«Ти мой халосий». Нейрофизиолог РАН — о том, почему мы сюсюкаем с детьми

Сюсюканье — это так называемый младенческий язык. В США у него есть даже специальное название — infant directed speech. Но если задуматься, зачем это вообще нужно? Мы сюсюкаем для себя или для ребенка — чтобы он лучше нас понимал? Нейрофизиолог Ольга Сысоева помогает разобраться.

Всемирный детский язык

В иностранной литературе существует специальный термин infant directed speech. Мы действительно говорим с младенцами не так, как со взрослыми: тон речи мягче, в языке больше вариабельности, темп замедленный, гласные удлиненные. Поскольку младенцы нас не только слушают, но и видят, мы активно артикулируем, и визуальные сигналы дополняют, усиливают речь.

Такое поведение характерно для самых разных культур. Так с младенцами общаются не только в России, но и во всем мире.

Проводились исследования: людям, не знающим какой-то иностранный язык, предлагали по интонации определить, с кем сейчас говорит носитель — с ребенком или взрослым. Участники эксперимента справлялись с таким заданием: сюсюкающая манера сразу угадывалась как «речь для детей».

Дети любят такие интонации

Тут важно знать, почему мы — взрослые — так говорим с детьми. Оказывается, не просто потому, что нам так хочется: младенцы действительно хорошо реагируют на подобную речь, откликаются на нее лучше, чем на обычный язык, которым взрослые пользуются для общения между собой. И это тоже было доказано исследованиями: детям показывали квадратики с аудиоконтентом, один из которых звучал «по-взрослому», а другой воспроизводил infant directed speech. Ребенок сразу понимал: сюсюкающая речь обращена именно к нему.

Вокруг происходит столько всего, что, если на каждое «взрослое» слово, каждый шум обращать внимание, можно вовсе потеряться. А тут включается агентность. Условно говоря: «Если так говорят, значит, это ко мне — надо обратить внимание, послушать, понять».

Как нейрофизиолог я могу добавить и из личного опыта, что у детей на первом году жизни мозговой ответ, синхронизация с речью гораздо больше выражены именно в ответ на сюсюканье, чем на обычную речь. Это подтверждает гипотезу о том, что ребенок действительно предпочитает подобную речь, и предпочитает не просто так: его мозг лучше обрабатывает такую информацию на разных уровнях.

Поэтому можно сказать, что подобный тон родители выбирают, чувствуя: так ребенок понимает их лучше. Начинаешь так говорить — ребенок на тебя смотрит, улыбается, отзывается.

Ребенку важна не только интонация, но и живой собеседник

Infant directed speech привлекает больше внимания, инициирует взаимодействие со взрослыми. А еще подобный темп и тон речи способствуют лучшему изучению языка, из-за того что в такой речи усилены разделения между гласными и согласными, словами вообще, из такого потока легче извлекать смысловую информацию, чем из обычной взрослой речи.

Таким образом, родитель создает фактор реципрокности (последовательное усиление одного качества мышления с последующим ослаблением другого и наоборот. — Прим. ред.). Если с ребенком во время разговора не взаимодействуют — например, он только слушает, — мозг не обучается. Поэтому для обучения языку особенно важен контакт, а не только интонация: с кем и как ребенок взаимодействует.

Любопытное исследование на эту тему было посвящено обучению второму языку посредством infant directed speech. Американских детей обучали китайскому. В течение месяца женщина, говорящая по-китайски, общалась с детьми посредством сюсюканья по полчаса в день — офлайн. В итоге дети хорошо обучались языку.

Потом голос женщины записали и стали воспроизводить это аудио для других детей, учитель при этом не присутствовала, дети слышали только ее голос. Делалось это на протяжении того же периода времени. В этом случае никакого обучения, различения китайских звуков не происходило, хотя слуховой вход у детей был одинаковым. Это показывает, что одна лишь аудиальная информация для маленьких детей не работает.

Возможно, когда человек не только меняет тон и интонацию, но и четко артикулирует слова, обращается к ребенку по имени, эффект будет совсем другой. Гораздо лучше речь воспринимается, если собеседник присутствует в комнате.

Детям важны эмоции родителей

Когда мы начинаем говорить с младенцами, мы хотим передать не столько смысловую, сколько эмоциональную информацию. Просто нам привычнее делать это словами. Поэтому, например, родители часто поют детям, рассказывают прибаутки — большого смысла они не несут, но привлекают внимание к речи и передают эмоциональное состояние говорящего.

Это самый первый этап взаимодействия с малышом — обмен эмоциями. Ко второй половине первого года жизни у ребенка уже больше ресурсов, способствующих обучению языку: дети в этот период лучше сегрегируют звуки. Выходит, что сначала они «заражаются» речью эмоционально, учатся слушать, а уже затем готовы вычленять смысловые паттерны.

В каком возрасте пора перестать сюсюкать

Когда дети осваивают речевую функцию, начинают понимать слова автоматически, особая интонация им уже не требуется. В каком именно возрасте это происходит, доподлинно неизвестно, но практически все исследователи, занимающиеся этой темой, прекращают наблюдения в полуторагодовалом возрасте ребенка.

Научных работ о том, что подобная речь начинает раздражать на каком-то конкретном году жизни ребенка, я не встречала. Но думаю, что, когда ребенок чувствует: ему уже социально предписывается считать себя взрослым, а с ним говорят как с маленьким, — он раздражается. Негативной реакцией ребенок может подчеркивать, что ему это уже не нужно. Поэтому стоит перестать сюсюкать, когда ребенок сам дает понять, что хватит, или начинает лучше реагировать на «взрослую» речь.

Есть дети, которые не реагируют на сюсюканье

Некоторые дети слабо реагируют на такую речь даже в совсем юном возрасте — тогда взрослым нужно иначе моделировать свой способ говорения с ребенком.

Например, изначально слабо реагируют на infant directed speech дети с дислексией: к ним нужно обращаться иначе, чтобы они лучше распознавали слова и развивались. Сюсюкать с ними бесполезно и, возможно, даже вредно. Наоборот, стоит сразу говорить медленнее и четче.

Вообще, не нужно общаться с ребенком по шаблонам: «У всех работает, а у моего нет — мы все равно будем продолжать говорить так, а не иначе».

На эту тему есть интересные исследования, неожиданно связанные с риском развития дислексии

Ученые взяли мам, у которых уже есть дети с дислексией, и решили проверить, как эти женщины взаимодействуют со своими малышами на первом году жизни. Они меньше сюсюкали: их дети на это редко откликаются.

Затем с малышами с риском развития дислексии попросили поговорить «чужих» мам: тех, у которых собственные дети не дислексики. Выяснилось, что и «чужие мамы» стали меньше сюсюкать с детьми с такой особенностью. Они подстраивались под индивидуальность восприятия ребенка.

Вывод тут такой: если ваш младенец лучше реагирует на сюсюканье — используйте такую речь, если ему легче дается «взрослая» речь — нужно подстроиться. Большинство детей действительно лучше воспринимают infant directed speech, но есть исключения и из этого правила.

Иллюстрации: hisa_nishiya / Shutterstock / Fotodom