«Кто-то плакал, кто-то жаловался другим учителям». Педагог из России — о работе в школе Колумбии

Наш блогер Наталия Ершова — учитель английского. В школе учить язык ей не нравилось — скучно и нудно. Но потом все изменилось. Наталия рассказала о своём опыте преподавания в Колумбии — в классе, где учатся 40 детей.
Все мы долго и нудно учим английский. Школьный английский, зачастую, оставляет очень грустные воспоминания. Вечный глагол to be и упражнения, как катализаторы зевоты. Штудируя классический черно-белый учебник Бонк, меня терзали смутные сомнения — смогу ли я вести беседу на английском? Удивительным образом в нем представлен материал, отбивающий последнее робкое желание пытаться и стараться. Кстати, это не только мое мнение. Многими лингвистами учебник признан «молчаливым». Создавался он не для общения, а скорее для чтения и перевода со словарем. К сожалению, к такому выводу пришли недавно.
Прошло время. Курсы, частные преподаватели и путешествия помогли услышать и заговорить. «Бонк» был забыт. А потом я оказалась в роли того самого учителя, который должен зажигать и мотивировать.
Здесь я хочу поделиться наблюдениями из опыта работы в школах Колумбии. Казалось бы, английский так похож на испанский. Колумбийским ученикам должно быть легче, чем нам. Но это не так. Я работала в двух проектах в Боготе: каждый проект длился 4 месяца с промежутком в полтора года. Итак:
- Цель — разговорить школьников из государственных школ;
- На выполнение цели — 4 месяца;
- Уровень учеников — нулевой;
- Ресурсы — класс с проектором, настольными играми, столами, стульями.
Бытует мнение, что в Колумбии дети пишут на полу и грязью. Нет, они пишут в тетрадях, цветными ручками. Есть бедные школы, есть обычные школы и дорогие частные. В моей государственной школе в каждом классе был телевизор и компьютер. Школа находится в одном из самых бедных районов. Просто дирекция школы нашла способ привлечения спонсоров. Зачем был задуман проект по найму иностранных учителей в государственные школы? Оказалось, дети до 11 класса не могут выучить глагол to be (быть), не понимают элементарные фразы по-английски и стесняются разговаривать. К школьным доскам при финансировании Правительства Колумбии отправили около 100 иностранцев. И это только в одном городе. В целом по стране таких учителей больше.
Первая встреча с детьми была полна радости и удивления. Однако, в течение первого урока, я осознала, что никто не будет мирно сидеть за партой и записывать, как в России. Здесь ты должен заинтересовать. Не можешь? Такого варианта нет. Ты должен.
Нам были даны четкие указания — обучать в игровой форме. Испанский язык на уроках не использовать, уроки вести только на английском. Правилам было следовать легко — я просто не знала испанский. В первые два месяца дети стеснялись, удивленно моргали и умоляли перевести на испанский. Кто-то плакал, кто-то жаловался другим учителям, что ничего не понимает. Все инструкции давались на английском, только процентов 10 из класса интуитивно понимали, о чем я прошу.
Оказалось, ученики не видят и не слышат связи между словами «to continue» и «continuer» (по-английски и по-испански «продолжать»). Такого рода лингвистические игры я закончила и перешла к земным радостям.
Мы играли и пели. Пели и играли. И детям это нравилось
В процессе игры они произносили короткие фразы и, услышав себя, переставали бояться.
Быть веселой я научилась у колумбийских коллег. Здесь учитель — всегда немного аниматор. Учителям даётся больше свободы в плане подготовки. В стране нет унифицированного учебного плана. Учебников в печатном виде тоже нет. Материал выводится на проектор. Урок должен быть интересным или дети начнут обводить цветочки в тетради. Открыли учебник, открыли параграф, делаем упражнения — такое здесь не пройдет. Внимание детей удержать сложно. Если им скучно, сразу хочется танцевать и петь на испанском. Лучше это делать на английском.

Конечно, были определенные сложности даже в этой атмосфере нескончаемой игры. Такая методика отлично подходит для детей до 6 класса. Детям постарше кажется, что они слишком взрослые и серьезные для игр. Здесь на помощь приходит групповая работа. Класс делится на группы по 5 человек (в Колумбии около 40 человек в классе). Столы и стулья также перемещаются. Преподаватель маневрирует между группами и уделяет в среднем по 10 минут каждой группе. Это позволяет при необходимости разговаривать с каждым учеником. Таким методом легко контролировать произношение. Дети легче идут на контакт и не стесняются задавать вопросы.
Здесь услышать тебя могут лишь члены твоей группы. Ошибки в произношении остаются групповым секретом. Вообще многие проблемы от стеснения, но это не только при изучении английского.

Когда я приехала в Боготу второй раз, я уже понимала испанский. Процесс обучения пошел быстрее. Я понимала вопросы учеников на испанском, но отвечала по-английски. Детям такой подход пришелся по душе. Я поняла, что надо знать родной язык учащихся хотя бы на элементарном уровне. Не все дети стрессоустойчивые. Не всем нравится безумный иностранец, что-то рассказывающий на чужом языке.
Большой плюс также в том, что каждая школа утверждает свою программу обучения. По итогам успеваемости можно перенять практику отдельных школ. Из ностальгических заметок о России: нас учат транскрипции и правилам чтения. Мы делаем значительно меньше ошибок в правописании и произношении. В Колумбии произношение учат, просто повторяя за учителем. Повторить получается, а вот написать без ошибок — не всегда.
О смешном и милом:
- У детей огромные портфели, полные чего, как думаете? Еды! Поначалу я очень жалела детей, когда видела, как они катят этих монстров на колесиках. Чуть позже я заметила, что из сумок на меня глядят не тетради и учебники, а манго и бананы, а в контейнерах томится курочка с рисом.
- Ходьба во время урока — норма. Поначалу такое воспринимается как неуважение. Потом приходит понимание, что такое всегда и везде — в государственных и частных школах. Но привыкнуть к этому сложно.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
Владимир КунаевВ РФ большая беда в сфере психологии. Нет четких профстандартов, нет справедливых механизмов проверки компетенций. В добавок ко всему этому действительно толковые молодые специалисты не могут выйти на рынок из-за массивного пейвола (из личного опыта). Проблем столько, что на целый цикл статей хватило бы, если погружаться.
Я редактор. Вот почему я не доверяю всем, кто называет себя психологом
Светлана ПлехановаЯ Вас умоляю, по закону ничего нельзя сделать. Многие молодые люди себе не представляют, как достаются деньги! Им кажется, что булки растут на деревьях, а пироги падают с неба. Многое вокруг пропагандирует светский образ жизни, сидение на чужой шее, бездумное, безалаберное отношение к деньгам. Неуважение к чужому труду тоже в чести. Многие унижают тружеников сферы обслуживания. А эти люди делаю нашу жизнь комфортной. Их приветливая улыбка, вежливая речь дарят хорошее настроение!
Дочь учится на платном и даже подработку не ищет – живет за наш счет, и ей нормально. Как с ней поговорить?
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов







