«Если спать в куртке, утром можно выиграть 8 минут». Первый семестр глазами первокурсника
Взрослая жизнь началась, но никто не объяснил, что же с ней делать

В университете быстро выясняется, что самое сложное — не лекции и семинары. Гораздо труднее проснуться вовремя, найти чистую посуду и вспомнить, куда делся учебник из рюкзака. А еще убедить родителей, что у тебя всё под контролем. Блогер «Мела» Станислав Жилин рассказывает, из каких маленьких катастроф и больших открытий складывается первый семестр.
В сентябре первокурсник покупает ежедневник. Красивый, с плотной обложкой. Туда он будет записывать задания, планировать неделю и вообще — жить как человек, у которого всё под контролем.
В декабре в этом ежедневнике три записи: расписание первой недели, «купить хлеб» и номер аудитории, который уже не актуален.
Зато появляется мысль: «Если поспать в куртке, утром можно выиграть восемь минут»
До сна в куртке дело, допустим, не доходит. Но сама идея уже кажется достойной обсуждения.
Утром ты немного математик
В школе казалось, что расчеты в уме после выпуска больше не пригодятся. В университете они начинаются сразу после будильника.
Семь минут на сборы. Четыре до остановки, если бежать. Завтрак можно взять с собой. Голову… голова пока нормально выглядит. Если свет не включать.
Получается, можно полежать еще шесть минут. Следующий раз открываешь глаза через двадцать.
Теперь расчет другой: если преподаватель сначала включит компьютер, потом откроет презентацию, а потом будет искать очки, то ты еще вполне успеваешь.
Главное — чтобы он сегодня не пришел уже в очках.
На первой паре главное — правильно войти
Дверь аудитории почему-то умеет открываться бесшумно только на перемене.
Опоздал — получи скрип, щелчок ручки и сорок повернутых голов.
— Можно?
— Заходите.
Вот и всё. Ты на месте. Осталось достать тетрадь так, чтобы из рюкзака не вывалились зарядка, вчерашний чек и ложка.
Почему там ложка — отдельная история. Сейчас идет лекция.
Садишься рядом с одногруппником, заглядываешь в конспект. У него написана дата и «Основные».
Основные что — пока никто не знает. Но почерк уверенный, это успокаивает.
Потом выясняется, что окно — это надолго
Когда слышишь про окно в расписании впервые, даже радуешься. Отлично: поем, позанимаюсь, сделаю задания.
Первые двадцать минут действительно ешь.
Потом идешь с кем-то за кофе. Потом обсуждаете, почему нельзя было поставить следующую пару пораньше. Потом выясняется, что у одного из вас есть карты.
Заниматься уже неудобно: тебя ждут на раздаче.
За десять минут до пары вся компания вспоминает, что нужно было подготовить ответы на вопросы. Начинается разделение труда, которому позавидовал бы руководитель крупного отдела.
— Ты первый вопрос, я второй.
— А третий?
— У кого зарядки больше, тот третий.
Чат группы становится отдельным местом жительства
Там можно узнать всё, кроме того, что понадобилось прямо сейчас.
Кто потерял пропуск. Где дешевле распечатать. Почему в столовой больше нет тех булочек. Можно ли пересдать. А что пересдать? А у нас что-то было?
Иногда появляется человек и пишет:
— Я всё уточнил у преподавателя.
Его хочется назначить главным. Выдать кабинет. Освободить от физкультуры.
Но через полчаса кто-нибудь спрашивает то же самое, и выясняется, что сообщение прочитали четыре человека. Двое из них поставили реакцию на всякий случай.
Зато к фотографии кота подключились все.
Самостоятельная жизнь обнаруживается у холодильника
Поначалу свобода выглядит прекрасно. Можно есть что хочешь, ложиться когда хочешь и никому не объяснять, почему у тебя на ужин хлопья.
Потом оказывается, что хлопья закончились.
И молоко.
И чистая миска.
Ты стоишь на кухне и постепенно осознаешь масштаб родительской работы, которая раньше выглядела как «ну продукты же просто есть дома».
Приходится идти в магазин. Там ты впервые всерьез сравниваешь цену за килограмм и понимаешь, что большая упаковка не всегда выгоднее.
Вот сейчас бы преподаватель по экономике посмотрел. А то на семинаре ты молчал.
Вечером открываешь ноутбук. Это еще ничего не значит
План хороший: сегодня спокойно сесть и сделать работу. Часа за два.
Сначала нужно расчистить стол. Потом налить чай. Потом найти требования. Требования в чате. В чате новые сообщения.
Через сорок минут ты знаешь, кто из группы переезжает, где продают недорогой принтер и почему завтра могут отменить физкультуру.
Работа пока не знает, что ты к ней приступил.
Открываешь документ. Пишешь заголовок. Выбираешь шрифт. Уже приятно: что-то происходит.
И тут приходит сообщение:
— Ты начал?
Очень важный момент. Если ответить «да», человек решит, что тебе можно задать вопрос.
Пишешь честно:
— Заголовок есть.
— У меня тоже.
Теперь вы хотя бы вместе.
Ближе к сессии знакомые лица становятся особенно дорогими
В сентябре вы знакомились и пытались запомнить имена. К декабрю уже знаешь, у кого есть конспект, кто умеет спокойно объяснить задачу и кому лучше не звонить раньше одиннадцати.
Появляется человек, который занимает тебе место. Другой пишет: «Ты где? Сейчас отмечать будут». Третий без лишних разговоров делит с тобой бутерброд, потому что ты опять вышел без завтрака.
И ты тоже начинаешь замечать, что кто-то сегодня тихий. Скидываешь ему материалы. Спрашиваешь, придет ли завтра. Берешь второй кофе.
Между парами, заданиями и беготней по корпусам вы как-то успеваете подружиться.
А дома спрашивают: «Ну как учеба?»
Что ответить?
Что сегодня двадцать минут искал кабинет, а он оказался на другом этаже? Что удалось разобраться с темой, которая неделю не давалась? Что денег до конца месяца немного, зато макароны еще есть? Что в группе теперь свои люди?
— Нормально, — говоришь. — Всё нормально.
И это даже правда. Просто «нормально» теперь включает гораздо больше событий.
Куртку лучше повесить на стул. Рюкзак собрать с вечера. Те самые восемь минут достанутся тебе и так.
Только ложку вытащи. Она там с октября.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Обложка: коллаж «Мела». Фото: © Adityagalery / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Владимир КунаевВ РФ большая беда в сфере психологии. Нет четких профстандартов, нет справедливых механизмов проверки компетенций. В добавок ко всему этому действительно толковые молодые специалисты не могут выйти на рынок из-за массивного пейвола (из личного опыта). Проблем столько, что на целый цикл статей хватило бы, если погружаться.
Я редактор. Вот почему я не доверяю всем, кто называет себя психологом
Светлана ПлехановаЯ Вас умоляю, по закону ничего нельзя сделать. Многие молодые люди себе не представляют, как достаются деньги! Им кажется, что булки растут на деревьях, а пироги падают с неба. Многое вокруг пропагандирует светский образ жизни, сидение на чужой шее, бездумное, безалаберное отношение к деньгам. Неуважение к чужому труду тоже в чести. Многие унижают тружеников сферы обслуживания. А эти люди делаю нашу жизнь комфортной. Их приветливая улыбка, вежливая речь дарят хорошее настроение!
Дочь учится на платном и даже подработку не ищет – живет за наш счет, и ей нормально. Как с ней поговорить?
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов








