Каменные сказки. 5 главных работ Фёдора Шехтеля — архитектора, которого понимают дети
Еще один маршрут для прогулки по Москве

Заинтересовать ребёнка архитектурой сложнее, чем живописью, ведь дома не имеют сюжетов и персонажей. Однако здания одного архитектора детям очень близки и понятны — потому что выглядят так, слово срисованы с детской книжки. Рассказываем о каменных сказках Фёдора Осиповича Шехтеля.
Фёдор Шехтель родился 7 августа 1859 года в семье обрусевших немцев и первые 16 лет прожил под именем Франц Альберт. Фёдором он стал во время Первой мировой войны из-за антинемецких настроений.
Несмотря на происхождение, Франц был большим ценителем русской культуры и традиционного народного искусства. В своей лекции перед студентами Первых свободных государственных художественных мастерских он говорил: «Едва ли есть сказка более волшебная, чем сказка о трёх сёстрах: Архитектуре, Живописи и Скульптуре».

Уделяя внимание и внешнему, и внутреннему облику здания, и эстетике, и функционализму, Шехтель успел создать более 80 уникальных проектов. В честь дня рождения отца русского модерна мы отобрали 5 наиболее ярких московских построек его авторства.
1. Особняк Рябушинского
Адрес: Москва, ул. Малая Никитская, д. 6/2, стр. 5

Пожалуй, особняк купца Степана Рябушинского можно считать визитной карточкой Шехтеля и главным образцом московского модерна. Интересно, что с улицы дом кажется высоким, но на самом деле в нём всего два этажа. Этот эффект создают разноуровневые оконные проёмы, которые уменьшаются по мере отдаления от земли.
В оформлении фасада Шехтель использовал растительные мотивы — мозаичный фриз (декоративная «полоса» под карнизом) украшают изображения ирисов, решётки окон напоминают вьющиеся ростки дерева, а балконные решётки уподоблены рыбьей чешуе и спиралевидным глазам сов.

Что примечательно, сейчас внутри располагается музей писателя Максима Горького, где почти полностью сохранились оригинальные интерьеры, созданные Шехтелем совместно с художником Михаилом Врубелем (вот это комбо!).
Планировка особняка отражает древнее представление о трёхчастном устройстве бытия: подводный мир, земной, небесный. Главный элемент дома — парадная мраморная лестница, оформленная в виде волны. Если спускаться по ней, держась за перила, кажется, будто плывёшь, а не идёшь. Эффект погружения создают и другие детали: дверные ручки в виде морских коньков, светильник-медуза, потолок с водорослями.

Самая интригующая деталь — спрятанная в доме старообрядческая молельня, свод которой расписан под звёздное небо. Попасть в неё можно по тайной лестнице, совершенно незаметной с первого взгляда.
2. Ярославский вокзал
Адрес: Москва, Комсомольская пл., д. 5

Не нужно быть знатоком искусства, чтобы заметить сходство Ярославского вокзала с традиционным древнерусским теремом или крепостью. Перед Шехтелем стояла задача реконструировать вокзал в связи с продлением северного железнодорожного направления.

Архитектор хотел, чтобы вокзал символизировал монументальные «ворота» в северную Русь, поэтому его выбор пал на неорусский стиль с элементами северного модерна. Над входом он расположил гербы главных городов Ярославской железной дороги — Москвы, Архангельска и Ярославля (сегодня в центре барельефа советский герб), а на колоннах и фронтоне — орнаментальные панно и барельефы с изображениями моржей, белых медведей, рыб и чаек.
Здание украшают стилизованные ёлочки и сосновые ветки с шишками, а также побеги лесной земляники с гигантскими ягодами на пилонах (массивных колоннах по бокам от входа). Художественное убранство фасада Ярославского вокзала считается одним из лучших примеров синтеза архитектуры, живописи, скульптуры и декоративного искусства. В его создании Шехтелю помогали художники Врубель и Коровин (панно Коровина сейчас хранятся в Третьяковской галерее).
3. Особняк Зинаиды Морозовой
Адрес: Москва, ул. Спиридоновка, д. 17

В старинном особняке на Спиридоновке сейчас располагается дом приёмов российского МИДа, однако строился он для жены богатейшего промышленника Саввы Морозова Зинаиды. Савва, который учился в Кембридже, хотел построить особняк в стиле английской неоготики, поэтому белый эклектичный фасад украшают каменные маски, химеры и зубцы.

В этом доме хозяйка открыла светский салон, куда приходил весь столичный бомонд. Гости именовали усадьбу «палаццо» и «замком», так как интерьеры оформлены в средневековом стиле — в столовой с деревянным потолком, к примеру, находится большой камин с фигурами рыцарей. До пожара в доме также были витражи Михаила Врубеля на рыцарскую тему и скульптурная группа «Роберт и монахини» по мотивам оперы Джакомо Мейербера.
4. Особняк Шехтеля
Адрес: Москва, Ермолаевский пер., 28, стр. 1

Особняк, в котором сейчас находится резиденция посла Уругвая, Фёдор Шехтель построил в 1896 году для своей семьи. В письмах своему другу Николаю Чехову архитектор в шутку отмечал, что «построил избушку непотребной архитектуры, которую извозчики принимают то ли за кирху, то ли за синагогу».

Архитектура дома и правда очень необычна: средневековая шестигранная башня со смотровой площадкой сочетается с элементами готической соборной архитектуры.
5. Дача Левенсона
Адрес: Москва, Чоботовский пр., д. 4, стр. 1

Дача книгоиздателя Александра Левенсона, построенная в 1900 году, — один из немногих сохранившихся деревянных проектов Фёдора Шехтеля. Этот дом напоминает терем из сказки Пушкина: башенку венчает флюгер с волшебной птицей-сирином, а на расписных наличниках примостились павлины. Яркий и примечательный терем внутри не отличается буйством красок — для оформления интерьера Шехтель выбрал светлое дерево. В гостиной сохранилась печь-камин, облицованная уникальной абрамцевской плиткой. Эту плитку, созданную в экспериментальной гончарной мастерской в усадьбе Абрамцево, использовали в дорогих особняках — благодаря золоту, серебру, меди и платине в составе она безупречно переливалась на солнце.

Привлекает внимание и необычная планировка: архитектор смело срезал углы, не боялся нестандартно узких коридоров и крутых лестниц и даже сделал глухое внутреннее окно с зеркальным стеклом, которое визуально расширяет пространство.

Раньше здание служило резиденцией посла Сирии, но сейчас выставлено на торги. Попасть на территорию можно с экскурсией.
Также в Москве можно увидеть необычное здание «Товарищества скоропечатни А. А. Левенсон» по адресу Трехпрудный переулок, д. 9, которое для того же Левенсона спроектировал Фёдор Шехтель.
Иллюстрация на обложке: дача Левенсона. Проект Федора Шехтеля. 1900 год
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







