«Мы играем на гитарах в парках»: как учитель музыки помогает адаптироваться детям-иммигрантам

Говорят, что дети быстро адаптируются в новых условиях. Моментально учат новый язык, находят друзей, интегрируются в общество. Но так происходит далеко не всегда. Наш блогер, руководитель детского ансамбля и музыкальный педагог проекта «Гитара за пределами границ» Вячеслав Казанцев, рассказывает о работе с детьми-иммигрантами, для которых адаптация в новой стране оказалась настоящим испытанием.
Когда я только начал преподавать игру на гитаре и укулеле, все мои старания были направлены на то, чтобы передать свои знания и сделать это так, чтобы ребенку было интересно. Но, когда мы занимались, я заметил, что у 90% учеников есть сложности в коммуникации со взрослыми, озвучивании собственных желаний, проявлении инициативы и совершенное отсутствие офлайн- взаимодействия со сверстниками. Вдогонку — языковой и культурный голод и повышенная тревожность при социальном контакте.
Все это вполне закономерно: дети сначала попали в период ковидной изоляции, потом был переезд и, как следствие, онлайн-обучение, домашний режим с виртуальными друзьями и увлечениями. В современном мире такая изоляция вроде бы не так страшна — все-таки есть интернет, где всегда можно найти компанию. Но оказалось, что для детей отсутствие общения в реальности — это настоящая проблема. И родителей это тоже тревожит: «у него нет друзей», «не хочет выходить на улицу», «все время в телефоне».
Мне очень хотелось помочь этим детям, поэтому я организовал групповые занятия. Они стали обязательными для всех моих учеников. После того как группы набрались, я сделал аранжировки популярных песен, разбив произведения на партии для каждого ученика, соответствующие их уровню владения инструментом. Теперь сыграть песню целиком мы можем только вместе. Хорошо звучать мы можем, только когда исполняем композицию всей группой. И последнее: все групповые занятия я провожу в общественных местах — обычно мы собираемся в парках.

Вот что я заметил: уже через пару занятий до этого озирающиеся со смущенным взглядом на прохожих дети научились сосредотачиваться на своем деле. Они чувствовали себя достаточно комфортно в общественном месте. А еще они поняли, что если сыграть партии отдельно друг от друга, то они звучат пусто, нелепо и зачастую неузнаваемо, но при групповом исполнении превращаются в цельное произведение. Так я без долгих лекций и длинных монологов даю детям возможность усвоить принцип коллективного взаимодействия: дети понимают, что социальный конструкт может быть для них ценным.
По словам родителей, каждый из детей, играющих в оркестре, теперь чувствует свою ответственность перед «коллегами»: дети, например, стали внимательнее готовиться к репетициям. А еще каждый теперь чувствует свою ценность, ведь его партия — неотделимый и важный голос для коллектива.
Конечно, не всем комфортно быть частью группы, кому-то хочется вернуться к индивидуальным занятиям. И их можно понять: дети годами наслаждались единением со стенами и людьми из смартфона. Но даже маленькие шажки и редкие вылазки меняют поведение и мышление учеников, я это вижу.
Каждый месяц мы устраиваем репетицию-пикник: дети между песнями просто в неформальной обстановке обмениваются «вредными» вкусняшками — чипсами, конфетами и газировкой. В этот момент границы пропадают совсем: я могу отойти в сторону, а озорной детский смех и гогот останется. Мои ученики уже не боятся рассказывать о своих любимых песнях, не боятся задавать вопросы и совсем не озираются на прохожих. Дети снова просто дети. Они дружат, ссорятся и совершают глупые, а также значимые поступки — так они формируют свой реальный опыт взаимодействия с себе подобными. Но они по-прежнему стоят перед культурным барьером новой страны.
В следующей статье поделюсь своим наблюдением, как участие в конкурсах снимает языковой и культурный барьер. Расскажу, как творческие проекты с представителями другой культуры помогают избавиться от предрассудков и стереотипов в отношении иммигрантов.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото на обложке: Natalie Adams / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть








