«Кидается на маму с кулаками и прячет еду». Почему приемные дети ведут себя не так, как все остальные

Объяснить поступки маленького человека порой непросто даже тем родителям, которые воспитывают ребенка с самого рождения. Приемным мамам и папам может быть вдвойне тяжело: они вместе с ребенком переживают адаптацию, учатся взаимодействовать друг с другом. Как правильно реагировать на странное поведение детей, рассказала психолог Алена Синкевич в блоге фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам».
Многие приемные родители замечают в поведении детей моменты, которые им сложно объяснить. Вот случай: ребенок, который в целом не склонен к проявлению агрессии, периодически нападает на мать с кулаками и пытается ее побить. При этом он никак не объясняет свои действия. Маме совершенно непонятно, с чем связаны эти спонтанные вспышки ярости. Ее запрос звучит так: «Почему ребенок такой злой?»
Другая мама безуспешно пыталась приучить дочку к опрятности. Но постоянно находила печенье, куски хлеба и другой еды под матрасом и в ящиках письменного стола. Потом ребенок про еду забывал, она портилась, появлялся запах. Мама постоянно повторяла: «Вот же холодильник. В нем есть еда — бери». Она не знала, с чем связано такое странное поведение. Возможно с тем, что ребенок рос в деревенском доме, где царил беспорядок? А может, это генетика? «Я не знаю, что делать с такой неряшливостью», — говорила психологу мама.
«Мой ребенок с прогулок всегда тащит какой-то мусор! Старые железки, грязные тяжелые металлические пластинки. Однажды нашел жуткий ржавый нож, и я не могла уговорить его с ним расстаться, Очень боялась, что поранится и заразится столбняком», — рассказывает третья мама. И она тоже не понимает, что же происходит? Зачем ребенку вот это все, если дома есть игрушки и все что ему необходимо?
Психологи считают, что родителям важно вырабатывать навык наблюдения за приемным ребенком. Надо помнить — за конкретным поведением всегда стоит какая-то эмоция, которая заставляет ребенка вести себя так или иначе, а за эмоцией — потребность. Наблюдая за ребенком-агрессором, приемная мама из первого примера сопоставила и проанализировала несколько ситуаций, в которых проявляется такое поведение. Она поняла, что сын пытался побить ее, когда она собирается уходить. В эти моменты он очень сильно на неё злился. Злость — эмоция, которую он испытывает. Если мы подумаем, почему он злится, то поймем, что злится он потому, что боится остаться без мамы. Его потребность — потребность в безопасности.
Эту триаду — поведение/эмоция/потребность — важно распознавать приемным родителям.
И в этой ситуации вместо того, чтобы ругать ребенка за проявление злости, мы реагируем на потребность. Маме нужно сказать: «Похоже, ты испугался, что я ухожу так надолго. Не волнуйся. Я обязательно приду, когда стрелка часов будет вот здесь. Пока меня не будет, с тобой побудет бабушка/няня/папа. В два часа дня тебя накормят обедом. Пойдем посмотрим, что есть в холодильнике, что ты будешь есть на обед. Если вы пойдете гулять, можешь покататься с горки».
Так мы реагируем на потребность в безопасности. Мы знаем, что его может волновать, и заранее проговариваем те ситуации, которые могут его страшить. Мы реагируем не на эмоцию, а на потребность. И тогда ребенок-агрессор, кидающийся на маму с кулаками, когда она собирается уходить, начинает выглядеть в наших глазах по-другому. Мы не обижаемся на него, а сочувствуем.
За поведением девочки из второго примера скорее всего стоит страх голода и потребность в пищевой безопасности. Потребность в безопасности и защищенности может стоять и за поведением ребенка, который «таскает в дом всякий мусор». Если приглядеться к мусору, можно увидеть, что это предметы, которые можно использовать для самозащиты. Это может указывать на то, что ребенок чувствует себя беззащитным в семье и готовится защищать себя сам.
Наша задача — обеспечить ему защиту взрослого, удовлетворить потребность. В этой ситуации важно объяснить ребенку, что он надежно защищен: «Мы не гуляем на улице ночью. Я встречаю тебя из садика. На двери — крепкий замок».
В подобных ситуациях приемные родители могут испытывать тревогу и беспокойство оттого, что ребенок не считает их достаточно хорошими. Они могут испытывать гнев или беспомощность. Важно не реагировать на эмоцию ребенка своей эмоцией, не провалиться в гнев или чувство вины, не присоединяться к нему в этой эмоции, а подумать о том, какая у него потребность и отреагировать на неё.
Занятия в Школе для приемных родителей детей с трудным поведением проходят при поддержке Фонда президентских грантов. Курс состоит из 15 бесплатных онлайн-занятий, на которых психологи подробно, детально и постепенно раскрывают тему трудного поведения приемных детей. Зарегистрироваться и посмотреть записи предыдущих семинаров можно по ссылке.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Lesley Rigg / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026







