«Тяжелее всего во время полёта не нам, а нашим семьям». Правила воспитания космонавта Сергея Рязанского

«Тяжелее всего во время полёта не нам, а нашим семьям». Правила воспитания космонавта Сергея Рязанского

2 243
1

«Тяжелее всего во время полёта не нам, а нашим семьям». Правила воспитания космонавта Сергея Рязанского

2 243
1

Герой России Сергей Рязанский, внук советского учёного и конструктора Михаила Рязанского, дважды участвовал в космических экспедициях и четыре раза выходил в открытый космос. И каждую неделю звонил с МКС своим детям — Михаилу (24), двойняшкам Полине и Алёне (12) и Максиму (4). Ко Всемирной неделе космоса Сергей рассказал нам о своих правилах воспитания.

1. Я был очень болезненным ребёнком и никогда не мечтал стать космонавтом. Родители отдавали меня в разные спортивные секции, мама занималась закаливанием. Может быть, только благодаря этому в возрасте 14-15 лет я стал более-менее здоровым человеком. Я с детства любил природу, очень хотел быть учёным-биологом и целенаправленно шёл на биологический факультет МГУ. Моя мама — мастер спорта по спортивному ориентированию, папа — мастер спорта по водному туризму. Поэтому мы вечно жили в палатках, в лесу. До сих пор считаю, что наука, в частности биология — это одно из интереснейших занятий.

2. Мне жаль, что мой дед не застал того пути, который привёл меня в космонавтику. После университета я попал на работу в Институт медико-биологических систем в Москве, где запускал обезьянок в космос, обследовал их до и после полёта. Наука оплачивалась очень плохо, а семью надо было как-то обеспечивать — и я пошёл работать испытателем космической техники. В какой-то момент выяснилось, что они проходят тех же самых врачей, что и гражданские космонавты. Когда Российская академия наук решила, что им надо набрать учёных, то первым делом они посмотрели базу испытателей и выбрали самых перспективных. Нас вызвали и сказали: «Ребята, пишите заявление в отряд космонавтов. Надо пробовать».

3. Я никогда не навязываю детям свои «хотелки». Хотят учиться в МГУ — я буду только рад. Хотят связать жизнь с космонавтикой — я буду счастлив. Самое главное, чтобы человек сам решал, чем он будет заниматься. Выбрать «правильную», «нужную» профессию, которая будет не по душе, — это потерянное время и печаль на всю жизнь. Моя задача как родителя — показать спектр интересов, дать финансовую и временную возможность и оказать дружескую поддержку. Сказать: посмотри, как прекрасен наш мир, как много интереснейших направлений, и ты можешь выбрать любое. В итоге мой старший сын, который никогда и не думал о том, чтобы связать свою жизнь с космонавтикой, занимается IT и делает успешную карьеру.

4. Для мальчика очень важно спортивное воспитание. Важно преодоление, терпение, общая координация. Старший сын в детстве постоянно ходил в какие-нибудь секции, и младшего я стараюсь привлекать. Вообще, современный успешный человек — тот, кто заботится о своём здоровье — и физическом, психическом. Я не говорю про профессиональный спорт, спорт высших достижений. Профессиональный спорт, как и космонавтика, требует полностью отказаться от всего остального в угоду одной цели. Цель великая, но она очень сильно тебя ограничивает. На дочерей я наседаю меньше, потому что девочек мне очень жалко. Я стараюсь меньше их воспитывать, иногда даже не знаю, как к этому цветку подойти, чтобы не обидеть.

5. Если есть возможность предложить ребёнку живые игры вместо гаджетов, — надо предлагать. Я не тот человек, который старается возвести в своей жизни какие-то глухие заборы, что «нет, это категорически нельзя». Понятно, что и в гаджетах есть развивающие игры, но всё хорошо в меру. Поэтому специально мы их не покупаем. Иногда ребёнку хочется посмотреть мультик, но если есть возможность, мы предлагаем другие активности. Говорим: слушай, ну нет сейчас хороших мультиков. Давай мы построим с тобой железную дорогу. Если хорошая погода, — пойдём покатаемся на самокате. Недавно ходили в Дарвиновский музей, смотрели всяких зверюшек.

Бывает, поедешь в отпуск на море, и наблюдаешь такую картину: у ребёнка куча энергии, он явно мешает родителям. Чтобы заткнуть его, просто дают гаджет — вместо того чтобы предложить ему составить им компанию на утренней пробежке или заняться скалолазанием. И всё — ребёнок туда уходит и больше ничего не видит. Это основная беда современных родителей.

6. С полутора лет Максим ходит в детский сад по системе Монтессори. Он такой творческий ребёнок. Там их учат самостоятельности: он сам одевается, сам ест, сам убирает за собой. Ещё занимается английским языком и ходит на китайский. Это язык, очень непохожий на нашу логическую систему — русского, английского, смежных языков, поэтому он здорово развивает образность мышления, особенно у детей. Плюс в садике есть капоэйра и спортивная гимнастика, зимой Максим ходит на горные лыжи.

Среди самых любимых игрушек у него — ракеты. Он постоянно бегает, летает, играет в космонавта

Я рассказываю ему, как мы ходим, едим, какие у нас есть машинки. Ему же интересно, как папа живёт, что он делает, почему он в космосе, а звонит?

7. Тяжелее всего во время полёта не нам, а нашим семьям. Их никто не готовил, они не проходили занятия с психологами. Для детей это папина цель, но не их. У нас очень длительная подготовка, мы преодолеваем все эти сложности и понимаем, к чему идём. Семьи не понимают: какого чёрта вообще на полгода? Перед этим — ещё куча командировок, а после полёта — реабилитация. Фактически на несколько лет человек выпадает из жизни семьи, он где-то там, в космосе. Во время полёта у нас есть видеосвязь раз в неделю, где семья или друзья могут собраться и пообщаться. Ещё можно просто позвонить через спутник по цифровой телефонии.

8. Важно объяснить, что человек уходит не потому, что не любит ребёнка, а потому, что это часть работы. Поддержать семью, показать им, что всё хорошо, никаких внештатных ситуаций нет, журналисты что-то перепутали. Да, работа требует иногда побыть на вахте на нефтяной станции, в плавании или просто в командировке. Но есть такая работа и такое слово — надо. Папа, конечно, любит, скучает, он берёт с собой фотографии и рисунки, он всегда помнит. Главное, выстраивать вот эту систему: вот тут я работаю, а сейчас — всё, я вернулся с работы, я только с вами.

9. Я не считаю себя хорошим отцом. Хороший отец всё-таки большую часть времени должен быть дома. Несмотря на то, что я сейчас не летаю в космос, я очень много езжу в командировки. Так что даже здесь, на Земле, мой график достаточно космический. Но на праздники мы всегда собираемся вместе, стараемся выделять время для совместных поездок — с детьми, без детей — чтобы и с женой тоже провести время. Но, конечно, у меня не получается быть с семьёй столько, сколько бы хотелось.

Именно поэтому я занимаюсь созданием такой воспитательной системы как Российское движение школьников, которая будет помогать работающим родителям. Мне приходится очень много ездить по разным городам, встречаться с губернаторами, детьми, учителями, ездить на смены в лагеря. Самая главное наша задача там — дать понять человеку, что жизнь безумно интересная и он найдёт себя в ней. Просто надо покрутить головой и попробовать.

10. Каждому ребёнку очень важно объяснить: это твоя страна, тебе в ней жить, тебе её менять. И ты можешь менять её прямо сейчас. Не проходить мимо заплёванной лавочки возле школы, а взять и убрать. Будет красивее и лучше. Когда люди поймут, что никакой дяденька из Москвы не придёт и не сделает им хорошо. Всё зависит от них. Они могут, у них есть возможности и силы, а наша задача — помочь им реализовать свои школьные проекты, чтобы они с этой энергетикой, активностью шли во взрослую жизнь.

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям(1)
Подписаться
Комментарии(1)
Про наших космонавтов есть фильм с тривиальным названием «Космическая одиссея. XXI век» — внезапно, хороший.
Больше статей