«Наблюдение номер двенадцать: всё надо делать под контролем головы»

«Наблюдение номер двенадцать: всё надо делать под контролем головы»

Отрывок из книги Яка Ривэ «Сплошное школдовство»

Белая ворона

1

08.09.2018

Як Ривэ — классик французской литературы. Он придумал школдунчиков. На первый взгляд, это обычные парижские школьники, а на самом деле — дети, у которых внезапно открываются суперспособности. Книга «Сплошное школдовство» вышла в издательстве «Белая ворона» (в переводе Натальи Малевич). Публикуем отрывок из неё — про разборного мальчика.

Ромуальд набирал воду в ванну, раздевался и недовольно ворчал:

— Как это нудно! Всего себя намыливать, тереть мочалкой, потом смывать водой! Вот если б можно было разобрать себя на части! Берёшь отдельно руку, ногу или голову, намыливаешь под краном в раковине — и готово дело! Быстро и удобно!

Тут он схватился правой рукой за левую, и… угадайте, что случилось? Левая кисть осталась в правой, как перчатка. Ромуальд засмеялся:

— Хо-хо! Вот это класс!

Он бросил левую кисть в ванну и ойкнул — горячо! Тогда правой он быстро открутил холодный кран, и вода стала тёплой. Вот теперь хорошо. Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он тут же принялся вслух рассуждать:

— Наблюдение номер один: рука, отделённая от тела человека, так же чувствует тепло и холод, как сам человек. Наблюдение номер два: если этой руке чересчур горячо или холодно, то человеку больно!

Он закрыл холодный кран и стал смотреть на руку в прозрачной воде.

— А двигать ей я, интересно, могу? — прошептал он и силой воли послал ей сигнал.

Рука поползла по дну ванны, как здоровенная креветка. Ромуальд засмеялся. Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он снова принялся вслух рассуждать:

— Наблюдение номер три: я могу управлять отделённой рукой, как и прежде.

«А разобрать всего себя на части я смогу?» — подумал он и приступил к экспериментам. Для начала взялся правой (единственной оставшейся) рукой за правую ступню и потянул. Ступня отделилась легко, как ботинок. Ромуальд закинул её в ванну — ПЛЮХ! И вот уже его ступня неспешно, как улитка, разгуливает по дну ванны. Стоять на одной левой оказалось неудобно, и Ромуальд присел на табуретку. Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он громко поделился сам с собой новым выводом:

— Наблюдение номер четыре: когда остаёшься с одной ступней, теряешь равновесие.

Сидя, он снял и вторую ступню и тоже кинул её в воду. Теперь и левая гуляла по дну ванны, растопырив пальцы. Они с напарницей устроили там гонки. Ромуальд был в восторге:

— Хо-хо! Я разбираюсь на части, как робот!

Он отвинтил себе обе ноги по колено. Потом коленки тоже отвинтил. Потом и ляжки. И побросал всё в воду. Плюх-плюх-плюх! А чтобы туловище без ног не грохнулось, он прислонился к умывальнику. Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он сделал очередной вывод вслух:

— Наблюдение номер пять: без ног сидеть на табуретке трудно. Посмотрим, что получится дальше.

Целой правой рукой он схватился за левую (ту, что была уже без кисти) и в два приёма открутил всё до плеча и кинул в ванну.

— Хо-хо! Вон сколько живности в аквариуме развелось!

И правда: ступни и кисть пихались и толкались в ванне. А прочие куски руки и ног всплывали вверх, качались на волнах и снова опускались в глубину.

—Так. Ну, посмотрим, что у нас получится дальше.

А дальше Ромуальд открутил свой писюн и тоже бросил в воду. Писюн поплыл, как юркая плотвичка. А Ромуальда осенило:

— Что, если открутить и голову?

Сказано — сделано. Он схватил себя за волосы и потянул. Голова, как у куклы, легко отделилась от тела. И хохотала на весу:

— Красота! Хо-хо-хо!

Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он быстро сделал вывод:

— Наблюдение номер шесть: командует всё равно голова, даже когда она отделена от тела.

