«Я научилась не злиться»: родители детей с особенностями развития — о реакции общества

Недавний конфликт, в котором жительница Санкт-Петербурга пыталась прогнать особенных детей с игровой площадки, вновь поднял вопрос о том, как общество относится к тем, кто отличается от условной нормы. В блоге центра «Пространство общения» — монологи мам, которые воспитывают детей с особенностями развития, о прогулках, неудобных вопросах и стыде.
«Мне нечего стесняться»
«Я выходила с ребенком гулять, потому что не было выбора. Это был единственный шанс для него поспать. Он спал только при движении коляски. И мне некого и нечего было стесняться. Он выглядел абсолютно здоровым и красивым ребенком, когда был маленький. Отклонения были не видны. Но даже если бы было по-другому — я была настроена очень решительно и агрессивно. И могла бы дать отпор в любой ситуации. Это нечто из животного мира, когда самки защищают своих детенышей. Во всех этих ужасных больницах, в которых мы лежали, меня опасался персонал, потому что за своего ребенка я была готова на всё, включая жалобы во все возможные инстанции».
«Поддержку встречаю чаще»
«На самом деле, вокруг очень много людей, позитивно относящихся к детям с особенностями. Они, правда, не всегда знают, как это выразить, и очень переживают, что как-то обидят. Но в целом я встречала поддержку, желание помочь, улыбки. Улыбаюсь в ответ. Мамы особенных детей часто настраивают себя на негативное восприятие обществом. Ну да, бывает, но редко! В целом — поддержка и понимание. И вообще, особенному ребенку, а еще и малышу — плевать, что думает общество. А вот что думаю [о нем] я как мама — это Вселенная. И от того, как я его принимаю, будет зависеть и принятие себя и общества».
«Дети задают вопросы, и это нормально»
«Иногда меня расспрашивают о ребенке: в парке и других местах. Раньше я злилась, а сейчас я понимаю, что просто люди хотят знать больше. Особенно дети. Здоровые дети. От них я особенно страдала — они ведь говорят что думают. И часто это очень больно. Но я научилась не злиться, и если есть возможность — объясняю, почему такой большой мальчик в коляске и не умеет говорить. Они слушают. И, может быть, это тоже поможет сделать наше общество осведомленнее».
«Люди — не злые, просто боятся»
«Я поняла, что посторонние смотрят, например, потому, что ребёнок немного другой, ими движет непонимание и страх. Не злость, не какие-то плохие чувства, а просто инстинкт самосохранения, люди хотят понять, что там и представляет ли оно для меня опасность. Это в корне изменило к ним мое отношение — я смотрю на них с улыбкой, а не с защитной гримасой на лице. Я им говорю — мы не такие страшные, мы как вы».
«Это вопрос убеждений»
«Смотрела видео, где говорилось, что чем младше ребёнок, тем лучше и легче он взаимодействует, идёт на контакт, играет с разными детками, он не различает такой малыш или не „такой“, и это подтверждение тому, что все это вопрос убеждений».
«Отсеивать тех, кто вгоняет в негатив»
«Постепенно общество меняет свои взгляды, и вырастет новое поколение, которое будет более адекватным по отношению к нашим детям. В общем, просто жить, адаптироваться к ситуации и отсеивать людей, которые вгоняют меня в негативные мысли относительно убеждений про нормальность».
Больше историй — здесь.
Проект «Семья в фокусе» поддержан благотворительным фондом «Абсолют-Помощь», CSS Foundation Russia и St. Gregory's Foundation.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
Алина ВешкуроваНа самом деле работодатель не обязан никого брать на практику. Если за неё надо будет платить зарплату, то все студенты будут проходить практику на базе кафедры, потому что найти им другую базу практики будет сложно. Возможно у врачей и учителей другая история. Насколько знаю учителя и так часто работают в школе ещё во время обучения в вузе. Лучше развивать центры карьеры в вузах, они предлагают много вариантов оплачиваемой стажировки или частичной занятости
«Хватит использовать студентов как бесплатную рабочую силу»: как система образования ломает карьеру на старте
Сергей ГлушковСовременной школе уже ничего не нужно. Она мертва, еë убивали 34 года. Теперь родитель сам должен учить дитя в меру своего понимания. Как результат, — толпы бездельников и пустобрëхов, ставящих цель только " полëгкому срубить бабла»…
«Не как лучше для школы, а как это будет выглядеть при проверке»: учитель — о том, как школами управляют инструкции
Татьяна ИвановаНу хоть какие-то книги дети прочитают :) Ещё «Преступление и наказание» нужно промаркировать, чтобы учителям литературы жизнь облегчить!
Роман «Заводной апельсин» Энтони Берджесса включили в список книг с антинаркотической маркировкой







