, что и этот, и два других гаджета она просто продала.

Потом были ещё звонки, такие же слёзы. Я бежала по первому зову. Но, скажу честно, радости уже не испытывала — она ждала не меня. Когда моей бывшей ученице исполнилось 17, она снова мне позвонила — сказала, что ищет работу. Я нашла три варианта. Ей не подошел ни один. Три года мы с ней не общались.

Возможно, кому-то покажется, что я резка и несправедлива, но, наблюдая за детьми из детского дома, я сделала для себя некоторые выводы. Это только моё мнение. У этих ребят есть ряд особенностей:

• Нет привязанности к взрослым, как у обычных детей. Зато есть потребность во внимании.
• Они не умеют делиться своими чувствами. Их общение со взрослыми сводится к обычным просьбам. Часто просьба превращается в манипуляцию.
• У них отсутствует мотивация к обучению: с них никто не требует и никто особо не спрашивает.
• Не умеют решать конфликты. Могут быть агрессивными.
• В своих бедах и проблемах они винят всех, кроме себя, и считают, что имеют на это полное право: им жизнь итак чего-то не додала.
• Когда эти дети взрослеют, они начинают стыдиться того, что они из детского дома, что хуже одеты, никогда у них нет карманных денег.
• Эти дети вынуждены адаптироваться в обществе сверстников. Но они не чувствуют себя своими. Никогда. В итоге появляется обычная зависть, а потом и злость на весь мир, который кажется им враждебным.
• Эти дети совсем не помнят хорошего, сетуя на то, что жизнь всегда была к ним несправедлива, и теперь они могут себе позволить взять от этой жизни то, чего она их лишила.

К чему я в итоге пришла? Нельзя позволять спекулировать на вашем добром отношении, как бы печально это не звучало. Да, дети борются за выживание всеми доступными им способами. Нельзя их в этом упрекать. Единственный шанс у этих ребят — попасть в любящую семью. Других шансов получить крылья и научиться жить в обществе у них просто нет.

Фото: Irisiryna / Shutterstock / Fotodom