«Язык жив, пока мы на нём говорим». Учителя карельского, марийского и осетинского — о том, кто и зачем их учит сегодня

«Язык жив, пока мы на нём говорим». Учителя карельского, марийского и осетинского — о том, кто и зачем их учит сегодня

3 215
6

«Язык жив, пока мы на нём говорим». Учителя карельского, марийского и осетинского — о том, кто и зачем их учит сегодня

3 215
6

21 февраля отмечается Международный день родного языка — а в нашей стране на своём языке с каждым годом говорит всё меньше людей. Мы попросили трёх преподавателей редких национальных языков рассказать, как они передают культуру своего народа новым поколениям и может ли их родной язык совсем исчезнуть.

«Карельский язык живёт, пока на нём говорят»

Наталья Гилоева, преподаватель карельского языка

Я родилась в Республике Карелия в посёлке Тукса Олонецкого района. Это недалеко от Санкт-Петербурга, если говорить в масштабах России. В моём детстве там жили, если я правильно помню, как минимум 80% карелов, которые говорили на своём языке.

Во многих местах можно было услышать как русскую речь, так и карельскую. Моей бабушке, например, проще было говорить по-карельски. А поскольку она сидела со мной, пока я была маленькой, я выучила разговорный язык в естественной среде. Грамматику освоила уже потом, в Петрозаводском госуниверситете.

Сейчас я работаю преподавателем карельского языка в Университете Восточной Финляндии в кампусе Йоэнсуу. В этом году в группах, изучающих карельский язык, было 23 человека: 10 (начальный курс карельского языка), 8 (второй курс карельского языка), 5 (разговорная практика по карельскому языку). В основном его учат финны, которые хотят познакомиться с близкородственным языком, или студенты, у которых есть карельские корни.

Есть семьи, в которых сегодня дома принципиально говорят только на карельском

Например, если супруга из российской Карелии, а муж — из финской. Тогда их ребёнок в семье говорит на одном языке, а в школе — на другом. Местным маленьким детям вообще нравится карельский язык. Например, Общество карельского языка организовывало в прошлом году в детских садах некоторых городов кружки, куда дети приходили, чтобы познакомиться с карельским языком. Им нравилось узнавать в игровой форме карельские слова и видеть их схожесть с финскими словами: например, «лето» по-фински «kesä», а по-карельски —«kezä».

В последние три-четыре года вышло много книг на карельском языке. В основном это переводная литература. Например, из известных произведений перевели «Пеппи Длинныйчулок» и «Маленького принца». Телевидения на карельском языке, к сожалению, нет, но есть радио и интернет-новости.

Мне кажется, язык жив, пока мы на нём говорим. Выучить его не сложно, но нужно понимать, что русским и, например, финнам он должен преподаваться по-разному. Большой вклад в развитие языка вносит медиа Yle Uutiset, где каждую неделю появляется новая лексика.

Другая сложность состоит в том, что на карельском языке говорят сразу в двух странах, русские карелы заимствуют слова из русского языка, финны — из финского. Всё же это языки разных систем. Поэтому всегда приходится искать компромисс.


«Мы должны сохранять и передавать будущим внукам и детям культуру марийского языка»

Софья Никитина, учительница марийского языка

Я родилась в деревне Купсола в Сернурском районе Республики Марий Эл России, где раньше всё население говорило на марийском языке. Сейчас люди старшего поколения стараются продолжать общаться с внуками и детьми на марийском, но у современной молодёжи всё равно идёт сильное обрусение. Если мы даже думаем на марийском, то у подростков такого нет. При этом нельзя сказать, что марийский язык умирает. Каждый носитель этого языка сегодня старается заинтересовать юное поколение.

Книг на марийском много. Школьные учебники для начальных и средних классов выпускает Центр марийской культуры, а какие-то пособия составляем мы сами вместе с Институтом образования и Министерством образования.

Я работаю в Моркинской школе, где учу детей луговому государственному марийскому языку. Он сильно отличается от горного марийского языка. Если вы никогда не изучали оба подвида, то вряд ли поймёте друг друга, потому что многие слова звучат иначе.

Когда дети в пятом классе начинают учить марийский язык, мы на первом этапе знакомим их с другими языками — русским и финно-угорской группой — и только потом переходим на постоянное изучение марийского. Мы стараемся зажечь в каждом ученике огонёк, с помощью которого он захочет познать мир и красоту других народов.

