«Страсть к цифровым успехам детей — одна из причин показухи в школах»
Александр Шмурнов — о том, как учить трех детей в разных школах

Мы продолжаем наш проект, в рамках которого известные и уважаемые люди публикуют на страницах «Мела» свои манифесты об образовании. Сегодня это делает отец троих школьников и спортивный комментатор Александр Шмурнов. В его тексте ни слова теории, зато очень много личного опыта и еще больше личных переживаний.
Старший сын Ваня пошел в восьмой класс в новую школу. В смысле не в свежевыстроенную, а просто не в ту, в которую ходил семь предыдущих лет. Дело было прошлой осенью. Уговаривали перед этим мы его долго и муторно. Ваня привык к своему довольно дружному классу, у него не было конфликтов с учителями, да вообще не было серьезных проблем. Кроме одной. Он не любил учиться. За семь лет школа не стала для него ничем, кроме места, обязательного для посещения в будние дни — от сих до сих. Собственно, именно этот аргумент — «для того чтобы общаться с найденными в школе друзьями, не обязательно ходить в школу» — и стал решающим в нашем финальном разговоре. Ваня согласился с тем, что они с одноклассниками уже достаточно часто встречаются после уроков, так что держаться за старые стены только из-за друзей нет резона.
Трудно сказать, можно ли сохранить дружбу, расставшись после седьмого класса. Знаю точно, что за год компания не распалась, хотя, пожалуй, новые знакомства немного рассеяли внимание ребят друг к другу. Но все-таки в главном мы были правы. В новой школе Ваня начал учиться. Потому что ему стало интересно на уроках. А потом постепенно стало важно соответствовать одноклассникам, доказывать учителям, что он способен на многое. И, наконец, просто узнавать новое и радоваться этому.
Иван Шмурнов, школа № 57
Началось с истории. Вернее, с историка. С классного руководителя. Зимой я так рассказывал своему другу о том, что происходит с сыном:
«Ваня начал интересоваться историей, он получает удовольствие не только от самих уроков, но и от домашних заданий, даже от чтения того, что не задавали: например, исторических книг. Потом он заинтересовался мировой художественной культурой, потом литературой… Он с семи лет ходил в домашнюю литературную студию, которую организовали наши друзья; в Пушкинский музей по абонементу; в кружок рисования. И это никак, вообще никак это не отражалось на его учебе. Ни один учитель в старой школе не разглядел, не захотел распознать в нем ничего „культурного“. Только шпыняли за „балаганы на уроке“, за неумение сосредоточиться. Новый историк, молодой учитель, для которого этот класс — первый в жизни, за каких-то два-три месяца понял про нашего сына гораздо больше, чем все прежние учителя вместе взятые. Когда Ваня получил первую пятерку по истории, в тетради рядом с оценкой стояло размашистое красное: „Ура!“. С математикой, к слову сказать, у него тоже стало гораздо лучше. Про раскопки в новгородском монастыре, поездку в Узбекистан, ночные ориентирования, Абрамцево и прочее я уже не говорю».
Выслушав рассказ, друг сказал: «Вот кому нужно давать орден „Герой России“ — учителям, у которых дети начинают учиться». И я совершенно с ним согласен
Средний ребенок, он же младший сын Володя — единственный из наших детей, который пока не менял школу. И надо полагать, теперь уже не сменит. Он как пошел в первый класс во «вторую французскую» имени Ромена Ролана, так и учится там. Хотя после его третьего класса мы переехали в дом, от которого пять минут ходьбы до другой легендарной московской французской школы. Туда во второй класс мы перевели младшую Верочку, а вот Вова остался.
Владимир Шмурнов, школа № 1215
Дочка тоже не очень хотела уходить, настолько прекрасной была жизнь в ее первом классе. Ей достался чудесный учитель — рассеянный и добрый молодой человек, которого некоторые строгие мамы чуть ли не отстранить от работы требовали. За то, что он забыл какие-то тетрадки дома; за то, что, по их представлениям, он не нагружал детей как следует; за то, что «шел не по программе». Я все время думал: боже мой, зачем вам, дорогие мои, а, главное, вашим первоклассникам (!) эта нагрузка, эта программа? Ведь главное, что может дать ребенку учитель начальных классов — это радость, желание бежать в школу с утра.
