9 трогательных книг, которые не оставят ребёнка равнодушным
… и в который раз растопят родительское сердце

Доказано, что способность к эмпатии — один из главных признаков развитого интеллекта. «Мел» и Storytel выбрали книги для детей разного возраста, которые научат вашего ребенка сопереживать: про любовь и ревность, дружбу и семью, одиночество и разочарования (спойлер: почти все со счастливым концом!).
1. Ганс Христиан Андерсен «Гадкий утёнок»

Считается, что в сказке Андерсен рассказал свою историю — высокого худощавого юноши с римским носом из бедной семьи сапожника. Писатель рос в датском городе Оденсе, терпел насмешки сверстников и много фантазировал. Сюжет сказки знают, кажется, все, и каждый может увидеть в ней себя. Благодаря «Гадкому утёнку» дети научатся не судить других по внешности, а главное — принимать себя такими, какие они есть.
«— Славные у тебя детки! Все очень, очень милы, кроме одного, пожалуй… Бедняга не удался! Хорошо бы его переделать.
— Это никак невозможно, ваша милость! — ответила утка-мать. — Он некрасив — это правда, но у него доброе сердце. А плавает он не хуже, смею даже сказать — лучше других. Я думаю, со временем он выровняется и станет поменьше. Он слишком долго пролежал в яйце и потому немного перерос. — И она разгладила клювом пёрышки на его спине. — Кроме того, он селезень, а селезню красота не так уж нужна. Я думаю, он вырастет сильным и пробьёт себе дорогу в жизнь».
2. Оскар Уайльд «Звёздный мальчик»

«Звёздный мальчик» — классическая, но одновременно немного жутковатая сказка. Она начинается с того, что лесорубы нашли в лесу младенца. Один из них решил взять ребёнка к себе, хотя семье и так нечем кормить детей. Мальчик вырос очень красивым, но жестоким. Из-за дурного характера его внешность становится отталкивающей, и, чтобы вернуть прежнее лицо, он должен научиться доброте.
«Дровосек стоял близ открытой двери и не трогался с места. Через открытую дверь потянул резкий ветер. Жене дровосека стало холодно и она сказала мужу:
— Прикрой дверь, в горницу дует резкий ветер!
— Там, где чёрствое сердце, всегда бывает холодно, — ответил дровосек.
Жена молча присела к огню. Через несколько минут она посмотрела на мужа. В её глазах были слёзы. Муж заметил это, подошёл к ней и передал ей ребёнка. Взяв его на руки, она отнесла его в кроватку, где спал её младший сын».
3. Туве Янссон «Папа и море»

Многим знакомо чувство, когда хочется бросить всё и изменить свою жизнь. Но мало кто решается на кардинальные перемены. Только не Муми-папа. Он собрал свою семью, чтобы уехать жить на остров с маяком. На новом месте у каждого свои сложности: Муми-папа не справляется с работой, Муми-мама страшно тоскует по своему саду, а Муми-тролль и вовсе уходит из дома (ох уж эти подростки!). «Папа и море» — восьмая книга муми-серии и меньше других похожа на сказку.
«Муми-папа шёл по острову. Он не думал о ящике виски или о мысе. Какое значение имеет мыс? У него их было несколько. Он стоял у края воды и смотрел на прибой. Там было море — его море, — волна за волной набегающее на берег, отчаянно пенящееся, яростно беснующееся — и одновременно спокойное.
Все Мумипапины предположения и гипотезы исчезли. Он чувствовал себя совершенно живым от кончиков ушей до кончика хвоста. Это был момент полной жизни. Когда он повернулся и посмотрел на остров — его остров, — он увидел луч света, направленный в море, который двигался к горизонту, а потом возвращался обратно к берегу длинными равномерными волнами. Маяк светил».
4. Черстин Лундберг Хан «Миндальное сердце»

«Миндальное сердце» — продолжение книги Черстин Лундберг Хан «Печенье счастья» (про неё мы уже писали), которая даже не издавалась на русском языке. Тот случай, когда о жизни мальчика Оскара прочитать не получится, а вот послушать — легко! В этой книге нет волшебства и сумасшедших приключений. Есть только обычный школьник, которому кажется, что его никто не понимает, а мы все бывали в такой ситуации.
«– Ни кошки, ни морской свинки, ни волнистого попугайчика, ни черепашки, ни змейки, ни тушканчика, не говоря уже про богомола! — Я замолчал, чтобы перевести дыхание. Мама с папой смотрели на меня во все глаза. — Ни хомячка, — продолжил я, — ни ящерки, ни канарейки, ни хорька, ни мышки. Ни-ко-го!
Родители потрясённо молчали.
— Но, Оскар, — очнулась наконец мама и склонила голову набок.
— Ни слона, — хохотнул папа. Я метнул в его сторону сердитый взгляд. Тогда он решил сменить тактику. — А как же Бие? — Спросил он и почесал свою бороду. — У неё ведь тоже нет домашнего животного.
— Ещё как есть! — возразил я. — У её семьи целый аквариум в ресторане. Вы же ничего не поняли. Я единственный, кому не о ком заботиться!».
5. Фредерик Ван Эден «Маленький Йоханнес»

Фредерик Виллем ван Эден много времени посвятил изучению снов. Вот и Йоханнес, герой его романа, большую часть времени проводит в сновидениях — там он попадает в удивительный и сказочный мир эльфов, полный радости и света, куда его уносит принц по имени Вьюнок. Постепенно в сказочном мире начинают появляться другие герои — они упрекают мальчика в его попытках спрятаться от реальности, пусть там его и ждут проблемы и неприятности.
«Йоханнес донимал отца разнообразными вопросами, потому что видел и слышал вокруг много всего загадочного. Подчас это были наивные вопросы: откуда взялся этот мир? Почему умирают животные и растения? Бывают ли на свете чудеса? Отец Йоханнеса был мудрым человеком и не рассказывал сыну того, что знал сам. Он считал, что так разумнее.
Перед сном Йоханнес всегда долго молился. Его научила этому няня. Он молился за отца и за Престо. Симону его молитвы не требовались, думал он. Потом он долго молился за себя и под конец, как правило, просил, чтобы случилось чудо. После заключительного «Аминь» Йоханнес, затаив дыхание в предвкушении волшебства, оглядывал комнату, узоры на обоях, казавшиеся ещё более замысловатыми в тусклом свете сумерек, дверную ручку и часы.
Увы, часы продолжали отстукивать всё тот же лейтмотив, дверная ручка не двигалась, комнату накрывала ночь, и Йоханнес засыпал, так и не дождавшись чуда. Но он знал, что когда-нибудь чудо это непременно произойдёт».
6. Наринэ Абгарян «Манюня»

Наринэ Абгарян родилась и выросла в Армении — солнечной и тёплой. Такой же получилась книга о её собственном детстве. Хулиганка Манюня, её подружка Нара, грозная Ба и орава шумных армянских родственников постоянно попадают в смешные ситуации. Девчонки зарываются в снег с головой, пишут романы, влюбляются, смеются до колик в животе и никогда не унывают.
«– Сердцу не прикажешь, — тяжко вздохнула Маня, — так папа говорит, когда ругается с Ба из-за мамы. Я всё думала, что он имеет в виду, а теперь поняла. Влюбиться можно хоть в кого угодно, потому что сердце само выбирает, кого любить. Идёшь ты куда-то, в булочную например, а дорогу медленно переползает червяк. Тебе так и хочется на него наступить, а сердце рррррраз — и влюбляется. И всё, до свидания, спокойная жизнь!
Мне стало страшно. Мало ли в кого вздумает влюбиться мое сумасбродное сердце? А если и впрямь в какое-нибудь животное? Вон у старьёвщика дяди Славика есть осёл, орёт круглые сутки. Соседи ругаются, что он им спать не даёт, а дяде Славику жалко от него избавляться. «Это потому он орёт, что тоскливо ему от старости», — оправдывается он перед соседями. А мало ли зачем этому ослу тоскливо? Может, ему любви не хватает, может, он меня дожидается? Пойду я мимо дома старьёвщика, а моё жалостливое сердце увидит осла и сразу влюбится. И что тогда делать? Выходить за него замуж, что ли?».
7. Джек Лондон «Мартин Иден»

Мартин Иден, как и сам Джек Лондон, — выходец из низов. Они оба добились всего исключительно собственными усилиями и трудом. А в образе Руфи — возлюбленной Идена — описана первая любовь Лондона. Мартин неожиданно получает признание общественности и попадает в вожделенный круг избранных, но не находит удовлетворения, теряет интерес к литературе, да и к самой жизни.
«– Стало быть, вы считаете, что моя цель так же химерична, как поиски вечного двигателя? — спросил он.
Ответ был ясен из пожатия её руки — нежного материнского пожатия, словно мать успокаивала капризного ребёнка. Для неё Мартин и в самом деле был только капризный ребёнок, чудак, желающий добиться невозможного.
Руфь ещё раз напомнила Мартину о том, как враждебно относятся к нему её родители.
— Но ведь вы-то меня любите? — спросил он.
— Люблю, люблю! — воскликнула она.
— И я вас люблю, и ничего они мне не могут сделать, — голос его звучал торжествующе. — Раз я верю в вашу любовь, то мне нет дела до их ненависти. Всё в мире непрочно, кроме любви. Любовь не может сбиться с пути, если только это настоящая любовь, а не хилый уродец, спотыкающийся и падающий на каждом шагу».
8. Харпер Ли «Убить пересмешника»

В декабре 1956 года Харпер Ли получила письмо от друзей: «У тебя есть один год отпуска, чтоб написать всё, что тебе хочется. Счастливого Рождества» и подарок в виде годового заработка. Роман «Убить пересмешника» был опубликован 11 июля 1960 года, стал бестселлером, получил Пулитцеровскую премию и вошёл в список выдающихся произведений американской литературы. Харпер Ли написала историю, которая показывает мир глазами ребёнка: с детскими страхами и тревогами, жаждой справедливости и горькой реальностью и расовыми проблемами американского юга.
«Сын, я уже сказал тебе: если бы ты тогда не потерял голову, я бы всё равно посылал тебя читать ей вслух. Я хотел, чтобы ты кое-что в ней понял, хотел, чтобы ты увидел подлинное мужество, а не воображал, будто мужество — это когда у человека в руках ружьё.
Мужество — это когда заранее знаешь, что проиграл, и всё-таки берёшься за дело и наперекор всему на свете идёшь до конца. Побеждаешь очень редко, но иногда всё-таки побеждаешь. Миссис Дюбоз победила. По её воззрениям она умерла, ничем никому не обязанная. Я никогда не встречал человека столь мужественного».
9. Чарльз Диккенс «Дэвид Копперфильд»

Чарльз Диккенс написал первый роман в английской литературе, главным героем которого стал ребёнок, — это хорошо знакомый всем «Оливер Твист». Но любимой книгой самого автора был «Дэвид Копперфильд», которым в своё время восхищались Толстой, Достоевский и Кафка. Автор от первого лица рассказывает о жизни мальчика-сироты. История выглядит естественно и убедительно, потому что автор писал практически о своей жизни. Не каждый подросток решится прочесть почти тысячу страниц классического печатного текста, но все точно смогут осилить три с половиной часа аудиоверсии.
«Более одинокий, чем Робинзон Крузо — на того хотя бы никто не смотрел и никто не видел, что он одинок, — я отправился в контору, прошёл по приглашению дежурного клерка за прилавок и присел на весы, на которых взвешивали багаж.
Тут, пока я сидел и смотрел на свёртки, тюки и конторские книги и вдыхал запах конюшни (с той поры навеки связанный с этим утром), меня начали осаждать самые мрачные мысли, сменяя одна другую. Если допустить, что никто так и не зайдёт за мной, долго ли согласятся держать меня здесь? Может быть, до тех пор, пока я не истрачу свои семь шиллингов? Придётся ли мне ночевать в одном из этих деревянных ящиков, вместе с другим багажом, а утром умываться во дворе под насосом? Или меня будут выгонять на ночь, чтобы по утрам, когда открывается контора, я возвращался и ждал, не затребуют ли меня?».
Автор: Ольга Фурсова
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием в профессии и в жизни». Учительница – о непомерной нагрузке в школе




