«В СССР правда все игрушки были одинаковые?». Когда и зачем мы вспоминаем о своём прошлом

Что люди знают о своих предках? Зачем вести дневник воспоминаний? Что такое микроистория? На эти и другие вопросы о личной и коллективной памяти в эфире нашей «Радиошколы» ответила Елена Саляева — заведующая Центральной детской библиотекой имени Крылова и куратор проекта «Детство в Сокольниках».
Работа с воспоминаниями
«Детство в Сокольниках» — ностальгический проект Библиотеки им. Крылова, в рамках которого любой желающий может рассказать о прошлом: о своем районе, о семье и близких. Нам было важно пойти по исторической хронологии, собрать истории XX века, поэтому мы обратились к архивам Музея парка «Сокольники», который работает с воспоминаниями старожилов района.
Как правило, дети впервые сталкиваются с историей своей семьи благодаря школьному образованию и тематическим домашним заданиям. Но не стоит недооценивать роль библиотек: они делают целые авторские проекты, зовут школьников к себе или сами приходят к детям. Они рассказывают про историю места, про его выдающихся жителей, знакомят с произведениями искусства, связанными с тем или иным районом. Например, в Сокольниках свое детство провёл художник Анатолий Зверев. Позже он вспоминал: «В Сокольниках я нарисовал каждое дерево».
Впрочем, библиотеки не единственное место, откуда дети могут почерпнуть интерес к краеведению. Сейчас есть и много интересных просветительских инициатив, независимых проектов. Например, «Кружок» — независимое объединение молодых преподавателей, раз в год приезжающих в регионы и проводящих бесплатные недельные школы для подростков. По итогам работы проекта, например, появился сайт села Глазок в Тамбовской области, сделанный учениками единственной в селе школы. Это хороший пример трансформации классического краеведения и работы с подростками.
Что такое коллективная и личная память
Важна не только задача — рассказать об истории семьи, — но и работа с коллективной памятью. Это, например, вещи, игрушки, которые были одинаково знакомы всем советским детям. Подобные культурные коды, объединяющие не одно поколение, можно обсуждать даже в семье: взрослые рассказывают об этом детям, а дети спрашивают у взрослых: «Правда, что у вас всё было одинаковое? Правда, что вы играли в казаки-разбойники?»

Отличным примером можно назвать недавно вышедший роман Алексея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него», который отлично работает с темой коллективной памяти советского и постсоветского пространства.
Особенно примечательно описание новогоднего праздника со всеми знакомыми атрибутами: детский спектакль, где Баба-яга пытается испортить всем Новый год, зажжение ёлки в конце как апофеоз всеобщего веселья и победы над злом. В романе есть работа и с личной памятью: это память об аромате маминых духов, ощущение, когда ты идешь по темному коридору, который тебе кажется огромной страшной пещерой.
Что такое микроистория
Людям нравится вспоминать, делиться историями и находить параллели со своей жизнью. Например, проект «Народная история России» состоит из интервью людей с локальной привязкой, делящихся воспоминаниями. Благодаря таким проектам, в которые вовлечены разные поколения, и происходит диалог культур. А если всё это происходит на площадке библиотеки, то мы в очередной раз доказываем, что библиотеки существуют и что они актуальны.
Найти целевую аудиторию сейчас не проблема: это можно сделать даже через TikTok. Важно заинтересовать молодое поколение, поэтому нужно искать там, где оно обитает. Миссия нашего проекта — возвращение людям права на важность их собственной истории.
Люди зачастую считают, что их жизнь не представляет никакой исторической ценности. Им кажется, что есть глобальная история, которая идет мимо, а они в неё не входят. Они не ведут дневники, обосновывая это следующим: «А что я там запишу? Моя жизнь скучна, никому это не интересно». Но ведь в современной документалистике огромное внимание уделяется источникам личного происхождения: дневникам, письмам, фотографиям.
Собирая и анализируя самые незначительные факты и случаи, можно восстановить целые пласты культуры. Это называют микроисторией
Пример — проект «Соседи по Перми», основанный на работе с местными жителями, на их просвещении. Благодаря ему в Перми прошло несколько выставок, составленных исключительно из архивных фото местных жителей.
Почему взрослым интереснее, чем детям
Увлечение семейной историей приходит с возрастом. Только с годами человек понимает, что это важно. Поэтому люди старше 30 исследуют свои корни, чтобы понять своё место в истории, свою связь с семьей, с родом. Происходит репрезентация памяти.

У нас так долго не было прошлого, что приходится его пересобирать. А сейчас мы настолько сильно чувствуем нестабильность сущего, что становится важно собирать хотя бы прошлое. Как будто оно цементирует настоящее.
«Детство в Сокольниках» — мой посильный вклад в сохранение истории. Мы планируем создание с участниками проекта выставок, основанных на личных фотографиях, а также запуск экскурсий, которые можно будет пройти самостоятельно в наушниках. Возможно, будут мастерские с применением AR-технологий. Сейчас на сайте опубликованы истории, фотографии жизни в Сокольниках начиная с XX века. Но проект только в самом начале пути, впереди еще много нового — и вы в любой момент можете к нему присоединиться.
Полную запись интервью с Еленой Саляевой слушайте здесь. Разговор прошёл в эфире «Радиошколы» — проекта «Мела» и радиостанции «Говорит Москва» о проблемах образования и воспитания. Гости студии — педагоги, психологи и другие эксперты. Программа выходит по воскресеньям в 17:00 на радио «Говорит Москва».
Фото: Shutterstock / Lyudmila2509, frescomovie
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения








