Часто в разговоре можно встретить странные, нескладные речевые конструкции вроде «проводилась большая работа». Кажется, все знают, что это канцелярит, но продолжают его использовать. Наш блогер, доктор педагогических наук Екатерина Бунеева, наглядно объясняет, почему разговаривать и писать на канцелярите плохо.
Когда вместо того чтобы написать «лицо её просветлело», пишут «в её лице появилось просветление», если вместо «он обессилел» читаем «он находился в состоянии полного упадка сил», а вместо «специалисты должны быть более компетентными» слышим знакомое до боли «повышение уровня компетентности специалистов», перед нами примеры канцелярита (канцелярского языка) — тяжёлого, сухого, мёртвого.
Примеры частично взяты из повседневной жизни, частично — из книги писателя и переводчика Норы Галь «Слово живое и мёртвое». В книге можно найти и общие приметы канцелярита, по которым его легко узнать (привожу их по изданию 2014 года, Москва, «Время», стр. 29):
- «Глаголобоязнь» — вытеснение глагола, то есть движения, действия, причастиями, деепричастиями и существительными (особенно отглагольными!), а значит — застойность, неподвижность. Из всех глагольных форм — пристрастие к инфинитиву (неопределённой форме).
- Нагромождение имён существительных, часто длинные цепи существительных в одном и том же падеже — родительном, так что уже нельзя понять, что к чему относится и о чём речь.
- Обилие иностранных слов там, где их вполне можно заменить русскими.
- Вытеснение активных оборотов пассивными, почти всегда более громоздкими, тяжёлыми.
- Тяжёлый путаный строй фразы, невразумительность. Обилие придаточных предложений, неестественных в разговорной речи.
- Серость, однообразие, стёртость, штамп, когда предпочитают длинное слово короткому, официальное или книжное — разговорному, сложное — простому, штамп — живому образу.
Рассмотрим подробнее примеры «глаголобоязни» и сравним их с живыми оборотами речи.
Вместо «испытывал недоверие», «испытывал чувство счастья (горечи, досады, разочарования…)» лучше сказать: «не доверял», «был счастлив», «был огорчён», «был раздосадован», «разочарован» или просто «радовался», «горевал», «досадовал».
Вместо «она почувствовала страх (ужас)» проще, яснее и легче прозвучит «ей было страшно», «она испугалась», «струсила», «струхнула», «ею овладел ужас», «её охватил страх (ужас)».
Вместо «проводилась большая работа» лучше сказать «мы много работали», вместо «это способствовало улучшению» — «это помогло улучшить», вместо «мы воздержались от принятия решения» — «мы пока не решили» и так далее.
Для сравнения приведу пример исходного и редакторского вариантов текста из книги «Слово живое и мёртвое» (по тому же изданию, стр. 33).
В исходном тексте с явными признаками канцелярита читаем: «Я был с ним отчасти согласен, но удовольствие, которое я испытывал, штурмуя гору, сознание, что нога человека никогда ещё здесь не ступала, а также радость, доставляемая мне созерцанием всё расширявшегося… пейзажа, — были для меня достаточной наградой».
Вариант редактора, Норы Галь: «Он был, пожалуй, прав, но мне (весело) радостно было штурмовать гору, знать, что до меня здесь ещё не ступала нога человека, я с восторгом смотрел на великолепную картину (любовался картиной), которая всё шире раскрывалась передо мною, и не нужно мне было другой (лучшей) награды».
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: Shutterstock (RYGER)
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
