
Сегодня всё чаще говорят о профессиональном выгорании. Раньше, в XX веке, такого термина вовсе не было. Какое может быть выгорание у токаря на заводе? Тем более у педагога, чья миссия — просвещение юных умов. Тем не менее, оно, выгорание, есть. Это проблема. Елизавета Капустина рассуждает, откуда оно берётся и что с ним делать учителю.
Итак, в прежние времена выгорания у педагогов как будто не было. В чём дело? Учителя тогда меньше работали? Дети были другими? Профессиональные требования были разумнее? И если сейчас о профессиональном выгорании так активно говорят, то почему же о нём не предупреждают в педагогических институтах в рамках курса психологии? Почему, выдавая диплом специалиста, молодых педагогов не готовят к тому, что выбранная ими профессия станет утомлять, раздражать, вызывать апатию?
Впервые с термином «профессиональное выгорание» я столкнулась в школе на педагогическом совете. Мне тогда подумалось: «Ну, меня-то уж это точно не коснётся. Я буду „сеять разумное, доброе, вечное“, дарить свет знаний». Не прошло и трёх лет, как я перестала ощущать радость от работы, глаза «не горели», силы иссякли.
Вроде интернет переполнен разными сайтами, ресурсами, готовыми уроками, программами, призванными облегчить труд учителя. Вроде класс оборудован необходимой техникой, мысли и идеи толковые рождаются, а сил творить и вдохновлять нет.
Отдых перестал ощущаться отдыхом, коллеги ноют, дети раздражают, от школы по утрам тошнит (и к вечеру это состояние только усугубляется от осознания, что завтра снова в школу). В чём же дело?
Вот несколько причин такого состояния учителей:
1. Пресыщенность информацией. Всего так много: что надо почитать, заполнить, распечатать, обработать, что от такой многозадачности мозг (в целях самосохранения) начинает тормозить и отключается.
2. Бюрократия. Чем больше с бумажками боремся, тем больше их становится. Парадокс.
3. Тотальное недоверие к профессионализму учителей (вытекает из предыдущего пункта). Мы всё время кому-то что-то доказываем (пишем, отчитываемся, заполняем). Груз ответственности постоянно отягощён комплексом вины (причём за всё и сразу). Как только что-то случается в школе и (что самое непонятное) вне её стен, сразу со всех сторон слышим: «Виноват учитель! Виновата школа!».
4. Отсутствие мотивации. Учитель находится в постоянной коммуникации с детьми, родителями, коллегами. С ними со всеми надо найти общий язык, наладить контакт, а в ситуации утраченного престижа профессии тональность любого диалога периодически сводится к формулам: «вы должны», «вы обязаны», «вам надо», «мы требуем» и так далее. В таких условиях путь к саморазвитию и самообразованию обречён.
5. Непонимание результативности. Каждый добросовестный учитель честно отрабатывает свои 45 минут у доски (плюсуем к этому подготовку к уроку, проверку работ, заполнение электронного журнала и так далее). Что на выходе? У учителя нет возможности узнать результат своей работы здесь и сейчас, так как выученный учеником параграф — это не весь результат педагога (сегодня Петя знает правило, а на завтра забыл). Да и мы-то, учителя, понимаем, что результаты нашей работы могут быть сильно отсрочены. Взрослея, наши ребята начинают пользоваться тем инструментарием, теми знаниями, которые были получены много-много лет назад на уроках в школе. Но нам того знать уже не дано.
6. Цейтнот. Нам всё время не хватает времени. Пресловутый тайм-менеджмент не всегда работает в условиях постоянно спускающихся директив и запрашиваемых отчётов. Учитель загружен (стереотип, что учитель работает только во время уроков, видимо, вечен), педагогу не хватает времени ни на семью, ни на хобби, ни на саморазвитие, ни на книги (так хочется почитать что-то для души), ни на ничегонеделанье (этого тоже очень не хватает).
Вывод прост. Не рассказывайте о профессиональном выгорании тем, кто уже выгорает. Не учите бороться с ним. Дайте работать в нормальном (в не в авральном, типа: «Шеф, всё пропало!») режиме. Честно платите за отработанные часы. И начните уже уважать тех, кто работает по призванию. И мы перестанем выгорать…
Фото: Shutterstock (wavebreakmedia)
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть














