«Спорно, что высшее образование будет гарантировать успех». Анастасия Ракова — о том, что происходит в московских колледжах

В последние годы пренебрежительное слово «шарага» в отношении колледжей употребляют все реже. Это неслучайно: среднее профессиональное образование сильно поменялось. Как именно — рассказывает заместитель мэра Москвы в правительстве Москвы по вопросам социального развития Анастасия Ракова.
— В Гостином Дворе прошел Всероссийский форум среднего профессионального образования. А как в целом сегодня можно описать ситуацию в среднем профессиональном образовании?
— Исходя из той реальности, которая существует сейчас, могу констатировать, что за предыдущие 30 лет престиж рабочих профессий достаточно сильно упал и молодые люди сконцентрировались на получении высшего образования, считая, что оно гарантирует успешность в жизни. В результате среднее профессиональное образование стало восприниматься как нечто несовременное и немодное.
Из-за этого, конечно, слегка устаревала материально-техническая база, не быстро менялись образовательные программы. Как следствие, у колледжей в подавляющем большинстве не было плотной связи с работодателями. Они не могли похвастаться тем, что умеют оперативно, исходя из конъюнктуры рынка труда, менять свои образовательные программы.
Ситуация начала меняться, и теперь все прекрасно понимают, что обеспечить национальный промышленный суверенитет без развития собственного производства невозможно. В Москве мы пришли к этому несколько лет назад. За последние пять лет объем промышленного производства в столице вырос в два раза. Сегодня мы видим огромные проекты, которые нацелены на развитие высокотехнологичного наукоемкого производства в таких отраслях, как электрооборудование, микроэнергетика, микроэлектроника, автомобилестроение, авиастроение и многие другие.
Чтобы запустить эти промышленные объекты, нам потребуются тысячи новых высококвалифицированных рабочих
Уже сейчас «синие воротнички» по уровню своей квалификации, навыков, востребованности на рынке труда приближаются к «белым» — и, я думаю, в ближайшее время их обгонят. Даже в Москве, которая всегда славилась своим развитием высшего образования.

Но, что более отрадно, наконец-то люди, общественность начали понимать: для того, чтобы обеспечить себя, свою семью, сделать успешную карьеру, необязательно иметь высшее образование. И весьма спорно, что в будущем оно будет гарантировать успешность в жизни.
Уже сейчас такие специалисты, как сварщики, электромонтёры, машинисты высоко востребованы на рынке труда и получают достойные зарплаты. Самое главное — понятен их карьерный трек. Ни для кого не секрет, что мы живем в пору искусственного интеллекта и в ближайшее время он может изменить реальность. Но только не в сферах, где человек делает что-то своими руками или взаимодействует с другим человеком в сфере услуг. Таких профессий как раз много в СПО. Зато искусственный интеллект может серьезно потеснить юристов, бухгалтеров и финансистов. Поэтому молодым людям стоит очень серьёзно задуматься о том, по какому треку идти.
— Что в таком случае нужно сделать для популяризации и возвращения престижа среднего профессионального образования?
— Наша цель как государства — сформировать принципиально новую, современную систему среднего профессионального образования, которая будет соответствовать потребностям работодателей, с одной стороны, а с другой стороны — высоким запросам студентов и родителей. Мы целый год в Москве вместе с работодателями отрабатывали новые подходы к развитию системы среднего профессионального образования.
— Расскажите про эти новые подходы.
— Мы определили три базовых принципа, на которых будем строить свою систему. Первый — это практикоориентированность. Мы хотим, чтобы молодые профессионалы, которые выходят из наших колледжей, имели возможность сразу же идти на реальное производство, чтобы работодателям не приходилось доучивать и переучивать их. Поэтому с этого года мы увеличиваем долю практико-ориентированных часов обучения студентов с 30% времени до 70%.
Следующий принцип — мультиспециальность. Мы хотим, чтобы студенты после окончания колледжей получали не одну, а желательно две, три и даже пять профессий. Это повышает конкурентоспособность на рынке труда и делает более устойчивым их положение.
И самое важное и сложное: мы хотим задать обязательный уровень качества подготовки по каждой профессии
Минимальный разряд квалификации, который мы установили, — третий. А по некоторым профессиям — четвертый. На сегодня наши студенты не поднимаются выше второго разряда. Соответственно, ребятам приходится доучиваться на производстве. А значит, они сразу теряют в зарплате как молодые специалисты. И, соответственно, желания пойти работать на реальное производство у них не возникает.
И мы не просто придумали эти принципы. Мы уже разработали в соответствии с ними 94 новые образовательные программы. С 1 сентября по ним начали учиться более половины ребят, поступивших в колледжи в этом году.
Эти принципы полностью соответствуют подходам на федеральном уровне. Поэтому все колледжи, которые будут реализовывать эти программы, с 1 сентября войдут в проект «Профессионалитет». Со временем все колледжи Москвы станут частью этого важного проекта.
— Как реализовать все эти принципы?
— Если мы хотим реальной трансформации, то надо преобразовать и всю инфраструктуру. Мэром Москвы принято решение о выделении финансовых ресурсов на ближайшие пять лет для тотального обновления инфраструктуры среднего профессионального образования.

