«Если бы мы называли настоящую причину ухода из жизни, звучала бы она так: «Мне не хватало любви»
Новости20 ноября, 2016

«Если бы мы называли настоящую причину ухода из жизни, звучала бы она так: «Мне не хватало любви»

Марина Солотова — о том, кто виноват в трагедии псковских подростков

Директор тюменского детского медиахолдинга «Академия радости» Марина Солотова на своей странице в фейсбук написала пост о том, почему в трагедии псковских подростков виноваты взрослые, даже если сами они уверены в обратном. Марина работает с подростками уже 36 лет и, по ее словам, ей есть, что рассказать «о детях — и тех, кто давно уже не дети, и тех, кто пока еще в возрасте, который принято называть «трудным».

Солотова рассказывает, как в 80-х годах она с детьми ставила спектакль «Трудное детство», сценарий для постановки дети писали сами. «В том нашем спектакле была сцена о детских самоубийствах. Мы серьезно изучали материал. Читали записки, которые оставляли ребята. Разговаривали с теми, кого удалось спасти, — рассказывает Солотова. — Ни один из них не собирался на тот свет по-настоящему. По тогдашней статистике большая часть самоубийств приходилась на время с 18 до 19 часов. Они знали, что родители с минуты на минуту вернутся с работы».

«Если бы мы называли настоящую причину ухода из жизни, звучала бы она примерно так: „Мне не хватало любви“. Любите нас живыми».

Женщина рассказывает, что 17 ноября начала занятия в мастерской журналистики с разговора о том, что случилось с подростками в Пскове. Выяснилось, что после выпуска программы «Пусть говорят», где обсуждалась трагедия, семь из семи родителей «рванули в соцсети обсуждать это дело со своими френдами». Тогда Солотова спросила детей, что бы они выбрали вечер в соцсетях или вечер с родителяим: «Можете мне не верить. Но 7 человек из 7 сказали, что выбрали бы родителей. Правда, с оговоркой: „Смотря что делать“. Они хотят гулять с нами в парке. Читать вслух книжки. Играть в „Монополию“. Готовить необычный ужин. Разговаривать про любовь и слушать истории, как мама познакомилась с папой, хоть сотый раз. Они не хотят отчитываться об оценках в школе!!!».

Для тех, кто утверждает, что этих подростков «мало пороли», Марина рассказывает историю про девочку, которую родители били за четверки в школе. «В сентябре девочка потеряла ключ и не смогла вовремя вернуться домой. А телефон забыла дома. Так бывает. В результате её наказали. В течение месяца она могла выходить из своей комнаты в трех случаях — в школу, на кухню и в туалет. Книги и компьютер забрали. Телефон тоже. Что делать надо было ребенку, знаете? Вот и я не знаю», — делится Марина.

Когда наказание кончилось, они с детьми провели эксперимент: позвонили в службу доверия, чтобы девочка могла поговорить об этом с психологом. Она пересказала историю девушке на проводе, по-настоящему расплакалась. Женщина-психолог долгое время «тупо наезжала на ребенка», а потом просто ушла, посоветовав «поговорить с родителями».

«А как ты учишься? А ты позвонила маме, сказала, что потеряла ключ? Ну и что, что забыла телефон — можно у подруги попросить. А в школу ходишь? Ну вот, а говоришь, что никуда не отпускают!»

Марина не отрицает, что и в ее время дети видели родителей «по полчаса в день», но замечает, что у них «не было дяденьки из контакта, который раздает рецепты». «Пока наши дети нужны этому дяденьке больше, чем нам, он будет нас побеждать. Потому что ему пофиг, какую оценку получил мой ребенок в школе. Потому что у него хватает времени разговаривать с ребенком так, что ребенок убежден: его понимают», — пишет Солотова.

«Им правда не хватает любви. И общения. Не про школу — они вообще не любят про нее говорить. Потому что убеждены, что нас не волнует ничего, кроме оценок»

Еще им нужно знать, что родителю можно доверять, что он выслушает. Когда ребенок придет к нему, а не закричит и отругает. «Если вы хоть раз в случае публичных разборок заняли не сторону ребенка, а противоположную, он не будет вам доверять. Никогда больше. И не придет за помощью в случае необходимости. Неправ? Бывает, и нередко. И тогда мы говорим учительнице, которая ругает ребенка при вас: „спасибо, Марьванна, до свидания“. А дома, наедине, пытаемся понять: ПОЧЕМУ?!», — замечает Марина.

И речь идет не о вседозволенности, а о недостатке внимания, потому что «внимания много не бывает». «Чрезмерная опека — бывает. Желание прожить вместо ребенка его жизнь — бывает. Желание выдрессировать — бывает. А внимания не бывает много!», — пишет Солотова. Дети должны понимать, что нужны взрослым любыми, что им будут рады, даже с тройкой в дневнике: «За все, что происходит с нашими детьми, несем ответственность мы, родители. И никто больше».

«Из уст моих ребят:
… я плохой сын, потому что у меня 3 по физике
… я поеду в Лукашино, если папа выйдет из запоя
… я мечтаю стать режиссером, но мама говорит, что я не поступлю ни за что
… у нас в классе много таких, как я — ненормальных
… я попросила маму помочь, а она сказала, чтобы я сама решала это проблему, потому что уже взрослая
… отчим меня наказал за то, что я разговаривал с папой по телефону».


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Самоубийство — способ показать миру, что я управляю своей судьбой

Почему дети убегают из дома

Как помочь ребёнку пережить утрату

Комментариев пока нет
Больше статей