Неуд по поведению: нужно ли вернуть советскую систему в школы

Министр просвещения заявил, что в школе появятся советники по воспитательной работе. То есть задача школы — не только учить, но и воспитывать. Но если оценивать обучение мы кое-как научились, то как оценить воспитательную работу? Наш блогер Вадим Мелешко считает, что для этого в школы надо вернуть оценки по поведению.

Согласно закону «Об образовании в РФ», образование представляет собой «единый целенаправленный процесс воспитания и обучения, являющийся общественно значимым благом и осуществляемый в интересах человека, семьи, общества и государства». Иными словами, образование без воспитания невозможно. Более того, по мнению большинства авторитетов от педагогики, воспитание вообще должно стоять на первом месте, ибо оно важнее обучения, а потому семья и школа должны уделять ему огромное внимание.

Но что мы наблюдаем в реальности? Практически во всех образовательных организациях оценивают только способность учащихся приобретать знания, то есть их обученность, умение решать задачи, выполнять тесты, писать без ошибок. Воспитанность же не оценивается никак. Получается, что успешность всего образовательного процесса у нас выражена именно в отметках за успехи в одной, менее важной его составляющей, а вторая, более важная, полностью выпадает из процесса оценивания.

«Да, но как оценить воспитанность? Это же просто невозможно!» — скажут мне. Сторонники гуманистического пути развития нашего образования также воспринимают предложение оценивать уровень воспитанности в штыки, но при этом заявляют, что оценка вообще вредна, даже по предметам, и надо в принципе отказаться от отметок, которые только портят, мешают детям расти свободными творческими личностями.

Безусловно, оценить уровень воспитанности довольно сложно. Это вам не тройка по математике или пятерка за диктант. Но, по мнению целого ряда специалистов, можно. И доказательством тому служат многочисленные методики, позволяющие этот уровень определить (а значит, и оценить). Доводы же, что воспитанность невозможно шкалировать и что не существует единиц измерения воспитанности, также не выдерживают критики. В конце концов единицы измерения тревожности тоже нет, а методики определения уровня тревожности (тест Тейлора, шкала Спилберга-Ханина) есть, и ими пользуются во всем мире.

Чтобы вернуть разговор в русло понятных всем материй, напомню, что и в гимназиях царской России, и в школах СССР существовали отметки за поведение и прилежание. Которые есть не что иное, как проявление воспитанности. Грубо говоря, воспитание человека проявляется в его действиях, поступках, стремлениях, а это, как ни крути, и есть поведение (сознательное и ответственное отношение к своим обязанностям) и прилежание (мера ответственности учащегося за учение, степень его добросовестности, старания, усердия и исполнительности).

То, что этим показателям, существующим независимо от знаний, умений и навыков по отдельным предметам, всегда уделялось огромное внимание, говорит тот факт, что нормой считалось поведение учащегося не ниже «отлично». Все остальное было отступлением от нормы и было чревато определенными мерами воспитательного воздействия.

Можно вспомнить и знаменитую повесть Льва Кассиля «Кондуит и Швамбрания»

Там все поступки учащихся заносились в специальный «штрафной» журнал, что, разумеется, очень не нравилось нарушителям дисциплины. После революции от всех этих пережитков прошлого решили отказаться. Тогда все были уверены, что советские школьники — народ сознательный, советские педагоги — люди гуманные, они вполне способны обойтись мерами убеждения. Народный комиссар просвещения Анатолий Луначарский постановлением «Об отмене отметок» запретил «применение балльной системы для оценки познаний и поведения учащихся во всех без исключения случаях школьной практики». Перевод из класса в класс и выпускное свидетельство производились на основании «успехов учащихся по отзывам педагогического совета об исполнении учебной работы».

Читайте также

Зачем детям читать «Кондуита и Швамбранию»

Но прошло время, страна была вынуждена вернуться к опыту царской России. В 1943 году нарком просвещения РСФСР Потемкин утвердил «Правила для учащихся», а еще через год подписал постановление «О введении цифровой пятибалльной системы оценки успеваемости и поведения учащихся начальной, семилетней и средней школы». В этом эпохальном документе было сказано:

• Балл «5» ставится за безупречное поведение учащегося в школе и не только.
• Балл «4» ставится за заметное нарушение поведения учащегося. Оценка поведения баллом «4» допускается только в одной четверти. В случае неисправления ученика педагогический совет рассматривает вопрос о дальнейшем снижении ему отметки за поведение.
• Балл «3» ставится за серьезное нарушение поведения учащегося и служит ему предупреждением о возможном исключении из школы. В случае неисправления ученика в установленный для него испытательный срок педагогический совет обсуждает вопрос о возможности оставления его в школе.
• При решении вопроса об исключении учащегося его поведение оценивается баллом «2», и ученик исключается из школы. Решение педагогического совета об исключении учащегося из школы утверждается районным (городским) отделом народного образования.
• Выдача свидетельств аттестатов допускается только при отличном поведении ученика (балл «5») со следующей записью: «при отличном «5» поведении.

Иными словами, было не в абстрактной форме, а на бумаге, четко и понятно расписано, как должен себя вести советский школьник и что будет, если он не захочет этого делать. И дисциплина странным образом резко улучшилась. В дальнейшем гайки были ослаблены. Так, утвержденная в 1970 году министром просвещения СССР Михаилом Прокофьевым Инструкция о выставлении оценки поведения учащимся средней общеобразовательной школы информировала, что поведение теперь следует оценивать не по пятибалльной системе, а словами: «примерное», «удовлетворительное» и «неудовлетворительное». При этом оговаривалось, что

• «Оценка „примерное“ выставляется учащимся, которые наиболее старательно учатся и особенно активно участвуют в общественной жизни класса и школы и общественно полезном труде, образцово ведут себя в школе, дома и на улице, неуклонно выполняют Правила для учащихся. Оценка „примерное“ должна выставляться лишь той части учащихся, поведение которых может служить примером для других школьников.
• Оценка „удовлетворительное“ выставляется учащимся, которые выполняют основные требования школы, определенные Правилами для учащихся, принимают участие в общественной жизни школы и общественно полезном труде. Эта оценка характеризует поведение значительной части школьников. Выставление ее не должно рассматриваться как чрезвычайное происшествие.
• Оценка „неудовлетворительное“ выставляется ученикам, которые систематически не выполняют своих основных обязанностей, предусмотренных Правилами для учащихся, не подчиняются требованиям школы, учителей, проявляют недисциплинированность в школе, дома, общественных местах. В отдельных случаях оценка „неудовлетворительное“ может быть выставлена и за совершение учащимся единичных антиобщественных поступков, имеющих характер правонарушений».

Чем же грозил школьникам этот самый «неуд» по поведению? В постановлении Совета Министров СССР от 8 сентября 1970 года № 749 «Об Уставе средней общеобразовательной школы» на этот счет сказано: «Учащиеся выпускных классов, имеющие годовую неудовлетворительную оценку по поведению, не допускаются к экзаменам, они получают справку о том, что ими прослушан курс средней общеобразовательной школы».

То есть стимул вести себя хорошо и соблюдать правила поведения был более чем весомым. Но в конце 80-х, в эпоху перестройки, отметки за поведение и прилежание были официально упразднены письмом Министерства народного образования РСФСР от 06.03.1989 № 10135/25. Еще через несколько лет было едва ли не официально провозглашено, что школа должна только обучать, воспитывать — не ее дело.

Читайте также

5 простых причин, почему в школе не всегда должно быть весело

А теперь давайте вспомним о том, что за последние четверть века ситуация с дисциплиной учащихся, поведением детей в классе и на перемене, мягко говоря, не улучшилась. И есть все основания полагать, что это стало следствием отсутствия обратной связи, выраженной в постоянной оценке педагогом поведения и прилежания каждого школьника, а также полной безнаказанностью за совершенные проступки.

В этих условиях довольно сложно говорить о повышении статуса учителя и образовательной организации. Ведь ученики прекрасно понимают — что бы они ни вытворили, им все сойдет с рук, ведь двойку же за плохое поведение теперь не ставят, а если и поставят, то только как отметку по предмету, и ее всегда можно оспорить, причем учитель в этом будет виноват на 100 процентов. Ну а записи в дневнике и пресловутые характеристики выпускников вообще никто не читает.

Но ведь нелишне напомнить о том, что в каждой школе есть устав, где прописаны правила поведения школьников. И каждый педагог обязан следить за неукоснительным соблюдением этих правил, потому что дисциплина — основа нормального функционирования любого учреждения. Следить и оценивать, кто и как себя ведет.

«А судьи кто?!» — негодуют противники этой идеи, намекая, что у каждого учителя субъективный взгляд на мир, что поведение можно расценить по-разному, и совсем не хочется, чтобы у взрослых появилась еще одна палка для наказания ребенка, еще один повод для страха, и вообще нужно действовать не кнутом, а пряником.

Да, верно: судьи — те же самые люди, которым вы доверяете выставлять отметки за знания по физике, биологии, физкультуре, информатике. И они как профессионалы обязаны мастерски владеть любым инструментом оценивания, будь то отметка по предмету или по поведению. В противном случае, если вы им не доверяете в одном, не стоит доверять и в остальном. Но лучше все-таки доверять.