Ещё раз о том, как оценивался ЕГЭ-2018 по английскому языку

Я не сразу решилась написать. В конце концов, уже были статьи о массовых «нолях» за эссе по английскому, были обращения преподавателей и родителей в Министерство просвещения, ФИПИ и Рособрнадзор. Но после того как ФИПИ в очередной раз проигнорировал предложения по улучшению системы оценивания экзамена, а в статьях и постах то и дело звучит «дети не поняли тему» и «дети не умеют рассуждать», я поняла, что необходим профессиональный разбор того, что «дети» пишут и как эксперты это читают.

Вечером 3 июля я получила сообщение от подруги и по совместительству коллеги: «Посмотри эссе. Разве это ноль?». Я прочла и не поверила своим глазам. За ним последовало ещё одно эссе, и ещё. Несколько дней подряд мы обменивались работами, вчитывались… Не могли поверить, что так бывает.

Затем стали выходить статьи, была передача КП Урал. Стало известно, что 80% выпускников Свердловской области получили «ноль» за эссе. Тем самым они потеряли много баллов и лишились возможности поступить в выбранные вузы. За статьями последовал вопрос: «Откуда статистика?».

Я не располагаю цифрами. Я частный преподаватель, прочитавший 15 работ, которые на экзамене не получили ни одного балла. Но об этих работах могу ответственно заявить, что, во-первых, ни одно из них не заслуживает «ноля», во-вторых, некоторые из них достойны быть оцененными максимально высоко. Какова бы ни была реальная статистика, даже если это случилось с десятью ребятами, с двумя, с одним — это несправедливость, которая должна быть исправлена и не должна повториться.

Сейчас некоторые работы прошли перепроверку на федеральном уровне. Часть получила 9-11 баллов, другие не получили ничего. Скорее всего, этим выпускникам уже нельзя помочь. Моя задача — показать, что произошедшее — не преувеличение, не журналистский, родительский или учительский хайп.

Здесь я разберу одно из прочитанных мной эссе согласно официальным критериям оценки. Если разбирать несколько работ, статья будет слишком длинной и нечитабельной. Тем не менее, я считаю необходимым показать, что это не единственный случай, поэтому позже сделаю разбор ещё нескольких эссе и опубликую отдельно.

Текст работы я привожу на английском. Не вижу смысла делать перевод: сохранить стиль сочинений, написанных подростками, у которых английский — не родной язык, передать все удачные и неудачные обороты, найти эквиваленты ошибкам и неточностям — задача неподъёмная.

Я попытаюсь передать своими словами, о чём пишет автор. Наша задача — оценить содержание. Именно содержание: грамматическая правильность, лексика, орфография нас не волнуют. Работы получили «ноли», потому что эксперты решили, что в них не раскрыта заданная тема, «не решена коммуникативная задача». По драконовским правилам оценки экзамена, если ставится ноль за «решение коммуникативной задачи», то вся работа получает «ноль».

Эссе Полины Небрат, Краснодарский край. Согласие на публикацию дано её мамой. Тема: «Цифровая грамотность — ключ к успеху в любой профессии».

В первую очередь, в работе должно быть вступление с постановкой проблемы. Есть ли оно? Да. Полина пишет: некоторые люди считают, что умение эффективно работать на компьютере способствует успеху, в то время как другие полагают, что цифровые технологии никак не связаны с успешной карьерой.

Далее: в эссе должно присутствовать мнение автора, подкреплённое двумя-тремя аргументами. Мнение тоже есть. Автор убеждён, что каждому человеку необходимо понимать принцип работы компьютера: они присутствуют во всех сферах нашей жизни, большинство компаний требуют цифровой грамотности от своих сотрудников. Мы видим, что аргументы не просто присутствуют, они раскрыты, доказательны, чётко видна их связь с темой.

Читайте также

«Я доктор общественных наук! А ты — никто». Как отвоевать баллы на апелляции ЕГЭ

После собственной точки зрения необходимо привести противоположное мнение. Полина его приводит: некоторые люди считают, что роль компьютеров в нашей жизни преувеличена.

Затем, согласно принятой схеме эссе формата ЕГЭ, должно следовать опровержение противоположной точки зрения. Вот оно: «голубые воротнички» и люди творческих профессий тоже должны уметь работать на компьютерах. Художники могут продавать свои работы через интернет и, таким образом, стать знаменитыми. Люди, занимающиеся физическим трудом, могут найти себе более высокооплачиваемую работу.

В заключении автор обязан снова выразить свою позицию. Фактически сказать то же самое, что в первом абзаце, но перефразировать. Полине и это удалось сделать: она говорит, что компьютеры невероятно популярны, невозможно представить себе иного пути к успеху (без них).

В эссе выдержан нейтральный стиль. Скажем так, оно почти полностью соответствует тому, как сотрудники Федерального Института Педагогических Измерений (организации, разрабатывающей материалы экзамена и критерии его оценивания, далее ФИПИ) этот стиль себе представляют. Представление это своеобразное: например, недавно без аргументации и ссылок на справочную литературу были запрещены риторические вопросы.

В международной практике использовать риторические вопросы в эссе не возбраняется, наши же специалисты из ФИПИ в этом году решили, что их задавать нельзя (раньше было можно). Более того, нормативный документ, содержащий эту информацию, был опубликован непосредственно перед экзаменом. У Полины как раз один такой вопрос присутствует — «Which is true?». В остальном стиль правилен: разговорные формы отсутствуют, стяженные или краткие (didn’t, won’t) тоже.Так что этот недочёт либо не должен был повлиять на оценку, либо вкупе с ещё одним, о котором пойдёт речь дальше, мог снизить её не более, чем на балл.

Итак, вывод. Требования к содержанию задания, к той самой «коммуникативной задаче», выполнены полностью. Моя оценка была бы максимальна — три балла. Что же не понравилось экспертам? Их главным и единственным замечанием было то, что Полина, в основном писала о компьютерах, хотя цифровых устройств существует очень много.

На апелляции ей было сказано «цифровая грамотность — это использование микроволновки поваром и медицинских приборов врачом»

Довод этот, на мой взгляд, очень спорен. По сути, каждое цифровое устройство является компьютером и использует тот же самый принцип работы. Человек, являющийся продвинутым пользователем компьютера, как раз грамотен в цифровых технологиях. При наличии профессиональных знаний ему не составит труда овладеть программируемым станком или медицинской техникой. Даже если допустить, что следовало бы больше писать о технологиях вообще, то оценка может быть снижена на один балл, не больше, ведь во всём остальном работа соответствует всем критериям! Даже в этом случае тема раскрыта, пусть даже с некоторыми неточностями.

Если бы работа Полины была оценена по достоинству, она получила бы не меньше 12 баллов (из 14) в целом, поскольку она написана очень хорошим языком, в ней практически отсутствуют ошибки, и в целом видно, что написавший её выпускник как раз находится на том самом уровне B2 (Upper Intermediate), который и нужен для сдачи экзамена.

Если бы я работала в вузе, я была бы очень рада увидеть подобное сочинение абитуриента. Такого человека не надо учить с азов, не надо переучивать — он уже свободно владеет английским и ему нужно только совершенствовать язык, чтобы сделать его богаче и естественнее. Именно таких студентов и хотят видеть на лингвистических и экономических специальностях, так почему мы не пускаем этих детей в лучшие университеты? Это риторический вопрос, я получаю за него большой жирный минус от ФИПИ.