Я уверена, что мы должны сохранять и передавать будущим внукам и детям культуру марийского языка

Поэтому я всегда к урокам подхожу творчески, стараюсь вовлечь учеников в изучение. Хочу, чтобы они в первую очередь сами были заинтересованы в изучении марийского. Мы часто участвуем в российских и международных конференциях, и дети занимают призовые места.

На мой взгляд, выучить марийский язык не сложно. Это даже можно назвать модным, потому что многие люди моего народа хотят понимать язык старшего поколения. Я же всегда говорю: «Сколько языков знаешь, столько раз человеком станешь».


«Недавно осетинский язык получил большую государственную поддержку»

Ирина Кадзова, учительница осетинского языка

В 2000-е годы осетинский язык отнесли к вымирающим. Тогда людям он был малоинтересен, все переходили на русский. Многие понимали по-осетински, но не могли говорить. Сейчас же ситуация поменялась. К счастью, началось возрождение моего родного языка. Люди стали им интересоваться.

Недавно осетинский язык получил государственную поддержку. Если несколько лет назад книг на этом языке было немного, то сейчас их активно печатают. Ежедневно выпускают передачи на осетинском. Медиа разрабатывают разный контент. Я заметила, что вновь вошел в моду молодёжный журнал «Мах дуг» («Наша эпоха»), его стали искать на прилавках мои друзья и знакомые.

Сегодня взрослые люди хотят выучить этот язык, потому что осознают себя осетинами. Им важно продолжать культуру своего народа

С детьми ситуация обстоит немного иначе. Некоторые начинают говорить на осетинском в семье, слышат его от родителей. Другие растут в русскоговорящей семье, поэтому с осетинским сталкиваются впервые в детском саду, где учат какие-то базовые слова. Потом у них начинаются уроки в школе.

Обычно классы делят на две части: на тех, кто хорошо говорит, и тех, кто не говорит совсем или знает несколько слов. Из школы они так и выходят с разным уровнем, потому что у этих классов разные программы и разные цели. Важно сказать, что во Владикавказе русской речи, конечно, всё равно больше. Но если отъехать куда-то в сторону, в районы, то везде будет только осетинская речь.

За помощь в подготовке материала благодарим нашего стажёра Надю Макарову.

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям(6)
Комментарии(6)
В Карелии лучше обстоят дела с изучением финского языка.В Петрозаводске есть финский театр, дети изучают финский язык в школах, а вот карельский такой популярностью не пользовался, по крайней мере 20 лет назад именно так и было…
В Карелии изучают два наречия карельского, вепский и финский язык. Финский изучается в двух варианта: как родной и как иностранный язык. В детских садах используется методика «языковое гнездо», позволяющее погрузить ребенка в языковую среду. Интерес к изучению родных языков в последние 10 лет значительно вырос. В том числе об этом говорит и значительное количество взрослых, изучающих языки через различныекурсы.

Кстати, в Финляндии в школах карельский язык не изучается, даже в Восточной губернии. Считается, что карельского языка, как самостоятельного не существует. Учить язык можно практическ через курсы Карельского просветительскогообщества.
Странно, что уважаемый автор не нашел ни одного учителя карельского на нашей стороне границы.
Эти языки исторически обречены — на них не делают ни науку, ни производство, ни бизнес-процессы. Ну разве что в деревне поговорить на сеновале.
Ещё каких-то сто лет назад вся Прага и другие более-менее крупные чешские города были сплошь немецкоязычными. Чешский язык можно было услышать только в сельской местности. В немецком языке существует даже такое выражение — böhmische Dörfer — то есть, что-то совсем непонятное и абсолютно чуждое, «китайская грамота». Однако за рекордно короткий период чешский язык был повышен в статусе, внедрён во все сферы общественной жизни; на нём была создана общественно-политическая и научно-техническая терминология по всем отраслям знания, причём создана на основе исключительно славянских элементов — без всяких греко-латинских заимствований (почти как в Исландии — правда, в отличие от Исландии, в послевоенные десятилетия в чешский язык всё-таки начали проникать иноязычные слова). Так что, теперь чешский язык очень даже развит и богат, и никому даже в голову сейчас не придёт заявлять, будто бы по-чешски можно разговаривать только «в деревне на сеновале». Те же самые процессы наблюдаются и во многих странах Третьего мира, сбросивших колониальное ярмо и вступивших на путь независимости. В библиотеке Венского университета я находил множество отраслевых терминологических словарей на таких языках, как суахили, йоруба, каннада, кечуа.