«Хочу быть легкой, как бабочка»: как пищевые привычки из детства приводят к РПП

Дети и еда — тема вообще непростая. В нашем детстве была еда «вредная» и «полезная», сладкое после обеда, а для тех, кто отличался от выдуманной нормы, придумывали диеты. И вот эти дети выросли. Наш блогер Людмила Головина рассказывает, как сама выстраивала отношения с едой и почему она не будет запрещать детям есть шоколадки или стыдить за неидеальную фигуру.

Моя 11-летняя дочь любит подходить к холодильнику и проверять, не появилось ли там чего-нибудь интересного. Она может делать это три раза в день, а может десять. Иногда это раздражает, даже бесит. И хочется сказать: «Хватит уже! Ты же недавно обедала!»

Я тоже отлично помню этот «поиск», когда то ли скука, то ли тоска, и надо это срочно заесть. И ты идешь на кухню, а там вазочка с конфетами в шкафу стоит. Но тебе сказали «можно одну конфету в день», а вазочка эта прямо как издевательство. Или напекли дома пирогов и говорят: «Два кусочка и хватит». И ты думаешь: «Вот вы уйдете свой телевизор смотреть, тут мы с пирогами и продолжим».

Я понимаю добрые намерения родителей и их попытки контролировать мою внешность, которая, видимо, вызывала у них сильную тревогу. Я выделялась на общем фоне, потому что была крупнее остальных девочек в классе. И, возможно, я бы не переживала на эту тему, если бы мне все время не напоминали о моем недостаточно товарном виде. Хорошо еще, что тогда это не привело меня к логике божьей коровки Милы из «Лунтика», которая говорила: «Не буду есть, хочу быть легкой, как бабочка». И упала в обморок. Услышав это, я в ужасе прочла детям целую лекцию о том, как это неправильно и опасно для жизни божьих коровок и людей.

Тут логика понятна и типична. Родители говорят: «Если не будешь себя ограничивать — растолстеешь, а это плохо и некрасиво, ведь мы тебя любим и такой жизни для тебя не хотим». Но происходит обратное. Ребенок чувствует острейший стыд. Я плохой, толстый и некрасивый, мне нельзя пирогов и конфет, поэтому я хочу их еще больше! И тогда при любой возможности я буду ходить в запрещенный мне фастфуд, покупать и прятать сладости, пить газировку, есть чипсы пакетами и все это умело скрывать. Я буду плохо различать физический голод и эмоциональный дискомфорт, поэтому очень быстро научусь использовать еду как универсальное средство от скуки, тревоги и любых неприятностей. Потому что пока это самый простой способ справляться с трудными чувствами. А еще я буду ненавидеть свое тело, переедать и сидеть на диетах, бесконечно сравнивать себя с нереалистичным образами из социальных сетей, связывая все неудачи в личной и общественной жизни с неидеальной фигурой.

Так что же делать родителям, чтобы не допустить такой сценарий у своего ребенка?

• Разобраться со своей тревогой на тему еды и фигуры. Если в доме принято обсуждать вес, диеты и «правильное питание», критиковать свою и чужую внешность, то ребенок будет считать такое отношение к еде и жизни в целом нормой, успешно взращивая в себе самокритику и стыд.
• Обратить внимание на семейные отношения. РПП у детей и подростков — это прежде всего реакция на происходящее в семье, а потом уже на остальные социальные факторы.
• Разделять с ребенком ответственность за пищевое поведение. Родители решают — что есть, где и когда (если это не старший подросток). Дети —сколько есть и есть ли вообще. Переедание всегда формируется в ответ на ограничения (порции, вида продукта, стиля питания). Вместо этого стоит позволять ребенку опираться на ощущения своего организма: чувство голода, сытость, свойства продукта, удовольствие, свое самочувствие после еды. Именно это основной навык для настройки нормального пищевого поведения в любом возрасте.
• Учить ребенка распознавать и удовлетворять свои эмоциональные потребности, не путать голод с другими чувствами (к примеру, со скукой или тревогой), чтобы еда не стала самым доступным способом их регуляции.
• Помнить о том, что в пубертате бывают скачки веса и при нормальном пищевом поведении и здоровом семейном климате все придет в норму. А если родитель в это время испытывает сильную тревогу и стыд за внешность ребенка, то разбираться нужно не с весом ребенка, а со стыдом родителя.

Я знаю, что в моих силах положить в холодильник обычную еду, которая не будет для ребенка объектом страстного желания. Поэтому, открыв его, он просто ничего интересного (запретного) там не найдет. А если захочет сыра, хлеба, яблоко, котлету или йогурт с джемом, то спокойно возьмет. Я не буду прятать чипсы и конфеты, я просто не буду держать их дома. Но я куплю их, если ребенок попросит. Я не буду делить еду на вредное и полезное, чтобы не создавать запретный плод. Мои дети два раза в жизни были в кафе быстрого питания, сменившем название, и сказали, что для них эта еда слишком соленая. Я буду давать одну порцию десерта каждый день, не комментируя его количество. Иногда мы будем печь пироги, покупать пирожные, и для этого не нужен праздник. И нет, ребенок не будет думать о сладком и накидываться на торт вместо супа. У него будет ощущение, что сладкое есть сегодня и будет завтра, что это привычно и комфортно. Его не надо выпрашивать, искать или прятать.

Когда я хочу заорать или сделать дочери замечание за десятую проверку холодильника, то молчу и представляю себе последствия. Я вспоминаю, как долго восстанавливала свое пищевое поведение и училась распознавать телесные сигналы. Понимать, от чего мне хорошо, а от чего — не очень и всегда возвращаться к нормальному для меня режиму и объему, не ругая себя за любые отклонения. Потому что в норме еда не должна вызывать стыд, никогда!

И еще я напоминаю себе о том, что вместо контроля и замечаний я должна создавать условия, где ребенку не нужно будет снова и снова делать то, к чему так просто привыкнуть и так тяжело изменить, — регулировать свои эмоции через еду.

Фото: Pixel-Shot / shutterstock / fotodom