«Учительница меня ненавидит!» Что отвечать ребенку, который пришел из школы в слезах

Помните, как в детстве не хотелось идти в школу, потому что над вами кто-то посмеялся или вы влипли в нелепую историю? А что вы делаете сейчас, когда ваш ребенок приходит домой и заявляет, что больше в школу ни ногой? Блогер «Мела», преподаватель эмоционального интеллекта Светлана Учитель рассказывает, какую ошибку совершают родители и как ее избежать.

Ребенок приходит из школы и бросает рюкзак в коридоре.

— Больше туда не пойду.

— Что случилось?

— Учительница меня ненавидит.

Хочется сразу возразить: «Никто тебя не ненавидит». Или спросить: «А ты сам что сделал?» Или хотя бы напомнить, где должен лежать рюкзак.

Особенно если у нас за плечами рабочий день, впереди ужин, а в родительском чате уже сорок сообщений. Нам хочется понять, что произошло, и чтобы ребенок наконец успокоился, убрал вещи и сел за уроки.

Но за фразой «больше не пойду» может стоять стыд после ответа у доски, обида из-за несправедливого, на его взгляд, замечания или страх снова оказаться в ситуации, в которой он почувствовал себя беспомощным.

Если сейчас заняться только рюкзаком и тоном разговора, можно добиться порядка. Но так и не узнать, с чем ребенок вернулся домой.

«Хорошо себя ведет — значит, всё хорошо?»

Мы много внимания уделяем поведению детей: слушают ли они взрослых, соблюдают ли правила, умеют ли договариваться. И это действительно важно. Но внешне похожее поведение может иметь разные причины.

Один ребенок молчит, потому что спокоен. Другой — потому что боится сказать лишнее. Один уступает, потому что ему не принципиально. Другой — потому что уверен: иначе с ним перестанут дружить.

Даже послушание само по себе мало рассказывает о том, что происходит внутри. Поэтому к вопросу «Как он себя ведет?» стоит добавлять другой: «Что он сейчас переживает?».

Ответ не отменит правил, но поможет понять, почему ребенку трудно им следовать и чему ему еще предстоит научиться.

Мы ведь хотим, чтобы со временем он мог сам заметить: «Я сейчас злюсь и могу наговорить лишнего. Лучше остановиться». Для этого ему сначала нужно научиться узнавать свою злость.

«Признать обиду — не значит согласиться с обвинением»

Вернемся к ребенку, который не хочет идти в школу.

Представим, что после разговора выясняется: он отвечал у доски, ошибся, кто-то засмеялся. Учительница попросила не отвлекаться и продолжать. Он растерялся и больше ничего не смог сказать.

— Она специально меня вызвала. Знала, что я не отвечу.

В этой истории есть три разные вещи: то, что произошло, то, что ребенок почувствовал, и то, как он объяснил случившееся.

Он действительно отвечал у доски и услышал смех. Ему могло быть стыдно, обидно, страшно. Но вывод «учительница меня ненавидит» пока остается его предположением.

Если сказать «не выдумывай», ребенок может почувствовать, что его не хотят слушать. Если сразу согласиться и броситься писать учителю, мы рискуем принять предположение за установленный факт.

Можно начать проще:

— Что тебя больше всего задело?

А дальше выслушать. Когда ребенок немного успокоится, будет легче разобраться: что именно сказала учительница, почему он решил, что она вызвала его специально, что еще могло происходить в тот момент.

Понимать чувства ребенка не значит считать верным всё, что он говорит под их влиянием.

«Мне больно» и «меня хотели обидеть» — не одно и то же.

«Чему учатся у доски и на перемене»

Первые уроки обращения с чувствами ребенок получает в семье. Замечает, как взрослые злятся, мирятся, переживают неудачи. Узнает, можно ли признаться в страхе, что происходит после ошибки, безопасно ли не соглашаться.

В школе это обучение продолжается. Здесь ребенок сравнивает себя с другими, ищет друзей, сталкивается с отказом, радуется успеху, завидует, гордится. Каждый день учится, что делать со своими переживаниями и как учитывать чужие.

Многое он узнает из повседневных реакций взрослых.

После неудачной контрольной учитель может сказать: «Не расстраивайся, ничего страшного». Он хочет поддержать. Но ребенку, который долго готовился, сейчас как раз кажется, что произошло что-то очень важное.

Иногда полезнее короткое:

— Обидно, когда готовился и не получилось. Давай посмотрим, где было трудно.

Учителю не нужно превращать урок в долгую беседу о чувствах. В классе много детей, и каждому требуется внимание. Но даже такая короткая фраза помогает ребенку вернуться к задаче: разобраться в ошибках, задать вопрос, попробовать еще раз.

Постепенно замечание взрослого может перестать означать для него «я плохой» и начать означать «здесь мне еще нужно научиться».

«Дома можно не соглашаться. А в школе?»

Нам обычно легче принимать чувства ребенка, когда понятна их причина и они не затрагивают нас самих. Он расстроился из-за ссоры с другом — хочется обнять. Злится на наше решение — уже хочется объяснить, почему он неправ.

Но ребенок не сможет научиться говорить о чувствах, если право на них зависит от того, согласны ли с ними взрослые.

Это касается и дома, и школы. Родители могут учить: «Если тебе неприятно, скажи об этом». Но как поступить ребенку, если его несогласие с учителем воспринимают как дерзость?

Или учитель помогает обсуждать конфликты, а дома советуют: «В следующий раз дай сдачи».

Ребенку приходится разбираться сразу в двух вопросах: что делать со своими чувствами и какой ответ устроит взрослого рядом.

Семье и школе не обязательно одинаково смотреть на всё. Но полезно договариваться о конкретных вещах: как можно выразить несогласие, к кому обратиться после конфликта, как попросить паузу, если слишком зол для разговора.

Начать можно с обмена наблюдениями:

— Дома после школы он часто плачет. Что вы замечаете в классе?

— Когда ему делают замечание, он сразу перестает работать. Что помогает ему дома?

Родители и педагоги видят ребенка в разных обстоятельствах. Вместе им легче заметить, где он уже справляется сам, а где еще нуждается в поддержке.

«Злиться можно. Бить нельзя»

Здесь возникает закономерный вопрос: если всё время понимать ребенка, кто будет устанавливать границы?

Тот же взрослый, который его понимает.

— Ты злишься. Но бить я не позволю.

Одно не мешает другому. Мы можем признать обиду и остановить оскорбления. Понять зависть и запретить портить чужую работу.

Чувство само по себе не делает ребенка плохим. Но за поступки ему предстоит учиться отвечать.

Если ограничиться запретом, он узнает, чего делать нельзя. Следующий шаг — помочь найти допустимое действие.

Можно отойти. Сказать: «Мне это не нравится». Обратиться ко взрослому. Вернуться к разговору, когда получится говорить без крика.

Обсуждать это лучше после того, как ребенок успокоился. В разгар ссоры даже взрослым трудно внимательно слушать разумные советы.

«Не обязательно каждый раз находить идеальные слова»

У родителей тоже бывают усталость, злость и желание, чтобы хотя бы сегодня никто больше ничего не требовал.

Мы можем не сразу понять ребенка. Ответить резко. Начать с рюкзака, а потом заметить, что дело совсем не в нём.

К разговору можно вернуться:

— Я сначала рассердилась из-за вещей в коридоре. Но вижу, что с тобой что-то произошло. Расскажешь?

Или признать собственную ошибку:

— Я накричала. Так разговаривать с тобой было неправильно.

Для ребенка это тоже урок: после ссоры можно восстанавливать отношения, а признание ошибки не лишает взрослого авторитета.

Не нужно и каждый разговор превращать в разбор эмоций. Если ребенок сильно расстроен, он может не знать, что чувствует, или не хотеть говорить. Иногда сначала нужны еда, тишина и немного времени.

Позже можно спросить:

— Хочешь, я просто послушаю или вместе подумаем, что делать?

Важно быть готовым к ответу, в том числе к тому, что ребенок пока не хочет нашей помощи.

«Зачем всё это, если можно просто объяснить правила?»

Правила необходимы. Но ребенку предстоит соблюдать их и тогда, когда взрослого рядом нет, а злость, обида или страх есть.

Поэтому недостаточно объяснить, как правильно поступать. Нужно помочь ему замечать, что мешает так поступить, и находить способ справиться.

Этому учатся постепенно — дома и в школе. Когда можно рассказать о неудаче, не скрывая ее из страха. Когда взрослый останавливает агрессию и помогает разобраться с ее причиной. Когда несогласие можно выразить словами и быть услышанным.

Наша задача — помочь ребенку стать человеком, который понимает свои переживания и всё лучше умеет выбирать, что делать под их влиянием.

И когда он бросает рюкзак со словами «больше туда не пойду», у нас появляется возможность сделать еще один шаг в эту сторону.

Рюкзак можно попросить убрать чуть позже.

Обложка: коллаж «Мела». Фото: © Hryshchyshen Serhii / Shutterstock / Fotodom