«Педагогика — это живой процесс»: каким учителем вы будете в этом году

Во время дистанционки учителя многому научились, некоторые даже пересмотрели свои взгляды на преподавание. И теперь, с новыми целями и идеями, они возвращаются в школу. Один из таких учителей — наш блогер Светлана Щелокова. Она поделилась своей версией педагогического кредо.
У меня давно уже не получается жить и работать в состоянии, когда я не понимаю, что и зачем делаю и к чему иду. Обилие информации и многозадачность часто, к сожалению, отвлекают от главного, поэтому несколько раз в год я перепроверяю, уточняю личные и профессиональные цели. Сейчас, в начале очередного учебного года, я навожу порядок в своём педагогическом чемоданчике и в который раз спрашиваю себя, какую педагогику хочу реализовывать и зачем. И слышу внутри ответ: «Только такую, которая вдохновляет и даёт силы, чтобы подрастающий человек всегда мог опереться на себя».
Это понимание профессионализма формировалось долго. Сначала я была школьницей, которая на всех учителей смотрела одинаково — снизу вверх, но внутренне делила на две группы: «люблю» и «боюсь».
Потом я поступила в университет, образовательная картинка стала трёхмерной: за четыре года учёбы в бакалавриате я переосмыслила школьный опыт, отрефлексировала студенческий и стала репетитором по русскому и английскому языкам.
В магистратуре добавилось четвёртое измерение — исследовательское: я написала квалификационную работу по репетиторству в младшей школе. Перетаскивая набор измерений из проекта в проект, я поняла, что иначе работать и невозможно, только единовременно быть актором, наблюдателем и мыслителем. Потому что педагогика — это живой процесс двухстороннего становления.
Как легко забыть об этом, бесконечно обсуждая цифровые инструменты и способы проверки знаний! И как важно именно это — не забыть. Чтобы моя работа в дальнейшем была похожа на живой двухсторонний процесс, сегодня я фиксирую такие положения:
- Главная цель моей работы — создание условий для уверенной и конструктивной познавательной деятельности ученика.
- Для достижения этой цели я в первую очередь забочусь о своём самоощущении в процессах познания мира, потому что знаю и верю: ученик может понять мои неуверенность и страх в познании как высокомерие по отношению к нему, что недопустимо в качественном образовании.
- Я проявляю искренний интерес к идеям и мыслям ученика, чтобы он мог ощутить свою значимость в процессе и найти зоны ответственности.
- В общении с учеником я позиционирую себя как эксперта, который отвечает за свои опыт, действия и слова, но уважаю и поддерживаю право и желание ученика искать свою правду, приобретать самостоятельный опыт.
- Я отдаю себе отчёт в том, что моя ответственность за умения, знания и опыт ученика ограничена и не преувеличиваю свою значимость в его учёбе и жизни.
- Я позволяю себе и ученику сомневаться, признавать ошибки, чувствовать неуверенность и просить о помощи, которая может понадобиться и мне, и ему.
- В нашем взаимодействии я отвечаю за то, чтобы в процессе мы могли испытывать и проявлять разнообразные эмоции, понимая, что нам обоим должно нравиться происходящее, но и это не значит, что каждому будет нравиться абсолютно всё.
- И я же отвечаю за то, чтобы радости и удовольствия в обучении было как можно больше.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026





