6 главных вопросов о системе Эльконина-Давыдова
Всё, что вы хотели знать о единственной развивающей системе, которая соответствует ФГОС

В 2014 году учебные пособия для системы Занкова исключили из перечня тех, которые ФГОС рекомендует использовать в школах. Получилось, что вот уже четыре года единственной одобренной развивающей программой остается система Эльконина-Давыдова. Она существует уже более 50 лет, но всё ещё вызывает множество вопросов. Для родителей, готовых к экспериментам, мы ответили на самые распространённые.
1. Кто такие Эльконин и Давыдов?

Даниил Эльконин — советский учёный, автор теории изучения детства, член-корреспондент Академии психологических наук. Свою работу он начал в Ленинградском государственном педагогическом институте. Вместе с выдающимся психологом Львом Выготским он занимался проблемами детской игры. В 1978 году вышла его монография «Психология игры», которая до сих пор остаётся базовой для детской психологии и педагогики.
Но самым большим вкладом Эльконина в советскую и мировую педагогику стала разработка и внедрение новой системы так называемого развивающего обучения. Термин ввёл Василий Давыдов — ученик Эльконина, советский педагог, психолог, вице-президент АПН СССР. Программы и учебно-методические пособия по математике, русскому языку, химии, географии и другим предметам были разработны по его теориями.

Идеи образовательной системы развивающего обучения начали формироваться ещё в конце 1950-х годов. Тогда в педагогическом и психологическом сообществе активно критиковали содержание и методы традиционного обучения, а главной проблемой называли отсутствие связи между обучением и психологическим развитием детей.
В 1959 году в московской школе № 91 была образована лаборатория, где под руководством Эльконина и Давыдова занимались исследованием возможностей младших школьников. В 1963 году она получила статус экспериментального общеобразовательного учреждения Академии Педагогических наук РСФСР. Сегодня это обычная общеобразовательная школа, но она продолжает оставаться главной площадкой развивающего обучения. В отличие от других школ (а в Москве их около десятка), здесь учат по системе Эльконина-Давыдова не только с 1 по 4 класс.
2. В чём суть системы?

Главное отличие системы Эльконина-Давыдова от остальных — это содержание обучения. Оно основано на том, что у каждого изучаемого предмета есть своя история развития и ребёнок должен пройти все этапы.
Чтобы создать что-то новое, ребёнок должен сначала освоить всё то, что было разработано, узнано, придумано до него. Система развивающего обучения направлена на то, чтобы он получил этот культурный багаж.
«Школьный предмет в системе Эльконина-Давыдова — это не просто набор правил, это культурная деятельность человека, которая имеет свою историю и базовые понятия. Если ребёнок хочет прийти к культурной деятельности, то это путь. Независимо от иллюзий родителей по поводу „гуманитариев“, „технарей“, „визуалов“ и „левополушарных“ — всем, кто пройдёт этим путём, будет интересно смотреть на мир глазами химика, биолога, лингвиста», — так объясняет суть Анастасия Лобанова, методист школы № 2101, где ведётся обучение по системе Эльконина-Давыдова.
3. Чем отличается от обычной начальной школы?

Чаще всего знание в школе передаётся в готовом виде. В системе Эльконина-Давыдова учителя предлагают детям такие задания, которые позволяют самостоятельно понять основные принципы предмета, который они проходят. «Мы стремимся дать ученикам возможность почувствовать себя творцами, когда они открывают для себя, к примеру, принцип построения таблицы умножения или художественной композиции», — так объясняют суть системы родителям, которые решили отдать ребёнка в 91-ю школу.
Очень многое в развивающем обучении рассчитано на то, что задания делаются в паре, в группе. С этим связана одна из главных причин, почему детям из обычной школы бывает сложно влиться в систему Эльконина-Давыдова. Они часто оказываются не готовы к совместной работе, не умеют работать в группе без постоянного контроля учителя, воспринимают групповую работу как возможность расслабиться. Бывает, что боятся оказаться неправыми, показать, что не знают что-то.
Детям, которые начали учиться по системе Эльконина-Давыдова, тоже бывает непросто перейти в традиционную школу. Программа начальной школы серьёзно отличается от обычной. Например, в первом классе очень долгий «добуквенный» период в изучении русского языка и долгий «дочисловой» период в изучении математики. Когда «обычные» дети складывают и вычитают в пределах десяти и закончили букварь, ученики системы Эльконина-Давыдова ещё сравнивают «больше-меньше» и учат буквы.
Система Эльконина-Давыдова не воспитывает у детей безоговорочного доверия к текстам и суждениям. Она приучает каждое мнение анализировать, задавая вопросы: «Всегда ли это так? Есть ли исключения из этого правила? Может ли быть по-другому?». Тексты в учебниках бывают сложными, неадаптированными.
Среди заданий в учебниках и рабочих тетрадях встречаются «ловушки» — намеренно сделанные ошибки
Они нужны для того, чтобы тренировать бдительность ребёнка и не позволить ему решать задачи по накатанной. Система учит его видеть чужие, а потом и свои ошибки.
Перед учителями стоит задача, чтобы у выпускников начальной школы сформировалась способность к рефлексии. Именно её считают основой теоретического мышления, которое состоит в умении отличать известное от неизвестного, понимании, каких знаний не хватает для решения задачи, и способности оценить свои действия и мысли со стороны. Учителя стремятся объяснить детям, что их точка зрения не может быть единственно верной.
Если ребёнок это освоил, значит, он обладает важным навыком — умеет учиться.
4. Правда, что в системе Эльконина-Давыдова не ставят оценки?

В школе № 91 до пятого класса детям действительно не ставят оценки в привычном понимании. Они есть в другом виде — это может быть процентная, стобалльная шкала или другие системы. Сами оценки не нужны, чтобы дать обратную связь. «Система оценивания может быть разной, зависеть от школы и педагогов. Но главное, что критерии должны быть понятны ребёнку, он должен знать, за что он получил ту или иную оценку. Тут не важно количество баллов. Если дети бегут учителю с вопросом: „Правильно я сделал?“ — значит, они не могу оценить себя и это не очень по-давыдовски», — объясняет Дмитрий Чумаченко, учитель математики школы № 2101.
Система учит ребёнка самостоятельно оценивать свою работу, видеть улучшения, которые происходят изо дня в день. Он сосредоточен не на «тройке» или «пятёрке», а на том, что сегодня стал делать что-то лучше, чем позавчера. Этому учатся и родители, которым нужно приложить усилия, чтобы перестать мыслить классической пятибальной шкалой. К ней, кстати, относятся и все флажки, звёздочки или утята, которые иногда ставят в начальной школе вместе цифровых отметок. Грустное лицо вместе привычной «двойки» не делает систему безоценочной.
Хотя оценки до 5 класса ученикам не ставят, перевестись в обычную школу всё равно можно. В таком случае учитель просто проставляет в дневник отметки, руководствуясь принятыми критериями.
5. Кому она подходит?

Девиз системы Эльконина-Давыдова — «мы должны научить всех». Пётр Гальперин, у которого учился Давыдов, считал, что педагог должен создать особые условия для обучения. Такие, при которых ребёнок не может не приобрести нужные навыки и знания. Поэтому никто не отбирает детей в первый класс по умественным способностям, но учителя стараются встретиться и пообщаться с родителями. Ведь ценности, которые лежат в основе системы Эльконина-Давыдова, могут расходиться с ценностями семьи.
Система обучения ориентирована на любого ребёнка, но не на любого взрослого
«Родители иногда приходят, опираясь на распространённые иллюзии, и оказываются не готовы к тому, что у нас всё не так, как они привыкли. Мы обязательно проводим дни открытых дверей, мастер-классы, урок для родителей, — рассказывает Анастасия Лобанова. — Мы можем вообще не знакомиться с детьми, иногда я впервые вижу их 1 сентября. Но на родителей я должна посмотреть, убедиться, что они правильно понимают, как и зачем выстроено развивающее обучение. Несовпадение ценностей семьи и школы может сделать обучение невозможным».
Считается, что школьники, учившиеся по системе Эльконина-Давыдова, лучше действуют в нестандартной ситуации. Они могут найти лучший способ решения проблемы, получить нужное знание, спрогнозировать развитие ситуации чаще и быстрее, чем школьники из традиционных школ. Но в тех областях, которые связаны только с усидчивостью, памятью и длительной работой, они часто показывают средние результаты.
6. За что её критикуют?

Сложность (и одновременно сила) системы Эльконина-Давыдова заключается в том, что в её основе лежат серьёзные психологические и философские основания. Помимо работ её авторов, она опирается на труды Льва Выготского, Алексея Леонтьева, Петра Гальперина, а также диалектику Гегеля и марксизм.
Учителя, привыкшие работать по традиционной системе, должны полностью переучиваться, а главное — пересматривать устоявшихся ценности и приоритеты.
Учителям сложно быть не истиной в последней инстанции, а лишь направлять
Их задача помогать в поиске, действительно стремиться научить ребёнка понимать, а не просто соответствовать формальным требованиям.
Сложно и родителям, им приходится менять свои взгляды. Например, многие современные мамы и папы хотят, чтобы ребёнок учился не сильно напрягаясь, чтобы ему было интересно. Если этого не происходит, родители винят учителя. В системе развивающего обучения считают, что ребёнок должен понимать ценность учёбы.
«Современные порывы родителей к тому, что ребёнку надо непрерывно показывать фокусы, приводят к тому, что дети не готовы к реальному научному методу. Учёба — это не только красивые опыты, когда всё взрывается и искрится. Это вдумчивое чтение текста, активная работа мысли. Она может быть интересной с самого начала, но чаще всего она станет интересной только в тот момент, когда ребёнок увидит предмет глазами культурного взрослого», — объясняет методист Анастасия Лобанова.
Ещё одна сложность для родителей — домашние задания. Они пытаются помочь и не могут — их учили по-другому. Но в системе Эльконина-Давыдова дети должны делать домашнее задание сами, это их зона ответственности. Многих родителей этому нужно специально учить.
Иллюстрации: Shutterstock (miniwide)
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения

























