«Меньше морализаторства и больше смысла». Колонка нового главного редактора «Мела» Нади Папудогло

Привет, меня зовут Надя Папудогло. По образованию я историк, много лет работала журналистом, веду блог о детях и родителях, телеграм-канал на ту же тему и однажды даже написала книгу про материнство. Последние два с лишним года я была читателем «Мела», а теперь буду его главным редактором. Сегодня мой первый рабочий день.
Я знаю, что часто от новых «главных редакторов» ничего хорошего не ждут. Они падают на голову редакции и читателям, начинают всё улучшать, менять, стремиться и бороться. Я очень люблю всё улучшать (и дальше по списку), но, если честно, исписала тучу страниц в блокноте своим планом на ближайшее будущее и ничего особо революционного там нет.
Почему так? Хотя бы потому, что «Мел» прекрасно работает. Спасибо Никите Белоголовцеву: мне достаётся прекрасная редакция, налаженные рабочие процессы и хорошая карма издания, а это многого стоит.
Что касается условной программы максимум, сравнительно недавно в Washington Post была колонка с рассуждениями, в чём смысл работы журналиста в мире социальных сетей и умножающегося информационного шума. Вывод был очевиден: журналисты всегда отвечали для читателя на три базовых вопроса — «что происходит», «что это значит» и «что мне, простому человеку, с того». Раз «что происходит» мы часто можем узнать и без журналистов, то надо быть быстрее и лучше в ответах на два других вопроса.
Вокруг детей и родителей сейчас миллион «что происходит» в сфере образования: стандарты, экзамены, нормы и так далее. Я очень хочу, чтобы на все значимые для нас «что происходит» читатель «Мела» получал внятное разъяснение: что это значит и как это повлияет на нашу жизнь.
Мы продолжим говорить об образовании, но тема образования намного шире формального понятия. Мы будем так же писать и о развитии, и о воспитании, и о социальном. «Мел» растёт, логично, что будет шире и спектр тем. В каком формате? Давайте не ограничивать себя: репортажи, интервью, лонгриды, разговоры — думаю, мы со всем справимся.
Мне хочется, чтобы на «Меле» можно было найти ответ на любой из миллиона вопросов, с которым сталкивается каждый думающий родитель, когда выбирает ребёнку детский сад и школу, помогает ребёнку учиться (или не помогает), выбирает модель жизни, отличную от стандартной. Чтобы в ответах было меньше морализаторства и больше смысла.
Мне очень нравится, что на «Меле» могут высказаться и родители — в формате блогов. С блогами, надеюсь, мы тоже сможем сделать много нового и интересного, а ещё полезного — не только для нас как блоговой площадки, но и для авторов.
Уже многовато для «нового главного редактора» знаков в этом тексте, поэтому я пойду и просто поработаю. Волнуюсь ли я? Да. Но я рада тому, что у меня есть возможность быть здесь и сейчас и работать в «Меле».
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026

