Он мысленно скомандовал руке бросить голову в ванну. Вот это был ПЛЮХ! Брызги по всей ванной разлетелись. А голова пускала смеющимся ртом пузыри. Получалось примерно вот так:

— Глу-гла! Глу-гла!

А значило: «Ура! Ура!».

Однако была одна трудность. Голова Ромуальда вынырнула из воды, чтобы как следует всё обдумать. Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, его рот произнёс:

— Наблюдение номер семь: когда одна рука отвинтила другую, то первую уже никак не разобрать.

Но Ромуальд подумал: «Я ведь могу схватить правую кисть зубами и потянуть её».

Так он и сделал. И тут же вскрикнул:

— Ай!

Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он сделал вывод:

— Наблюдение номер восемь: когда кусаешь сам себя за палец, это больно.

И всё-таки он повторил попытку. Голова подскочила, опять схватила зубами кисть правой руки и дёрнула что есть силы. Туловище осталось прислоненным к умывальнику, а правая кисть отделилась. И голова с добычей в зубах снова ПЛЮХнулась в воду. Голове было весело, а остаток тела съехал и лежал на табуретке, как свиная туша на колоде мясника. «Надо же и его помыть», — подумал Ромуальд.

— Схвачу-ка я его обеими руками!

И вот две кисти вылезают из воды, как крабьи клешни. Хватают туловище, сталкивают в ванну. Вода как выплеснется — залила весь пол! А обе кисти Ромуальда разрезвились и давай играть в прятки с прочими частями тела! Голова плавала в глубине и походила на подводную лодку. А ещё — из-за волос — на медузу. Туловище то всплывало, то тонуло. Руки его топили, ноги по нему плясали.

— Глывёт… глывёт голаблик! — пела голова.

Вдруг в дверь постучали.

— Ромуальд, ты там скоро? — спросил мамин голос.

— Углу иглу! — пробулькала в ответ голова. То есть — «уже иду».

Мама ушла, а Ромуальд решил вылезать. Точнее, голова Ромуальда решила, но сделать это в одиночку не могла. Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, рот громко заключил:

— Наблюдение номер девять: когда все части тела разгулялись, оно не может двигаться, и ничего толкового не лезет в голову.

Велит он рукам выбираться из ванны, а они не хотят. Сцепились и показывают голове нос. Ромуальд разозлился:

— Ах, так? Ну, берегитесь!

И голова куснула ртом ближайший палец, но тут же рот разжался — крикнул:

— Больно!

А кисти юркнули под груду ляжек и коленок. Голова пустилась вдогонку, расталкивая носом локти и ступни, которые мешались на пути. В конце концов она прижала кисть к краю ванны. (От всей этой возни поднялись волны, вода выплескивалась на пол.) Кисть подняла два пальца — мол, сдаюсь!

— Буль-вылезай из-буль буль-буль-воды! — сердито прорычала голова, захлёбываясь пузырями.

Тут в дверь заколотили — это мама, потеряв терпение, пришла поторопить Ромуальда:

— Чтоб через пять минут ты вышел, не то я сама тебя вытащу! — сказала она и ушла.

Голова Ромуальда вытянулась как могла и строго сказала расшалившимся ручкам:

— Ну, всё! Шутки кончились! Вылезайте сейчас же!

Что ж, обе кисти неохотно взялись за край ванны и вылезли из воды. —

Вытаскивайте голову! — приказал им Ромуальд.

Они схватили голову и вытащили за уши на табуретку. Она была вся мокрая.

— Вытирайте! — велел Ромуальд.

Кисти проворно сбегали за полотенцем, опять вскарабкались на табуретку и вытерли ему лицо. Даже уши почистили. Приятно и гигиенично!

— Теперь затычку надо вытащить — грязную воду спустить!

Одна рука нырнула на дно ванны и потянула за цепочку. Вода начала вытекать через дырку и скоро закрутилась смерчем и захлюпала. Части тела поплыли по кругу. Вдруг голова как крикнет:

— Мой писюн! Лови, лови его!