Мы сейчас ведем предпроектные разработки для того, чтобы сформировать инфраструктуру будущего, чтобы колледж был максимально похож на то производство, куда студент придет после обучения. Но мы не можем ждать пять лет, когда построим новые колледжи. Поэтому уже сейчас мы выделим необходимые средства для серьезного обновления материально-технической базы колледжей, в первую очередь — производственных мастерских. Всего обновятся 230 производственных мастерских. Более того, мы создадим 90 новых мастерских с самым современным оборудованием, которое мы подбираем совместно с московскими работодателями, исходя из того, какое оборудование будет на реальном производстве.
Помимо этого, в ближайшее время педагогам и студентам столичных колледжей станут доступны электронные сервисы «Московской электронной школы». Цифровые технологии позволяют оптимально сочетать классические традиционные формы обучения с электронными и с дистанционным обучением по общеобразовательным предметам в колледжах. Это дает возможность высвободить как можно больше времени на практико-ориентированные курсы.
— Вы много говорите о практико-ориентированном обучении. А как этого достичь?
— Мы понимаем, что для этого нам надо полностью пересмотреть наши отношения с работодателями. Надо поставить их во главу представлений о том, что нам надо делать. Наше взаимодействие с ними должно быть очень плотным и долгосрочным. Это поможет нам выстраивать образовательные процессы так, чтобы отвечать запросам сегодняшнего дня. У нас не может быть мастеров производственного обучения, которые последний раз были на заводе много лет назад. Это должны быть люди, которые непосредственно работают на заводах и параллельно, в силу своей миссии, внутренне желают совмещать эту работу с обучением в колледже. Конечно, они должны получать и совершенно другую зарплату, и внутреннее удовлетворение от проделанной работы.
Уже сейчас мы вместе с работодателями прогнозируем потребности на рынке труда, чтобы правильно формировать контрольные цифры приема. В этом году их увеличили на 20% по ключевым отраслям, на 10–15% по строительству, транспорту и ИТ, в промышленности — почти в два раза. Мы активно будем переходить на заключение целевых договоров с гарантией трудоустройства. В новом учебном году планируем заключить 1700 договоров с компаниями Ростеха, а также 700 договоров с Московским метрополитеном.
— Как работодатели смогут оценить эффективность такого подхода к обучению?
— Как раз главным результатом обучения студентов станет ориентация на оценку работодателем. Для этого студенты будут сдавать демонстрационный экзамен, в который включены требования их будущих работодателей, а их сотрудники привлекаются в качестве экспертов.
— Планируете ли вы какие-то еще шаги в трансформации среднего профессионального образования?
— Мы объективно понимаем, что потребности, которые есть сейчас и будут появляться в ближайшее время на рынке труда по рабочим профессиям, мы вряд ли сможем закрыть только выпускниками наших колледжей. Поэтому мы ставим перед собой задачу создать совершенно новую систему переподготовки. Привлечь лучших специалистов, сделать связку с работодателями, чтобы создать возможности для массового переобучения сегодняшних кадров, взрослых людей. Так, чтобы они могли найти хорошую стабильную профессию с гарантированным заработком. Это параллельная история с развитием среднего профессионального образования. Но не менее важная, и не менее сложная.
Мы понимаем, что находимся только в начале пути. И я очень надеюсь, что этот непростой путь мы сможем успешно пройти и достичь запланированных целей.
Фото: пресс-центр Московского урбанистического форума в Гостином Дворе
Популярные комментарии
Виктория ИльинаЧто, на мой вгляд, произошло с современными детьми? Сегодня мы гораздо лучше умеем выявлять особенности развития детей. То, что раньше оставалось незамеченным или объяснялось словами «ленится», «невоспитанный», «не хочет учиться», сейчас может получить профессиональную оценку и поддержку. Поэтому создаётся ощущение, что таких детей стало резко больше. Необходимо также признать, что современная информационная среда серьёзно изменилась. Ребёнок сегодня живёт в потоке информации, который невозможно сравнить с тем, что было 20–30 лет назад. Одновременно выросли требования к скорости освоения знаний, объёму информации и самостоятельности школьника. При этом школа далеко не всегда успевает адаптироваться к новым условиямю Однако, на мой взгляд, главная причина проблемы лежит глубже. Изменилось отношение общества к школе и образованию. Для многих детей и родителей знания перестали быть безусловной ценностью, а школьные требования стали восприниматься скорее как формальность или препятствие. Одновременно снизился уровень дисциплины, родительского контроля и готовности ребёнка выполнять сложную, не всегда интересную работу. Нельзя сбрасывать со счетов и цифровую среду: компьютерные игры, гаджеты, социальные сети дают ребёнку быстрые эмоции и мгновенную обратную связь, тогда как учеба требует терпения, концентрации и усилий. В результате школе приходится конкурировать не только с внешними развлечениями, но и с изменившейся культурой детства.
Почему раньше дети спокойно сидели на уроках, а сейчас у половины класса либо СДВГ, либо РАС — и они всем мешают?
Александр КомнатныйЯ ни разу не комментировал статьи, но эту прокоментирую. Я ученик, учусь в 9 классе сельской школы. Наш класс, нельзя посчитать порядочным. Но, я скажу на основе личного опыта — дисциплина в классе будет, только когда дети будут боятся. ЛИБО, вы будете прям очень интересно вести предмет. А это редкость. Короче, если вы действительно хотите дисциплины — вам нужен обычный страх. Вы не должны говорить: «Всё, остаётесь у меня ещё на один урок», а потом не оставлять ещё на один урок. Ведь тогда, дети поймут — ничего вы им не сделаете. А вы должны делать. О вас должны ходить страшные легенды, и половина из них должна быть правдой. Тогда, у вас на уроках будет дисциплина. НО, важно — вы не должны ругать за неправильные ответы. Это точно. Ведь, есл вы будете орать из-за неправильного ответа, дети на ваших уроках вообще слова не скажут, а это тоже плохо. Нет, ругать вы должны только за дисциплину. А ещё — не бойтесь заваливать учеников двойками, а может даже колами.
Ученики срывают уроки и не слушают учителя. Как вернуть дисциплину за 4 шага
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?












