Через что нужно пройти, чтобы записать ребёнка в первый класс
Очередь в -20 мороза в пять утра, всего-то

Близится первое сентября. Родители первоклашек уже давно всё подготовили: купили рюкзаки и тетрадки, школьные сарафаны и «сменку». Ещё раньше выбрали для ребёнка подходящую школу и записали его туда. Опыт Светланы Крыловой показывает, что эта процедура может превратиться в суровый квест с серьёзными препятствиями.
Через три недели моя дочь пойдёт в первый класс. Я решила отдать её в ту школу, в которой училась я сама — тем более, что она находится во дворе у бабушки, и ребёнок сможет сам после уроков приходить к ней и ждать меня с работы. Но оказалось, что всё не так просто.
Мы живём в уютном спальном районе, который активно застраивается новыми жилыми комплексами. Сейчас в нём проживает около 60 тысяч человек — вполне себе небольшой городок. И несколько лет назад в связи с увеличивающимся количеством детей здание одной из школ отдали под детский сад. После этого в районе осталось четыре школы вместо прежних пяти. Причём две из них — лицеи, в которые некоторые родители готовы возить детей с другого конца города.
К тому же, есть ещё такая категория, как «льготники» — дети, чьи родители работают в силовых структурах, судьями и так далее, которые попадают в школу вне очереди. В хорошую школу, конечно же. В тот лицей, куда я собралась определять своего ребёнка, автоматом попадало ещё и две группы пришкольного детского сада. Мда, уже нелегко.
После собрания в актовом зале, приуроченного к открытию «малышкиной школы» (подготовительных занятий для пяти- и шестилеток), выяснилось, что родители планируют заранее создать список детей, поступающих в первый класс в следующем году, чтобы в день записи спокойно, согласно списку, подать документы у секретаря. Зачем? Иначе будет столпотворение и драки — в школе недостаточно мест, чтобы принять всех первоклассников.
Более того, кому-то из детей не хватит мест в школах около дома и придётся ездить в другой район. Поэтому родителям проще и спокойнее создать «список», а потом две недели перед днём икс по ночам дежурить с ним в школьном дворе, чтобы, если придёт кто-то не из «списка», сказать, что здесь вообще-то очередь и вас здесь не стояло. Я записалась под номером 46 и со спокойной душой пошла домой — в школу планировали взять целых 125 детей. В списке значилось 190. В соседних трёх школах примерно та же картина.
Каждую субботу ровно в 10:00 нужно было приходить «отмечаться» — поднимать руку, когда назовут фамилию ребёнка. Если не пришёл — автоматом попадаешь в конец списка. Это послужило причиной возникновения скандалов — можно понять, как обидно было маме, которая с третьего места спустилась в самый низ! Я же ровно к 10:00 возила дочь в языковую школу, поэтому отмечаться ходили все наши родственники по очереди и чудом никто не забыл.
Три раза я «дежурила» — слонялась со списком у дверей школы в компании троих таких же мам и пап. На улице, на минуточку, было минус 20 — начало декабря
Проходившие мимо родители нынешних школьников, прошедшие через всё это год назад, сочувственно смотрели на нас и подбадривали тем, что в прошлом году было аж минус 30, а нам-то ещё повезло.
Я дежурила исключительно днём, а некоторые и ночью, с обязательным присутствием пап — в целях безопасности, конечно. Папы у нас в наличии не было и поэтому я благополучно избежала этой участи. Дежурство устанавливалось круглосуточно.
Здесь можно сделать отступление и написать о том, зачем всё это и почему я вообще участвовала в этом мракобесии. «Списки» существуют уже несколько лет с момента, когда начался дефицит мест в школах. Если туда не записаться, есть огромная вероятность, что придётся ездить на занятия на другой конец города. Если прийти в день записи и попытаться пройти, минуя очередь… Мне даже страшно представить, что будет. Вообще прецеденты были, закончились драками и вызовом полиции. Я решила не тратить себе нервы и присоединиться.

В решающий день огромная толпа из двухсот взрослых собралась у школы примерно в пять утра. В восемь часов секретарь принял родителей «льготников», а в девять начал принимать остальных. Выяснилось, что я, несмотря на номерок с оптимистичной цифрой «46», у секретаря оказалась уже под номером 139 (!). Впереди числились две детсадовские группы и куча тех самых «льготников». Мест в школе, напомню, 125. Но я не расстраивалась — некоторые ушлые родители подстраховались и записали детей сразу в две школы, поэтому был шанс, что после зачисления некоторые заберут документы, и очередь сдвинется. Родители, оказавшиеся в третьей сотне, были уже не так позитивно настроены.
В день, когда на сайте появились окончательные списки зачисленных, оказалось, что очередь действительно сдвинулась. На несколько человек. 125 детей приняли, а мой номер сменился на 126 — то есть в школу мы не попали. Удивительное везение.
Документы я подала только в одну школу, потому что только она меня полностью устраивала, да и номер 46 в родительском списке внушал уверенность в стопроцентном попадании. Поэтому я оказалась в лёгкой растерянности. Секретарь ничего конкретного не говорила, только про возможный сдвиг очереди и то, что без школы никто не останется.
Выдохнуть я смогла только через пару месяцев — мне позвонили из школы и сообщили, что освободилось три места: «Пойдёте?».
И вот, через три недели моя дочь пойдёт в первый класс.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







