Карты, Пушкин, два ствола. Как хорошая память спасла «Евгения Онегина»

Тренер по развитию памяти Рафаэль Тынчеров уже рассказывал, как запомнить целый учебник и выучить все столицы мира с помощью древней науки мнемоники. Сегодня он делится интересной историей из жизни Пушкина и его брата Льва Сергеевича, чья феноменальная память однажды выручила великого поэта.

Один из участников моих тренингов по развитию памятии, ученик школы-студии МХАТ, рассказал мне потрясающую историю, которой я сразу захотел поделиться. Речь пойдёт о «солнце русской поэзии» Александре Сергеевиче Пушкине, его брате Льве Сергеевиче и романе в стихах «Евгений Онегин».

Всё началось с карточной игры. Как известно, Александр Сергеевич был человеком темпераментным и очень азартным. Он обожал играть в карты, а в случае проигрыша готов был поставить на кон самое дорогое, чтобы только отыграться. Однажды, проигрывая, поэт предложил вместо денег поставить на кон свежую рукопись пятой главы романа «Евгений Онегин». Вы все, конечно, помните её начало: «В тот год осенняя погода стояла долго на дворе, зимы ждала, ждала природа. Снег выпал только в январе на третье в ночь».

Надо понимать, что рукопись была очень ценной, поскольку издатель Пушкина платил очень щедро: 25 рублей за строчку. Александр Сергеевич писал роман семь лет, четыре месяца и 14 дней. Публиковался «Онегин» по частям с февраля 1825 года по март 1833. Можно с уверенностью сказать, что появление каждой новой главы в печати вызывало ажиотаж, сравнимый, например, с выходом новых серий или сезонов популярных сегодня сериалов. Всего в тексте восемь опубликованных глав. Понимаете теперь, насколько сильно был подогрет интерес публики к выходу пятой главы?

Чем же обернулся для Пушкина тот самый злополучный кон в карточной игре? Поэт проиграл… Тогда он поставил на кон дуэльные пистолеты и выиграл! Вы думаете, на этом приключения закончились? После описанных событий Александр Сергеевич поехал в Петербург и по дороге потерял рукопись той самой главы. Поиски были обречены, но самое страшное заключалось в том, что накануне Пушкин уничтожил все черновые материалы к пятой главе романа.

Как сейчас сказали бы: «Фиаско, братан!» Но чудеса на этом, к счастью, не закончились

Родной брат Александра Сергеевича обладал феноменальной памятью. Лев Сергеевич мог запомнить всё, что хоть раз читал сам или кто-то читал при нём. Граф Вяземский называл его дар «типографической памятью». Это очень точное определение его способа запоминания. Александр Сергеевич срочно написал письмо брату и попросил воспроизвести текст по памяти. Через некоторое время он получил три драгоценных листа текста, написанных мелким почерком брата. Лев один раз читал главу сам и ещё один раз слышал её в исполнении брата, поэтому для него это не составило труда. Так что Льву Сергеевичу многим обязан не только Александр Сергеевич, но и мы с вами.

Но отношения между братьями не всегда были тёплыми. Феноменальная память брата, однажды спасшая репутацию поэта, частенько вызывала раздражение Александра Сергеевича. Дело в том, что Лев читал наизусть произведения брата своим друзьям и гостям, и после этого они моментально тиражировались по модным гостиным и салонам. Александр Сергеевич иногда терпел финансовые потери из-за этого, поскольку издатели отказывались публиковать стихи, которые уже знают наизусть буквально все. Он ругался, но терпел. Кстати, поэт посвятил своему брату вторую главу романа «Евгений Онегин».

Многие знают, что у самого Александра Сергеевича был талант к изучению иностранных языков. Всего исследователи насчитали среди произведений поэта эксперименты с 16 различными иностранными языками. Среди них: французский, старофранцузский, итальянский, испанский, английский, немецкий, древнегреческий, латинский, древнерусский, церковнославянский, сербский, польский, украинский, древнееврейский, арабский, турецкий.

В истории есть немало примеров демонстрации уникальной памяти знаменитыми людьми. Легенда гласит, что великий римский полководец Юлий Цезарь (100 до н. э. — 44 г. до н. э.) знал каждого из 25 тысяч солдат своей армии в лицо. Первый император Франции Наполеон Бонапарт (1769 — 1821) обладал необычайной памятью, мог запоминать бесчисленное количество людей, а также карты и расположение войск. Его талант позволял ему действовать оперативно и разрабатывать беспроигрышные стратегии, предугадывая действия противника на несколько шагов вперед. Выдающийся русский композитор, дирижёр и один из величайших пианистов Сергей Васильевич Рахманинов (1873 — 1943) запоминал ноты с невероятной скоростью. Папа Иоанн Павел II (1920 — 2005), духовный наставник и глава католической церкви с 1978 по 2005 годы, тоже обладал замечательной памятью. Чтобы оттянуть последствия болезни Паркинсона, он развивал способность концентрировать внимание, изучал иностранные языки. Так Иоанн Павел II освоил 21 язык и свободно говорил более чем на 100 различных диалектах.

Читайте также

Литература в школе: 10 вещей, которые бесят

Что же помогало всем этим выдающимся людям в тренировке памяти? Конечно, врождённые способности, а также мнемоника. Уверен, что без этого древнейшего искусства запоминания тут не обошлось. У каждого из них, определённо, была своя система выстраивания логических и ассоциативных связей, делающая их память универсальной.

Использование мнемонических технологий запоминания информации делает процесс изучения и запоминания весёлым, интересным, увлекательным, при этом обеспечивая надёжное сохранение изученного материала в памяти. Занимаясь в «Мастерской развития памяти» с детьми и взрослыми развитием навыков лёгкого запоминания больших объёмов информации, я получаю всё больше и больше подтверждений этому.