Кисть рванулась вперёд и поймала писюн. Хорошо, что успела, — ещё чуть-чуть, и его засосало бы в дырку! Пальцы крепко держали добычу. Голова облегчённо вздохнула. Ведь каково пришлось бы бедному писюнчику в канализационных дебрях! Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он сделал новый вывод:

— Наблюдение номер десять: никогда не теряй свой писюн!

И приказал руке:

— Приделай быстренько писюн на место!

Рука послушалась. Ну а научного склада ум додумался:

— Наблюдение номер одиннадцать: не вынимай затычку, пока в ванне что-то есть.

Кисти по одной достали из ванны все прочие части тела, насухо вытерли их полотенцем. И когда мама в третий раз пришла поторопить Ромуальда, заколотила в дверь и закричала: «Ромуальд, выходи!» — он отвечал:

— Сию минутку, мама! Я уже почти что вытерся!

— Давай скорее! — проворчала мама и ушла.

— Эй, вы, поторопитесь! — прошипел Ромуальд разрозненным деталям тела.

— Не то мама войдёт! Собирайтесь живее!

Детали заспешили. Ступни топтались на полу. Коленки, ляжки, локти, плечи тыкались вслепую, а когда находили друг дружку, то чуть не прыгали от радости, как пудель, которому протягивают сахарок. И тут же плотно соединялись. Кисти подняли туловище и насадили голову на шею. Ромуальд покрутил головой — хорошо ли сидит.

— Осталось присоединить руки и ноги целиком!

Кисти и с этим быстро справились. Уже почти весь мальчик собран! Правая кисть схватила левую и привинтила куда надо, а потом левая приделала на место правую. Ромуальд осмотрел своё тело.

— Ну, всё? Ты, наконец, выходишь? — Мама опять забарабанила в дверь.

— Ага!

Ромуальд встал, оделся и вышел босиком из ванной. Он был весь свеженький, чистенький и благоухал туалетным мылом.

— Ну вот! — сказал он маме.

— Ах ты мой котик! — умилилась мама. — Блестишь как новенький!

И вдруг застыла, раскрыв рот и вытаращив глаза на сына:

— Но-о… что это?!

— Что? — спросил Ромуальд.

Он посмотрел туда, куда смотрела мама, и скривился. Недоглядел, а эти дурни, его стопы, напортачили: правая стояла как положено, пальцами вперёд, а вот левая — вперёд пяткой

Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он наскоро пробормотал:

— Наблюдение номер двенадцать: всё надо делать под контролем головы!

И притворно засмеялся:

— Это так, ничего! Упражнение на гибкость!

Он наклонился и перевернул ногу в нормальное положение. А чтобы мама успокоилась, задрал эту ногу повыше, как танцовщицы канкана. Мама улыбнулась и вручила ему учебник по литературе:

— Почитай перед ужином. И вслух, чтобы я тебя слышала.

Она ушла на кухню. Ромуальд нехотя открыл учебник. Больше всего ему хотелось поиграть в машинки. Тогда он снял свою голову и поставил на стол перед раскрытой книгой, а сам давай играть с машинками. И вот, пока он развлекался, голова читала вслух. Так бы оно и продолжалось, если бы мама не заглянула зачем-то в гостиную. И что ж она увидела — о, ужас! Голова её сына, точно телячья на магазинном поддоне, лежала на столе. А тело ползало на четвереньках и пускало по полу пожарную машину.

Что тут было — не стану описывать! Кому-то здорово досталось, и этот кто-то ревел. Ну а поскольку у ребёнка был научный склад ума, он записал в своём блокноте наблюдение номер тринадцать, которое, думаю, всем бы неплохо запомнить: «Никогда не пытайся делать два дела сразу!».

Читайте также
Комментарии(1)
Где-то после снятия головы, подумал:
«Как же ты обратно соберешь себя, дружок»?
Не угадал. После 13 наблюдения сделал вывод-
Никогда больше не буду одновремЕнно читать и думать, о том что читаю.
ЭТО потому, что у меня не научный склад ума?
И еще. Вспомнил правило первого ремонта и сборки: НИКОГДА НЕ ВЫБРАСЫВАЙ ЛИШНИЕ ДЕТАЛИ.
Интересно, почему?
Больше статей