Как говорить с ребёнком об искусстве
Важная книга искусствоведа — о новом способе научиться видеть прекрасное

Искусство делает нас лучше — пробуждает эмоции и чувства, дарит наслаждение. Но чтобы открыть мир искусства ребёнку, оказывается, не обязательно прочитать ему лекцию о картине. Достаточно просто оставить их наедине. И тогда ребёнок сможет понять даже больше, чем мы от него ждём.
Надо ли внести музыку, изо, мировую художественную культуру в список основных предметов в школе. Сейчас они относятся к факультативным, и далеко не каждая школа заморачивается на тему эстетического образования. Если, конечно, это не является профильным направлением. Ясное дело, живём мы в век информационных технологий, и устаревшие рубенсовские тётеньки с пышными формами могут вызвать очень неоднозначную реакцию какого-нибудь продвинутого десятилетнего парнишки.
И тем не менее факт, что предметы искусства призваны играть первостепенную роль в формировании духовной культуры, мало у кого вызывает сомнения. И что парадоксально: зима 2017 года с её вьющимися очередями в музеи на фоне совсем не жаркой погоды подтверждает готовность граждан в век потребления употребить уже что-то нематериальное. Не будем сейчас вдаваться в тонкости индивидуальной мотивации каждого, кто хочет прикоснуться к прекрасному.
Интересно другое: чиновников от образования повышать статус этих школьных предметов ещё не тянет, а народ к искусству уже подтягивается
Особенно порадовали дети, которых в этих очередях тоже хватало. Кто-то пришёл из-за своего желания, кто-то повиновался воле родителей, кому-то это было интересно, кому-то — ужасно скучно (благо телефон всегда рядом, есть куда уткнуться). А как же ещё привить им «разумное, доброе, вечное» в наше неидейно-техногенное время.
Одного рецепта или методики, конечно, нет. Но есть интересный опыт, который я вычитала в книге «Тропинка в картину» Веры Исааковны Чайковской, и о котором хочу рассказать.
Главный герой книги — реальный мальчик Илюша. Его не смогла увлечь своими скучными рассказами музейный экскурсовод, тогда мальчик постепенно «проложил свою тропинку» к картинам русских художников. По сюжету непонятные объекты на великих полотнах Венецианова, Врубеля, Иванова, Федотова и других художников оживают и обретают свои характеры и историю.
Сила искусства в эмоциях, которые оно вызывает. Взрослые хотят привить детям любовь к искусству, но при этом навязывают своё видение, передают свои впечатления, пересказывают своё знание содержания картины, книги или оперы. В этом случае не произойдёт полноценного контакта между произведением искусства и тем, для кого оно создано.
Всего одна идея сужает количество смыслов картины или книги. И влияет на зрителя, читателя или слушателя и мешаем ему со-творчески взаимодействовать с автором. После написания любая картина начинает существовать самостоятельно. Даже её создатель уже не властен над ней. С этого момента творение находится с каждым зрителем в индивидуально-чувственном и эмоционально-эстетическом диалоге.
Сюжет, композиция, образность воздействуют на детей так же, как и на взрослых. Если им не мешать, а только подтолкнуть к размышлению, научить видеть, а после дать возможность выразить мысли и эмоции и прислушаться к их реакции, она может не только удивить, но даже и кое-чему научить.
Именно так предлагает поступать Вера Чайковская: вызывайте интерес к искусству у детей, открывайте перед ними окно в мир живых образов и фантазии без ограничений
Вере Чайковской удалось без нравоучений и занудства показать, что путь в искусстве у каждого может быть свой, произведение живёт своей жизнью и может рождать в ребёнке другие образы, возможно, даже не те, что задумывались автором.
В книге нет правильного или неправильного суждения, верной или ошибочной дороги, есть три разных героя и три мнения (у читателей их может быть ещё больше). Книгу можно читать вместе с родителями, а можно по очереди, и потом обсудить вместе. В ней есть спорные и смешные ситуации, которые расшатывают привычную манеру подачи информации маститыми искусствоведами. Здесь с героями не обязательно соглашаться. Более того, часто с ними очень хочется поспорить и ещё больше тянет посмотреть на эти картины живьём, почитать про этих художников, узнать, а как было на самом деле.
Но самое главное — эта книга показывает возможность самому видеть, чувствовать, воспринимать искусство и вести с ним диалог. И взрослые совсем не мешают, просто слушают, задают вопросы и не хватаются за голову, если мальчик фантазирует и предлагает спасти помпейцев с помощью вертолета.
Может быть, детей нового века так и надо образовывать, не ограничивая, не мешая, не заставляя, а просто слушать и пытаться понять? Наверное, только так у них получится протопать свою тропинку и в искусстве, и в жизни. Ведь это их время. Это не они до нас не доросли, а мы для них устарели.
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026




