Хватит ругать школу! Слово в защиту нашего среднего образования
Во-первых, она бесплатная, не забывайте

Отечественную школу не ругает только ленивый. Закостенелые методы образования, несправедливые оценки, предвзятое отношение учителей. Но так ли уж страшен чёрт, как его малюют? Наш блогер Светлана уверена, что ответственность за знания и умения ребёнка, прежде всего, несёт родитель. Она уже писала о преимуществах зарубежного образования, но это пост в защиту отечественной школы.
Моя приверженность западному подходу к анализу проблемы — индивидуальная ответственность с опорой на цифры и результаты экспериментов — вынуждает меня взглянуть на тему шире. Мой пост — в защиту отечественного школьного образования с привлечением аргументов, которые редко или никогда не упоминаются в разгромных статьях про школу.
Итак, наше среднее образование бесплатное. ВВП России на душу населения (это значит, сколько материальных благ в стране сделано за год на одного человека, включая грудных младенцев и лежачих стариков) в 2017 году составлял $27 834. Для сравнения, вот данные МВФ за 2017 год: ВВП США — $59 501, Австралии — $50 334, Британии — $44 118. Наша страна вдвое беднее, чем любая другая, на которую идут ссылки при критике. Неравный бой.
За среднее образование мы не платим ни копейки. Я сознательно не упоминаю оплату школьных плазменных телевизоров, подарков учителям и тому подобное. Всё перечисленное — добровольно. Предваряя аргумент «А нас заставляют», сошлюсь на беспроигрышный вариант: пусть ребёнок зубрит английские неправильные глаголы, учит закон Бойля-Мариотта и читает все четыре тома «Войны и мира». Пусть эссе напишет сам, а не «сдует» из «Википедии» и выдаст за своё. Будет учиться качественно — станет гордостью школы, а не её «кошельком».
Личный опыт: взносы не делала никогда. Регион Москва, ЦО. Дочь была отличницей все 11 лет. Результат: объективная картина её успеваемости, а не отображение на мониторе «плазмы», купленной с моим участием.
Что же мы делаем с нашим бесплатным средним образованием? Во-первых, мы ругаем учебники. Мы не тратим ни копейки на их приобретение, но критикуем их. А почему бы, имея математику М.Моро, не купить учебник Л.Петерсон и не заняться со своим ребёнком по нему, если «градус» недовольства высок? Что, если приобрести М. Сканави в дополнение к школьной «безобразной» алгебре или учебник Т. Богдановой по биологии в качестве альтернативы школьным пестикам и тычинкам?
Во-вторых, мы сетуем на то, что от школьной программы веет унынием. Мы хотим, чтобы таблицу умножения преподносили с юмором, а русскую орфографию — с шутками. Чтобы учителя увлекали и завлекали. Откуда это? С чего вдруг серьёзный, достаточно нудный, трудоёмкий процесс приближения к мастерству стал восприниматься как цирковое шоу? Много ли веселья в бесконечных повторах гамм для юного скрипача? Много ли смеха в изнуряющих спортивных тренировках будущих олимпийцев? Откуда этот миф? Это из серии «обманок» про английский за месяц и плоский живот без тренировок.
В-третьих, мы не помогаем нашей школе обучить наших детей бегло читать. Это умение достигается ежедневным многомесячным педантичным тренингом в домашней обстановке. Какой итог неумения читать бегло? Глобальное влияние на все предметы. Открываешь с учеником рабочую тетрадь И.Верещагиной по английскому языку для второго класса и обнаруживаешь, что ребёнок не может прочитать русскую инструкцию к заданию. Он читает её по слогам. Пока дочитал — забыл, о чём спрашивают. Он не может сделать задание быстро из-за слогового чтения. Это конец второго класса. 50% «началки» позади.
Итог: фиаско на контрольных и в тестах. Школу обвиняют в следовании западной тестовой модели. Не западная модель и не школа — причины неудач
Согласно американским исследованиям, ребёнок, не овладевший навыком беглого чтения в начальной школе, «проваливается» в своём дальнейшем обучении.
Личный опыт: когда дочери было пять с половиной, к ней стала приходить логопед. Девочка картавила и надо было исправлять проблему. Через три недели звук встал на место. Учитель осталась с нами и обучила чтению, основам арифметики и письма. Были большие домашние задания. Каждый день дочь занималась 45-60 минут, выполняя задание учителя под контролем взрослых. Итог: в школу она пошла в шесть с половиной. Оказалась самой младшей. Из 30 одноклассников их, бегло читающих, было трое.
Уже давно понятно, что отечественная школа — пока структура слабая. Мы знаем, что она учит несовершенно. Владея всей этой информацией, какие действия мы предпринимаем? Мы призываем к ответу чиновиков. Зачем? Зачем мы тратим на это жизнь? Причём не только свою, но и наших детей. Можно «убить» всю началку на эту войну. А можно каждый вечер просить ребёнка почитать нам сказки Бажова и рассказы Сетона-Томпсона.
Личный опыт: «Какие новости в школе? ” — контрольный вопрос, который я задавала все 11 лет. Так я держала руку на пульсе. Это был первый вопрос, который звучал, когда я приходила с работы. Дочь рассказывала о текущих проблемах. От её ответа зависело, сяду ли я ужинать сразу, или меня ждёт просто чашка чая, или даже её не будет.
Мы вместе обсуждали, ссорились, ругались, ахали, возмущались. Мы жили в этом. Интересно, что по инерции этот же вопрос я задаю всем своим ученикам, как только захожу в их дом. Как же дети горят желанием рассказывать о школе! И как ярки их рассказы! Там и смех, и досада, и обида, и злость, и слёзы — весь спектр эмоций.
Выступая перед выпускниками Мичиганского университета в 1988 году, русский поэт и эссеист, Нобелевский лауреат Иосиф Бродский сказал: «Всячески избегайте приписывать себе статус жертвы […] Каким бы отвратительным ни было ваше положение, старайтесь не винить в этом внешние силы: историю, государство, начальство, расу, родителей, фазу луны, детство, несвоевременную высадку на горшок и так далее […] В момент, когда вы возлагаете вину на что-то, вы подрываете собственную решимость что-нибудь изменить».
Пребываю в уверенности, что родитель — основа и стержень в образовании своего ребёнка. Ни школа, ни государство, ни педагогический коллектив, а именно родитель. Он определяет тактику. Он детерминирует результат.
Предлагаю моим читателям поделиться своими соображениями.
Иллюстрация: Shutterstock (Julia August)
Популярные комментарии
HelenКак же сложно быть подростком. Казалось бы, что нет ничего проще, как подойти к мальчику или девочке и сказать, что ты мне нравишься.Но нет, проблемы какие-то дурацкие в голове.Я своему ребенку посоветовала решать проблемы делами. Нравится кто-то? Подойди, познакомься простыми фразами: привет, как тебя зовут, самому представится, где учишься, где живёшь, есть ли домашние животные, есть ли братья сестры, чем занимается вне школы, какие есть увлечения, и прочее, угости шоколадкой, предложи сходить в кино, после уроков съесть по мороженому, на переменах поговорить об интересах. Обменяться номерами телефонов. Да куча всяких разностей. Можно ничего не говорить о своих «любовях», а входить в жизнь понравившегося человечка. Подарить карандаш простой и красивый, ручку, резинку стирательную. В столовой сесть рядом или место занять. Кидать комплименты приятные.Можно предложить сидеть вместе за партой.При влюбленностях подростков важно помнить, что самое главное, что есть у него -это жизнь и нет ничего важнее жизни. Родителям в такой трудный промежуток жизни подростка нужно быть рядом и поддерживать в ребенке самоуважение, развитие критичности мышления, рациональности общения.
Я влюбился в одноклассницу, но боюсь ей признаться. Что мне делать?
Алина Сен-ЛюкУжасная, некорректная акция, которая не учит добру и милосердию, ибо благотворительность — это когда от себя что-то отрываешь, а не у другого человека забираешь… Да и не было никогда у учителя моря цветов в вёдрах. Не все ведь в первых классах работают.
«Все эти акции вместо цветов — спекуляция чувствами учителя»: педагоги — о том, нужны ли им букеты на 1 Сентября












