Кто же ты, учитель? Кем тебя видят и кем ты можешь быть

Мы постоянно обсуждаем то «статус педагога», то кем должен быть учитель в школе. Перебираем слова — «фасилитатор», «тьютор», «наставник». Наш блогер, молодой учитель Моисей Богатырев, три года проработал в школе — и у него накопилось множество вопросов к видению роли педагогов в школе.

Этим летом на просторах интернета мне встретилась олимпиада среди учителей по педагогическому дизайну, а затем я нашел и несколько организаций, которые уже не один год обучают педагогических дизайнеров. Для России это сравнительно новая ролевая модель в сфере образования. И понятно, что никаких специальных ставок для педдизайнеров в школах не предусмотрено ни сейчас, ни на ближайшие годы.

Если вспомнить программные интервью и нормативные тексты о том, какими должны быть учителя, и другие прокламации о том, как меняется профессия учителя в XXI веке, то можно обнаружить целый список новых ролевых моделей. Учителю в школе будущего предлагают стать актером, режиссером, сетевым оператором, пророком, фасилитатором, тьютором, проектным руководителем и так далее. Давайте разберемся чуть подробнее.

Одним из ключевых KPI для российского учителя нынче являются победы в разных педагогических конкурсах: от всероссийского «Учителя года» до региональных предметных олимпиад. Часто там требуют показать отрывок урока. По идее, в них мы должны увидеть образцы лучшего педагогического мастерства, каждый из нас должен отслеживать возникающие там тенденции, внимательно присматриваться к инновациям коллег. А в итоге, мы чаще получаем во весь рост распечатанного Столыпина на огромном картоне, цирковое шоу, актерские этюды, но никак не уроки, которые потом хочется повторить у себя в школе.

Но зато какой актер! А как все срежиссировал гениально педагог! И сразу выигрывает конкурс!

Параллельно в школах все больше распространяется проектная деятельность (в старших классах — это уже обязательная часть учебной программы). И теперь учителя, которые со времен педагогического вуза не писали выверенных и строгих наукообразных текстов (или хотя бы отчетов о проведенных исследованиях/работе), начали учить детей создавать свои проекты, формулировать научные гипотезы и вести учебные исследования.

Учитель должен стать сильным научным руководителем и суметь направить ученика на путь освоения важных навыков коммуникации, командной работы и исследовательских практик, а иначе «получит нагоняй». А сколько рейтинговых конкурсов доступно для учеников и их наставников по проектной деятельности… И, конечно, вот-вот из школ выйдет целое поколение детей, у которых колоссально развиты одни из ключевых навыков XXI века! Так бы нам хотелось…

Читайте также

«Уважать — да, но любить?» Должен ли хороший учитель любить всех учеников

С цифровизацией образования в посткоронавирусную эпоху все вспомнят и о том, что учитель должен быть одновременно сетевым оператором и фасилитатором. Он должен уметь анализировать цифровой след учеников, организовывать учебную деятельность за пределами класса в разнообразных сервисах и приложениях. Но даже на уроке в школе учитель не центральный персонаж, а организатор образовательной среды (он создает условия для проявления субъектности учеников). Последние же, используя эти возможности, пробуют учиться, совершают открытия.

Все вышеперечисленное — лишь небольшой набросок к огромному перечню того, что должен учитель уметь делать в современной школе, каких ролевых моделей придерживаться исходя из прокламаций об образовании будущего и его текущих реалий.

Плохо или хорошо это? На этот вопрос нет простого ответа. Точнее, сам вопрос неправильный

Мы можем заставить учителя быть кем-угодно в нормативных текстах (описывая, как надо, а не как есть): фасилитатором, режиссером, педагогическим дизайнером, в конце концов, но это не отменит сути. Сама дискуссия о пересмотре роли учителя в образовании должна быть в другой плоскости. И это касается всех заинтересованных участников этой дискуссии.

Нет смысла навязывать учителю 100 500 разных клише, если их значения нам непонятны. Если у нас самих (теоретиков, родителей, детей, чиновников, методистов, кого-угодно) каша в голове по этому поводу. Безусловно, нынче активно меняется портрет учителя: какие-то навыки становятся менее важными, какие-то более, а какие-то появляются с нуля. Но не надо продуцировать лишние сущности, а надо четко операционализировать термины.

Мой посыл, на первый взгляд, очень простой: давайте вести дискуссию не поверхностно, а содержательно и глубоко. Но на деле, все серьезнее чем кажется.

Пока каждый рассуждает о роли учителя в развитии ребенка или об образовании в целом с позиции эксперта (даже если «диванного»), но не может четко обозначить свою познавательную позицию (в роли кого он выступает по теме дискуссии, какой научной школы придерживается, какую образовательную концепцию разделяет), между всеми заинтересованными сторонами в образовании так и будет лежать пропасть непонимания.

Никто не сможет договориться, пока не попробует смотреть на сложные и актуальные вопросы образования глубже, чем «ща мы тут олимпиаду замутим и обучим всех модной западной области знания в сфере образовательного проектирования».

Нам всем, кто работает в школах, исследует школы, отправляет детей в школы, по-любому предстоит договориться о терминах, оказаться в одном познавательном поле, отрефлексировать ценности и научные взгляды другой стороны, а иначе мы обречены на вечное блуждание между трех сосен.

Фото: Unsplash / Diego PH