Надо ли учителю воспитывать порядочность или достаточно самому быть порядочным

Есть мнение, что у порядочных родителей и учителей такие же и дети. Учитель Вероника Кузьмина рассказывает о нескольких случаях, когда её ученики по-разному вели себя в ситуации морального выбора.
Почти 25 лет работы в школе. Много было разного. Конечно, больше помнишь хорошего. После вуза думала, что никогда не буду повышать голос на детей. После 25-й мягкой просьбы мой тихий от природы голос крепчал. Давно уже могу похвастаться аудиторным. Недавно пятиклассник сказал, что я — повелительное наклонение. Бываю и изъявительным, и условным, конечно.
Но речь не об этом. О порядочности. Первый мой пятый класс. Вторая смена. Пришли дети в грязный класс. Одна девочка: «Что мы будем в грязном кабинете?». Берёт ведро, тряпку и моет. Глядя на неё, и другие. Приятно. Другой класс — десятый. Девочки не разговаривали с мальчиками, пока один не извинился за то, что ударил девочку, которая спровоцировала конфликт и сама ткнула мальчика журналом. Это девяностые двадцатого века. Наверное, поэтому я до сих пор в школе. Конечно, родители воспитали. Если я, то незаметно для себя. Была искренне уверена, что достаточно самой быть хорошей и с чистым сердцем.
Аксиома моей работы в прошлом: «Будь сам порядочным, и ученики будут тоже». А два года назад столкнулась с предательством своих учеников
Класс раскололся на две неравные половины. Большинство выступили против меня и пошли искать нового классного руководителя, а часть в изгоях страдала молча за меня. Всё закончилось хорошо. Я выстояла, выпустила их, а лидера заговора перевели в параллельный класс. Но столько бессонных ночей!
И снова пятиклашки. «Что такое хорошо и что такое плохо?» — один из первых классных часов. Сами готовили. Теория — отлично. А как дальше? Нет, не понимают современные дети, как надо поступать порядочно без подсказок. А жаль!
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе




