«Пушкин — наше всё, но часто ли вы думаете об океянах и сталкиваетесь с фельдъегерями»

Недавно появилась новость, что Ольга Васильева собирается исключить из учебников русского языка «паркинг» и «шопинг». Студентка НИУ ВШЭ Надежда Григорьева рассказывает, почему даже разговоры на эту тему уже сами по себе — плохой знак. И объясняет, что сегодня стоит учить русский по программам, которые написаны методом корпусной педагогики.

Конечно, писать о таких вещах и пытаться убедить всех, что это — и есть то важное, о чём надо задуматься, как-то неловко. Ведь все вокруг пишут о политике и социальной несправедливости. Но для меня это и правда так. Тут могла бы быть высокопарная фраза про важность образования и его влияние на формирование общества, но вы же и сами всё знаете.

Так вот. Я не знаю, насколько это правда, да это и не важно: главное, что такие разговоры вообще всё ещё могут вестись с серьёзным лицом. Это большая проблема. Люди старой закалки порой имеют какие-то совершенно дикие взгляды на школьное образование. Порой даже ссылаются на Тургенева (спасибо, что не на Шишкова), хотя мы все тут люди образованные и знаем, какое место в научной дискуссии (а хочется именно с таких позиций смотреть на споры о школьном образовании) занимают ссылки на авторитеты. Все это в корне неверно.

Цель образования — не законсервировать развитие общества и при виде изменений отмахиваться обеими руками, затыкать уши и закрывать глаза, одной рукой — себе, другой — ученику

Цель образования — подготовить ученика ко взрослой жизни. Пожалуй, эта краткая и неизбежно широкая по значению формулировка мне нравится больше всего.

Учить в школах язык, на котором больше не говорят со времен Тургенева, Пушкина (хоть он и наше всё, часто ли вы думаете об океянах и сталкиваетесь с фельдъегерями?), Толстого и других прекрасных и великих, но устаревших авторитетов, конечно, можно. Но тогда и детям (и их родителям) надо честно говорить, что этот курс скорее напоминает латынь, которой мучили раньше гимназистов. И красиво говорить, составлять контракты и резюме, грамотно пейсать в интырнетах и разговаривать на собеседованиях на современном русском языке после такого курса ребёнок не научится. Зато узнает о поручиках и о том, что слово «постель» относилось когда-то к первому склонению. А ещё о том, что есть существительные, у которых шесть падежей, и глаголы, у которых три времени и два спряжения, и о прочих красивых и далёких от истины вещах. Но это уже ремарка в сторону.

Читайте также

«Мы напихиваем в детей ненужное барахло»

Моя курсовая в этом году будет посвящена (я надеюсь) созданию корпуса детской литературы на русском языке. С его помощью можно будет найти и использовать в программах обучения по-настоящему важные (что на язык статистики переводится как «частотные») в современном мире слова. Я даже не сомневаюсь, что «ингредиенты» там обгонят «составляющие», а папы-бизнесмены будут упоминаться чаще, чем папы-дельцы. И будет очень печально, если пуристы массово запретят своим детям и ученикам учить язык по программам, написанным с помощью методов корпусной педагогики, когда такие программы в России наконец-то появятся. Потому что только с помощью таких программ можно научить говорить и писать на современном русском языке. И именно после таких программ бывшие ученики перестанут приходить в отчаяние перед неотвратимой перспективой написания CV или мотивационного письма.

На фото обложки: Ольга Васильева и Александр Шишков. Теперь у нас есть доказательство, что реинкарнация возможна!