Как читать книги по воспитанию детей и не сойти с ума
7 советов по аккуратному обращению с педагогической литературой

Читающие родители любят воспитывать детей по книжкам. Прочитают одну — и берут на вооружение. Потом другую — и оттуда что-нибудь почерпнут. А дальше начинается паника: книжек много, и у многих наступает сумбур и смятение. В одних пишут одно, в других — совсем другое, а вы, оказывается, вообще всё делаете не так. Ксения Букша рассказывает, как не навредить себе и ребёнку.
1. Не принимайте книжки слишком всерьез
Можно воспитывать совершенно без книжек, и никто от этого не помрет. И даже не вырастет бедненьким. Да, будет сделано какое-то количество ошибок. Но книжки не очень-то помогают их не совершать. Да, там написано что-то умное. Но и много разных глупостей тоже. Короче, лучше относиться к литературе по воспитанию как к факультативной. Интересно читать? Находим что-то полезное? Окей.

2. Если вы читаете, и вам стыдно — эту книгу читать не надо
Стыд могут вызвать любые, даже самые прекрасные и правильные утверждения. Все мы, родители, имеем свои слабые места. И если автор рассуждает именно о моем слабом месте, то даже самые невинные фразы трансформируются в мозгу в «безапелляционные утверждения» и вызывают стыд. Вот самые популярные стыдилки.
Садик раньше трех лет не полезен
«Мы нанесли полуторагодовалому ребенку непоправимую душевную травму, отдав его в сад, но ведь нам надо зарабатывать»
Хорошо, когда папа принимает участие в воспитании
«Конечно, я дура — рожать от человека, который не хотел ребенка».
Кормить грудью лучше, чем смесью
«У меня не получилось, я не настоящая мать».
А вот лично мои: «Сон очень важен для полноценного развития детей» (нет, ну а что делать, если ребенок не спит, и всё тут?). «Лучше, если приемный ребенок младше всех кровных» (а моя — старше старшего кровного на две недели!). Вроде все это чистая правда, но когда я пишу эти фразы, меня так и тянет оправдываться. А значит — они написаны не для меня.
3. Читайте внимательно, смотрите на первоисточники
Часто неофиты какой-либо педагогической теории так перегибают палку, что получается нечто совершенно противоположное. Например, сторонница теории привязанности Ньюфельда жалуется, что «она всегда уважала все желания ребенка, и он вырос избалованным». Хотя сам Ньюфельд справедливо указал бы ей на то, что «всегда и все» желания ребенка уважать не полезно, а вредно. Читаем оригиналы, а не слушаем «напетое форумами». Стараемся понять, что в точности имел в виду автор системы. Тогда становится ясно, например, что Монтессори — не «строгая воспитательница с абстрактными игрушками против сказок, у которой вырастают маленькие роботы», а вполне тёплая и живая создательница работающей концепции развивающей среды.

4. Практика важнее теории
Вроде бы это совершенно понятно, мы все умные люди и умеем делить написанное на три. Но откуда же тогда берутся адепты и фанаты Ньюфельда, Петрановской, Гиппенрейтер, да кого угодно? Они берутся из нас. Потому что если у нас волшебным образом все сработало, нас тянет делиться и благодетельствовать человечество. А ведь на самом деле универсальных рецептов нет. В деле воспитания главное — практика, а не принципы. Что сработало у меня, необязательно сработает везде и всегда.
5. Помните, что все меняется
Воспитание детей — процесс очень социальный. Садики появились, когда мамам пришлось или захотелось работать. Ценность детской души, учет мнения ребенка вышли на первый план только тогда, когда в Европе и Америке поутихла борьба за выживание и уменьшилась детская смертность.
В наше время важно не слушаться, а думать самому, а раньше было иначе
Картина мира непрерывно меняется, а с ней и книжки. Поэтому не будем возмущаться, прочитав, что целомудренный доктор Корчак советует не целовать детей. Мы его любим не за это. Понятно, что некоторые советы явно устарели. Менее очевидно, что некоторые из сегодняшних советов устареют завтра.
6. Не кидайтесь из стороны в сторону
В воспитании детей важна последовательность. (Если на этом месте вам стало стыдно, можете не дочитывать. Смайл). Например, ребенок не хочет делать уроки. Родитель читает Катерину Мурашову и пытается приучить его к самостоятельности, позволяя хватать двойки. Потом он читает про Саммерхил, понимает, что школа — зло, а ребенок бедненький, забирает его оттуда и ждет, пока в ребенке пробудится мотивация. Потом вдруг разочаровывается во всех педагогических теориях или читает что-нибудь консервативное, дедовское, тащит ребенка в школу обратно и принимается его за двойки пороть. Так делать не надо.

7. Умейте прощать автора
Педиатр Комаровский ничего не понимает в кормлении грудью, а рассуждать об этом берется. Но это не значит, что он полный идиот. Просто у него есть свои слабости. Зато как только дело касается непосредственно педиатрии, Комаровский становится нам полезен. Поэтому читать его надо выборочно: прислушаемся к доводам о пользе прививок, прогулок на свежем воздухе и рекомендациям по лечению ОРВИ. Если не пытаться заглядывать автору в рот, то полезные вещи можно извлечь буквально откуда угодно. И тогда нам не будет мешать тот факт, что автор иногда несет, на наш взгляд, чудовищный бред, не совпадающий с нашими собственной картиной мира.
Все о воспитании детей читайте по этому тегу.
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям







