«Толя шепчет тайну в телефон. Он шпион». 12 странных текстов из учебника русского для американцев
И истории о том, кто и зачем их придумал

В сети еще с нулевых вирусятся скриншоты из учебника русского языка для американцев — A Russian Course. Среди тематических топиков там — очень странные истории про ударников, бетон, энтузиазм и боль в самых разных срезах. Читаем самые абсурдные из них и рассказываем об их авторах.
Если почитать русскоязычные комментарии к постам со скриншотами из американского учебника A Russian Course, то можно встретить много недоверия и насмешек: «фейк», «бред», «учебник для умственно отсталых», «написан двумя идиотами» и так далее.
Взглянув на любое случайное упражнение или топик из почти 700-страничного издания, вы и вправду можете решить, что авторы издеваются или немного не в себе.

Но на самом деле всё гораздо интереснее.
Большой обучающий курс русского языка для англоязычных студентов в 1970-х написали американские лингвисты Александр Липсон и Стивен Дж. Молински. Идеолог и основной автор учебника Александр Липсон был ученым-славистом и преподавал русский язык в Массачусетском технологическом институте, Корнеллском университете и в Гарварде. Он хорошо знал и любил русскую культуру, литературу, фольклор, разбирался в советской политике, часто ездил с группами студентов в СССР. Его коллега Стивен Дж. Молински — соавтор более 100 учебников, доктор наук, профессор, преподаватель русского языка как иностранного.
В интервью изданию «Смена» в 2010 году Молински рассказывал, что целью авторов учебника было «внести в атмосферу изучения чужого языка некий элемент веселья и бесшабашного юмора». По словам профессора, над учебником они с Липсоном работали 5 лет, встречаясь раз в неделю, и нанизывали на авторский метод Липсона (теоретическую модель словообразования однокоренных глаголов) постмодернистские истории и диалоги.
Упражнения и топики из учебника рассказывают в основном об ударниках (они работают с большим энтузиазмом), бездельниках (они курят в троллейбусах, крадут карандаши, не моются и лежат на пляжах в смокингах) и немного о муравьях и тиграх (они в основном страдают). Все эти персонажи живут в вымышленном городе Блинске и имеют прямое или косвенное отношение к производству бетона.

«Воображаемый мир учебника придуман на пустом месте! Не было никаких реальных прототипов или намеренных пародий. Например, пресловутый товарищ Бородин был выбран по простой лингвистической причине — он рифмуется с „гражданин“», — рассказывал Молински «Смене».


Иллюстрации в учебнике, кстати, выполнены самим Молински — это простые наброски, которые, по замыслу авторов, делали подачу обучающего материала легче и забавнее.

В учебнике немало довольно странных и порой мрачноватых сюжетов и мыслей — многие комментаторы даже предполагали, что он таким образом готовит учеников к знакомству с текстами Достоевского и других русских классиков. Однако авторы всегда настаивали, что никакого философского подтекста тут нет, а тексты написаны так с образовательной целью: абсурдное просто лучше запоминается.

В сети сравнивают тексты из A Russian Course с ранним Сорокиным и Пелевиным, предполагают, что авторы работали «под веществами». Молински льстит такое внимание, но он подчеркивает — единственные «вещества», которые они с Липсоном употребляли во время работы над пособием, — пицца, кофе и кола.

Также есть конспирологическая теория о том, что авторы учебника были шпионами и агентами КГБ: странные диалоги, которые в нем порой даются, многим напомнили приемы НЛП.

В пособии есть своеобразный «роман в романе» — комикс про Сверхчеловека, полностью придуманный и вручную нарисованный авторами.
Вообще же сам учебник составлен очень здорово: приведенные выше объемные тексты или диалоги, как правило, открывают каждую главу. Далее к ним даются многочисленные задания на отработку новой лексики, грамматических конструкций, синтаксиса. Упражнения такие же небанальные и веселые, как и сами топики.


В печать пособие вышло в 1977 году — но было встречено неоднозначно: некоторые американские вузы взяли его в работу, а другие отказались именно из-за странного и порой провокационного содержания. В 1981 году профессор Молински перевыпустил учебник со своим руководством для учителей — для Липсона это было посмертное издание, он скончался от рака в 1979 году.
Сейчас A Russian Course можно купить в западных интернет-магазинах, в аннотации к изданию сказано, что «книга полна восхитительного юмора, который большинство студентов находят захватывающим по сравнению с обычным стилем сухого учебника. Высмеиваются как американский, так и советский образ жизни, ценности и традиции».

Фото: Slavica Publishers; KVASVECTOR / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть






















