Из-за чего судятся родители выпускников и почему уроки истории вообще ни о чём
Лучшие блоги недели на «Меле» #56
Рассказывать о личном опыте всегда сложно, но нашим блогерам удаётся это делать особенно хорошо. Признать, что ты никогда не сможешь писать без ошибок из-за дислексии. Или что в школах детям не нужна учительская доброта и забота — иначе их не научишь.
«Чтобы учить детей, нужно быть к ним безразличным. Я поняла это только к середине года»
Учитель русского Анастасия Гавриленко рассказала про первый год работы в школе. Оказалось, что доброта и теплота — не те качества, которые нужны учителю в работе, к таким неожиданным выводам пришла Анастасия уже к середине учебного года. Этот пост стал самым обсуждаемым на прошедшей неделе. И в комментариях даже написали, что «у ученика в школе слишком много прав и слишком мало обязанностей, у учителя — с точностью наоборот». Чем и хороши блоги, что здесь можно увидеть сразу несколько точек зрения. Ведь в своих блогах школьники рассказывают, что как раз учителя часто забывают об эмпатии и участии.
«Идёт урок, и учитель просит выделить орфограммы в словах. „А как это?“. Просит просклонять. „А как это?“. Перемена, и учитель просит выйти из класса. „А как это?“. Начало урока, учитель просит убрать еду. „А как это?“. В конечном счёте от этих трёх слов по моему телу пробегали мурашки, которые в своей погоне догоняли других мурашек, лупили их так, как я хотела бы отлупить этого ученика, который задавал этот вопрос мне снова и снова. Мои остроумные ответы или, наоборот, молчание не ставили его на место, и он продолжал меня акакивать. Ученики бывают разными. Он был умненьким и быстро соображающим, но даже эти качества не помешали ему быть раздражающим».
«Я медленно читаю и никогда не научусь писать без ошибок, хотя и доросла уже до 40 лет»
От первоклассников школа и родители требуют идеальных прописей, беглого чтения, знания правил «жи-ши». Но есть дети, которые меняют буквы в слогах местами и не понимают разницы между «ам» и «ма». Журналист Ольга Соломатина страдает дислексией, она училась в школе и на журфаке в те времена, когда о врождённой безграмотности не было принято говорить как об особенности. Поэтому Ольга научилась виртуозно списывать, заболевать одновременно со своей подружкой-отличницей и писать только короткими предложениями.
«Но тогда о дислексии никто не слышал и меня просто записали в отстающие. Это было ужасно унизительно и грустно, потому что раньше взрослые редко меня ругали, а главное, я не понимала, что же их так бесит и злит? Ну написала я „ам“, а не „ма“ в прописи, большая ли разница? Мама страдала страшно и требовала от меня четвёрки и пятёрки. Как? Занимайся больше! Ей ведь хотелось быть мамочкой дочери-отличницы в белом фартуке, с гофрированными бантами в тяжёлых косах. А не мамой троечницы, которую вызывают в школу и отчитывают на родительском собрании».
4 непопулярные, но крутые книги о детях
Психолог Дарья Сорокина рассказала о четырёх несправедливо непопулярных книгах для родителей. Например, книга Джона Боулби «Привязанность». В ней психиатр и психоаналитик объясняет, почему для каждого ребёнка так важно иметь «своего» взрослого в первые годы жизни и как на ребёнка влияет разлука с матерью. Или книга Дональдса Винникотта «Разговор с родителями». Этот психиатр и психоаналитик придумал термин «достаточно хорошая мать» и в книге он рассказывает в том числе и об этом. Понимание, что быть достаточно хорошей матерью — это уже очень много, может стать спасением от бесконечного чувства вины из-за своей родительской неидеальности.
“О теории привязанности сегодня в России знают многие. Искреннее спасибо Людмиле Петрановской. Её книги, кстати, читать значительно проще, чем Боулби и Малер. Но всё-таки, если хочется посмотреть в самую суть зарождающейся привязанности, не проходите мимо «Привязанности» Боулби. Углубитесь. Не пожалеете».
Почему школьные уроки истории — вообще ни о чём
Уроки истории могут быть очень интересными, а могут быть такими, как сейчас в школах. Старшеклассница Татьяна любит и знает этот предмет, некоторыми темами ей удалось заинтересовать одноклассников. Только представьте подростков, которые в свободное от школы время обсуждают Первую мировую. «Нам это интересно» — утверждает Татьяна, только вот у учителя нет времени, чтобы хоть немного отклониться от программы и ФГОСа.
«Мы не учим то, что может пригодиться в жизни. Нас заставляют учить то, что нам не интересно, да и не особо понадобится. То есть вылетит из головы с окончанием четверти, лишь только будет дописана последняя контрольная.
И говорят, что поколение ничем не интересуется. Нет, это вы не умеете заинтересовать. Мы, в большинстве своем, далеко не глупы и имеем собственные интересы. Только вот раскрыться им негде».
Не только апелляция. Из-за чего судятся родители и выпускники после ЕГЭ
Только в 2016 году в суде рассматривались сразу 55 спорных дел о результатах ЕГЭ, а с экзамена было удалено больше 90 выпускников. Причины разные — лишний бланк с печатью, носовой платок, который легко перепутать со шпаргалкой, выключенный телефон. Мария Кучерова собрала самые интересные примеры из судебной практики, связанной с ЕГЭ — с примерами, ссылками и результатами судов.
«Во время ЕГЭ по химии ученица Ч. несколько раз доставала из кармана небольшой листок бумаги, клала его на парту, рассматривала. Этот факт был зафиксирован на видеозаписи. Суд первой инстанции оказался на стороне выпускницы, однако Верховный суд отменил решение суда первой инстанции, поскольку наличие любого постороннего предмета на ЕГЭ — это повод для удаления с экзамена и аннулирования результатов».
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