Страсть родителей к цифровым, отметочным, потом олимпиадным успехам своих детей — одна из причин показухи, которая процветает во многих школах, коверкая судьбы и характеры. Причем как тем, кто застревает в отстающих, так и сверхпреуспевающим
Хорошего учителя можно распознать по отношению к оценкам. Не по индифферентности к ним, вовсе нет. Просто оценка хорошего педагога всегда гораздо глубже оценки обычного учителя. Потому что он знает, кому из учеников для прогресса стоит ее чуть завысить, кого полезно подстегнуть сниженным баллом, а до кого ты никакой отметкой не достучишься — тут нужны иные средства.
Вера Шмурнова, школа № 1216
Все-таки главный критерий класса, дара, таланта учителя — это любовь детей к предмету. Удивительно, почему директора школ не проводят простейшее анкетирование учеников: «Какой предмет вы любите?» или «На какие уроки ходите с особым удовольствием?» Не для того, конечно, чтобы выявлять не самых сильных учителей, а чтобы распознать лучших и понять, что же они такое делают, какие пути находят к неокрепшим душам. Впрочем, по-настоящему хорошие директора сами прекрасно видят хороших учителей.
Таких, например, как учителя Володи, те самые, из-за которых он наотрез отказался переходить в четвертый класс другой школы, такой же, как мы убедились, сильной, как и его. Не сомневаюсь, и пример Веры это уже подтверждает, что в новой школе есть такие же прекрасные учителя, как ее первый — душевный и рассеянный. Но от добра добра не ищут. Для Володи, гиперактивного и неугомонного, его первая учительница оказалась истинным подарком. Бесконечно строже Вериного «человека с улицы Бассейной», но так же безмерно любимая всем классом, она справилась со всеми сложностями характера нашего сына, ни разу не подавив его волю, поддерживая его лучшие качества и аккуратно поправляя наши ошибки в воспитании среднего, всегда самого проблемного ребенка. И ровно так же повезло ему с учительницей французского, которая в нынешнем апреле, когда мы завели разговор, дескать, начальная школа закончилась, а не перейти ли все-таки Володе в Верину школу, заявила таким тоном, будто речь шла о ее собственном, а не о нашем ребенке: «Никуда я его не отпущу. У меня вся группа — очень сильная, языковая, им надо и дальше работать вместе. И точка».
Несмотря на копящийся разнообразный опыт, у нашей семьи нет и не может быть рецептов: какой должна и какой не должна быть современная школа. Разве что, по свежим следам, хочется посоветовать посторонним чиновникам не нести ахинею по поводу загрузки до семи вечера. Во-первых, дети должны оставаться детьми, а, во-вторых, в попытке школьной загрузкой «усиленного режима» увести с улицы тех детей, которые после уроков не знают, где приткнуться, можно лишить нормального развития других. Тех, кто ходит в спортивные секции, художественные студии, в общем, тех, чьи родители понимают, чем и ради чего занять ребенка после трех часов дня. Впрочем, что это я о грустном. Если уж говорить какие-то серьезные и громкие слова, то о самом лучшем. Ищите для детей хороших учителей, героев, которые своим трудом и талантом научат их любить учиться. А еще не забывайте японскую мудрость: «Не воспитывайте детей. Все равно они вырастут похожими на вас. Воспитывайте себя».
Читайте также: Манифест Сергея Белоголовцева о перманентном страхе, школе будущего и нелюбви к штанам с начесом
Популярные комментарии
Владимир КунаевВ РФ большая беда в сфере психологии. Нет четких профстандартов, нет справедливых механизмов проверки компетенций. В добавок ко всему этому действительно толковые молодые специалисты не могут выйти на рынок из-за массивного пейвола (из личного опыта). Проблем столько, что на целый цикл статей хватило бы, если погружаться.
Я редактор. Вот почему я не доверяю всем, кто называет себя психологом
Светлана ПлехановаЯ Вас умоляю, по закону ничего нельзя сделать. Многие молодые люди себе не представляют, как достаются деньги! Им кажется, что булки растут на деревьях, а пироги падают с неба. Многое вокруг пропагандирует светский образ жизни, сидение на чужой шее, бездумное, безалаберное отношение к деньгам. Неуважение к чужому труду тоже в чести. Многие унижают тружеников сферы обслуживания. А эти люди делаю нашу жизнь комфортной. Их приветливая улыбка, вежливая речь дарят хорошее настроение!
Дочь учится на платном и даже подработку не ищет – живет за наш счет, и ей нормально. Как с ней поговорить?
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов




