«Школа делает вид, что она из времён, когда были Брежнев и Косыгин. И газета „Правда“»

Скрипач, искусствовед и автор комплексно-волновых уроков Михаил Казиник выступил на заседании Совета Федерации в рамках проекта «Время эксперта». Он рассказал о роли культуры в жизни, борьбе учителя с интернетом и о том, почему в школе неправильно преподают литературу. «Мел» выбрал основные тезисы из выступления Казиника.

1. Культура должна быть на первом месте в бюджете России

Если бы наша страна, планируя бюджет, под номером один написала «культура», то все остальные сферы автоматически поднялись на много процентов. Один процент, добавленный на культуру, — это то же самое, что 15% на здравоохранение или 25% на образование. Мы уже давно в этом убедились. Там, где культура на втором месте, на первое придётся вытаскивать деньги на здравоохранение. Потому что люди без культуры болеют. Любая страна велика тем, что она внесла в мировую копилку цивилизаций, а не тем, сколько колбасы она съела за энный период времени. Культура — это самое главное.

2. Школа упорно делает вид, что она из XIX века

Спросите у любого учителя-филолога в школе, о чём сказка Пушкина о рыбаке и рыбке. Все скажут: сказка эта о жадной старухе, которая осталась у разбитого корыта. Глупость очередная. Это Пушкин будет тратить время на то, чтобы осуждать очередную жадную старуху? Это сказка о безусловной любви старика. Легко любить красивую, щедрую, умную женщину. Вы попробуйте любить старую, грязную, жадную старуху!

А доказательства вот. Я спрашиваю любого филолога: «Как начинается „Сказка о рыбаке и рыбке?“». Мне все говорят: «Жили-были старик со старухою у самого синего моря». Правильно? «Правильно», — говорят филологи. «Правильно», — говорят академики. «Правильно», — говорят профессора. «Правильно», — говорят ученики. «Жили-были старик со старухою у самого синего моря…» Это неправильно! Это был бы не Пушкин. «Жили-были старик со старухою», — это самое обыкновенное начало сказки. А у Пушкина: «Жил старик со своею старухою». Разницу чувствуете? Потому что своя. Пушкин даёт код: своя, родная, 33 года вместе. Плоть от плоти.

Жадная — бывают и такие старухи, бог с ней. Любимая, чёрт побери. Лю-би-ма-я!

Дальше спрашиваю у филологов, где они жили? «Ну как, у моря! У самого моря!» И это неправда. У самого синего моря. Это второй код Пушкина. По мере желаний старухи она перестаёт быть своей, а море меняет цвет. Помните? «Помутнело, почернело синее море».

Всё, о чём я сейчас говорю, это о культуре. О другой школе, об умных педагогах, которые такое вытворят, что дети после этого будут все свободное время книжки читать, а не лазить по интернетам, и всяким там «Фараонам» и группам с матом. А школа делает вид, что она из XIX века. Из тех времён, когда было две программы по телевидению: по первой — Брежнев, по второй — Косыгин. И газета «Правда».

3. Учителя сильно уступают интернету

Мы живём в совершенно другом мире. Всё должно измениться, потому что сегодня не учителя-информаторы. Не Иван Петрович, который сказал прочитать про Джомолунгму 116-ю страницу. А интернет, в котором 500 тысяч ссылок на Джомолунгму, на высочайшую вершину мира. Оттуда можно узнать про Тибет, про древние культуры, про древние знания, про тень учителя и так далее. Какая же это школа? Сегодня любой нормальный интернетный мальчик даст 100 очков вперёд старому доброму Ивану Петровичу, у которого дома на полке книжка «Методика преподавания географии в пятом классе средней школы».

4. Детям нужно играть в литературные игры

Школа должна быть мотивирована радостью. У наших детей всего десять лет, лучшие годы жизни с 6 до 16. Что мы с ними вытворяем? За десять лет по шесть часов в день — это ли не преступление? С такой речью, с такой риторикой часто, что мне становится страшно. Почему ни одна учительница в школе, рассказывая сказку о попе и Балде, не рассказала детям правду? Что вся «Сказка о попе и работнике его Балде» Пушкина — это борьба двух звуков? Поп — «о», а «Балда» — «а». Поп говорит, окая, он круглый, и слева направо читается одинаково — «поп», «поп».

Читайте также

«Может, потому так и живем в России — что Достоевского в школе прошли?»

Теперь слушайте: «Жил-был поп, / Толоконный лоб. / Пошёл поп по базару. / Посмотреть кой-какого товару». А то место, где поп получает щелбаны от Балды? Смотрите, там звук «а» выталкивает звук «о»: «С первого щелка / Прыгнул поп до потолка; / Со второго щелка / Лишился поп языка».

Поп без языка. Кто теперь будет окать? Балда. Поэтому сказка заканчивается приговором Балды: «Не гонялся бы ты, поп, за дешевизной». Видите, какое чудо? Сказка — игра. А детям нужно играть! Спросите, сколько детей в России это знают? Сколько детей это слышали? Какое количество детей заиграли в эти литературные игры?

5. «Курочка Ряба» — это притча о шансе

Многие ли знают, что «Курочка Ряба» — это не сказка, а притча? И что она для каждого современного человека — самое главное на свете. «Жили-были дед да баба. И была у них Курочка Ряба. Снесла курочка яичко, не простое — золотое». Понятно, сказка. Снесла яйцо Фаберже. А дальше начинается дикость. Дед бил — не разбил. Что он бил — слиток золота яйцеобразной формы совершенной обработки? Бабка била — не разбила. И вдруг мышка хвостиком махнула. Яичко упало и разбилось. При чём здесь мышка? Почему дед и баба не разбили? А это на самом деле был тест: что будет, если разбить. Плачут и дед, и баба. Но не из-за того, что погиб слиток золота яйцеобразной формы, а потому что без яичницы остались. И тогда курочка говорит: «Не плачь, дед, не плачь, баба, я снесу вам новое яичко, но не золотое, а то, что вы заслуживаете». Это притча о шансе. То есть человек один раз в жизни получает не простое, а золотое яичко, и он должен сообразить, что из этого яичницы не жарят. Вот тогда и появляется культура.

Полная версия выступления Михаила Казиника в Совете Федерации