Умри в школе: каким должен быть хороший учитель

Мы часто видим словосочетание «хороший учитель», но какой учитель заслуживает назвать себя хорошим, а какой нет? Наш блогер, преподаватель русского языка и литературы Римма Раппопорт, предложила свои критерии оценки педагогов и рассказала, почему в современной школе тяжело быть хорошим учителем.

В нашей культуре хвалить себя не принято, но сейчас мне хочется нарушить это негласное правило и сказать, что я хороший учитель. Когда мои ученики вырастают, при мысли о русском языке и литературе на лице у них скорее улыбка, чем нервный тик. Конечно, поговаривают, что у кого-то после выпуска моё фото было прикреплено к боксерской груше, но это нормально, ведь хороший не равно идеальный и всеми любимый. Мой главный педагогический результат не ЕГЭ и ОГЭ (хотя тут тоже все в порядке), а читающие, пишущие молодые люди, которым не приходится бороться с рвотными рефлексами при упоминании фамилии Пушкин. Я много думаю о том, каким должен быть хороший учитель, которого не страшно пожелать собственному ребенку.

Креативный

В моём идеальном мире радуги и розовых пони рабочий процесс для учителя полон творческих задач, которые он сам перед собой ставит. Один раз у меня был руководитель, даже доплачивавший за креативность и инициативность, но это скорее исключение для системы образования. Чаще требуется соответствовать формальным правилам и твёрдо (уверенно, строго, качественно — нужное подчеркнуть) учить. Хороший учитель всё время придумывает уроки, упражнения, проекты, внеурочные развлечения. Даже контрольные придумывает, потому что неоригинальность заданий и формулировок в век интернета в ужасающем большинстве случаев порождает плагиат. Можно поворчать: раньше было лучше, чтобы списать, требовалось иметь специальную книжку — сборник «золотых» (на самом деле так себе) сочинений, ГДЗ по каждому предмету. Теперь узнать все ответы можно, введя пару ключевых слов в поисковик.

Учитель в современной школе, с её вызовами и давлением извне, — космонавт, корабль которого летит к чертовой матери

Шансов спасти себя и экипаж почти нет, но, чтобы ещё хоть немного продержаться, нужно решить, на какую кнопку нажать: «творчество» или «усиление контроля». Будет школа для ребёнка местом силы или безвоздушным пространством, зависит от того, что выберет педагог.

Рефлексирующий

Хороший учитель знает, что он не всегда прав, может анализировать как собственные неудачи, так и успехи. Способность к рефлексии редко даётся от природы, её нужно развивать. Качественнее всего это делается в кабинете психолога. Чтобы понимать и чувствовать детей, желательно сначала научиться разбираться с собой. Лучшее, что можно было бы придумать для нормализации атмосферы в школах, — обеспечить их профессиональными, настоящими, умеющими работать психологами, которые бы помогали всем участникам образовательного процесса ладить друг с другом и с самими собой.

Остроумный

В магистратуре мне объяснили: плох тот урок, где нет места смеху. Хороший учитель тонко чувствует комическое, умеет смеяться вместе с учениками, в том числе над собой, но не над ними. Смех — великая сила. Это и эмоциональная разрядка, и защита, и показатель близости, и спасение от пафоса, к которому наша профессия так и подталкивает, и инструмент буллинга. Смехом нужно уметь пользоваться на уроке, иногда его нужно направлять. Счастье, когда у педагога и учеников есть локальные мемы, беда, если взрослым допускается и уж тем более инициируется смех над ошибками или странностями кого-то из детей.

Эмпатичный

Тонко чувствовать приходится не только комическое. Нужно распознавать, когда двоечник отлынивает, а когда ему правда плохо, грустно, не хватает сочувствия. Замечать зарождающийся протест главной отличницы и не отвечать на него агрессией. Не вызывать ребёнка-социофоба к доске, не требовать громкого ответа от тихоголосого ученика, давать отстающим дополнительные пять минут на контрольной. Формула «зато хороший предметник» не работает. У детей, так же как и у учителей, случаются и любови, и обиды, и смерти, и просто тяжёлые дни. Да, результат, который можно замерить и подсчитать, важен, но поддержка порой нужна детям больше, чем знания: её в «Википедии» не найдёшь.

Больше, чем просто учитель

В школах любят говорить: «Нам не нужны урокодатели». Обычно это переводится так: «Возьми 30 часов и живи (читай: умри) в школе». К реальному значению слова «урокодатель» такой подход отношения не имеет. Понятно, что с неадекватной нагрузкой человек обычно теряет способность творчески подходить к работе, рефлексировать, шутить и проявлять эмпатию, а с маленькой — платёжеспособность.

Оставаться приличным педагогом при той нагрузке, которую люди вынуждены брать, практически невозможно

Но я всё равно скажу страшное: у хорошего учителя есть интересная жизнь за пределами школы (и это не репетиторство) — он собирает книги по искусству, играет в шахматы в парке, поёт в музыкальной группе, фотографирует, плавает. Есть что-то, кроме профессии, чем он может быть интересен в первую очередь себе.

Живой

Хороший учитель — живой. Не в том смысле, что выжил, несмотря на нагрузку, и способен изобразить бодрость. Он может ошибиться, объясняя новую тему, неверно поставить ударение, сгоряча обидеть ученика и даже повысить голос. Живой человек имеет право на ошибку, на слабость и усталость, на эмоциональную реакцию. Хороший учитель умеет признавать свои ошибки и, если необходимо, извиняться за них.

Я училась в трёх школах, работала в четырёх. Хорошие учителя были везде. Их не так уж мало. Жаль только, когда проходишь по школьному коридору, из кабинетов чаще доносится крик, чем смех.

Иллюстрация: Shutterstock (HelloRF Zcool)