«Учителя „тащат“ детей к конкретным ответам, лишая их возможности учиться самостоятельно»
Проблемы преподавания литературы

Учителя русского и литературы часто жалуются, что дети мало читают. Проблема не только в учениках, но и в том, как им преподают. Наш блогер Ани Петрс рассуждает, почему дети не читают классическую литературу и как стоит преподавать этот предмет в школе, чтобы вырастить действительно думающих и читающих людей.
Литература — это не только совокупность всех письменных текстов, но, в первую очередь, определённым образом изображаемое и выражаемое осмысление действительности. Литература как инструмент познания окружающего мира и самих себя неизбежно несёт в себе историческую, культурную, социальную действительность того, кем текст создаётся, затрагивает актуальный для него круг проблем, воссоздаёт историко-культурную действительность.
Проблемы преподавания литературы начинаются ещё до того, как учащиеся знакомятся с определённым текстом. В большинстве случаев и ученики, и порой (к несчастью) преподаватели подходят к литературному тексту как к истории, которую нужно пересказать, и «желанию автора», которое нужно угадать. Ни то, ни другое не является верным, отсюда вытекают многие проблемы, связанные как с преподаванием, так и с изучением литературы.
Важно обращать внимание не на «желания» авторов, а на конкретные результаты их работы. Каждый литературный текст — это зеркало истории, культуры, и задача преподавателя — помочь учащимся увидеть в нём отражающееся. Не показать, а именно помочь увидеть, но что там увидит каждая или каждый из учащихся — результат индивидуальной работы в сумме с личными фоновыми знаниями, опытом. Никакой текст не может быть прочитан разными людьми одинаково, даже одним и тем же человеком в разное время и при разных обстоятельствах. Отсюда — невозможно требовать от учеников одинакового понимания, осмысления и воспроизведения прочитанного. Может возникнуть логический вопрос: зачем тогда вообще мы говорим о преподавании литературы и о самом факте существования такой дисциплины? Если всё так неоднозначно, можно ли говорить о литературе как об учебном предмете и литературоведении как науке? Ответ: конечно, можно и нужно.
В первую очередь необходимо уйти из области «смыслов» в область методов и приёмов
Учителя должны познакомить с различными методами и приёмами анализа текстов, работой с разными видами произведений, научить пользоваться этими методами и приёмами, чтобы школьники уже самостоятельно могли их применить на практике. Когда отсутствует понимание такой задачи в преподавании литературы, занятия превращаются в пересказывание сюжетов, пустое заучивание имён и характеристик, бездумное усвоение категорий «хорошо-плохо»; в результате — совершенное неумение учащихся самостоятельно читать, анализировать и обдумывать тексты вне рамок учебной дисциплины, без преподавателей.
Ещё одной проблемой является то, что корпус изучаемых литературных текстов наделён определённым авторитетом и устоявшимся вариантом интерпретации, а преподающие (не все и не всегда, к счастью) целенаправленно «тащат» учащихся к конкретным ответам, лишая порой их возможности самостоятельно искать и находить ответы. Это лишает обучение главной цели: научиться думать, анализировать, рефлексировать, читать, в конце концов.
Все эти проблемы, связанные в корне своём с отношением к литературе в целом, неизбежно приводят к тому, что школьники перестают (или так и не начинают) читать, их мыслительные силы костенеют, теряют гибкость и чуткость. Складывание букв в слова, а слов в предложения не есть чтение. Литература — не точная дисциплина, дважды два не всегда тут даёт четыре, и важно на каждом занятии отталкиваться от аудитории, каждый урок должен быть проблемным, требовать максимального включения и поиска решений этих самых проблем. Литература — своего рода энциклопедия проб и ошибок человечества, список основных вопросов к миру, людям и себе самим; задача преподающих литературу — не столько познакомить детей с этим списком, сколько на его примере научить ставить и находить другие вопросы, видеть и решать проблемы — научить читать.
Важно также, чтобы и сами примеры текстов были подходящими
Те вопросы, которые авторы задают в текстах, не предназначены для тех, кто эти тексты изучает. Неудивительно, что большинство школьников не читает «классику», ведь она была написана не для них (!). Современная литература представляет обширный пласт «молодёжной» литературы, где герои — ровесники читателей (+/-), их проблемы могут быть им близки и интересны. Понимание — важнейший критерий для работы с текстом. Ни один приём или метод ничего не стоят, если дети не видят, что, как и почему происходит. Сложности в понимании классических текстов детьми и подростками (культурно-исторические, социальные реалии, особенности языка, «возрастные проблемы») приводят к поверхностному чтению (то есть не-чтению), к непониманию идей, смыслов, проблем, к отсутствию эмоционального отклика. Четыре тома «Войны и мира» можно не читать (или читать частично) и заменить на книги В. Гаршина, М. Петросян, Т. Толстой, К. Булычёва, Е. Гришковца и так далее, например, если цель — анализ и рефлексия, а не зубрёжка и повторение написанного в учебнике.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock (Pixel-Shot)
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть










